Красный рок (сборник)
Шрифт:
А тогда, в первый вечер, объявив очередную группу, обозначив ее рок-устремления и черты стиля, Витя расслабился. И вышла неприятность.
Группа – плоховатая, рэпперская, запела совсем не то, что значилось в программе:
Мы кидалты из подвала,Всех вас выкинем из зала.Витя испуганно взмахнул руками, умоляюще приложил ладошку ко рту.
Но песня продолжилась:
Мы кидалты, мы пилоты,Не какие-то задроты…Мы обречены —Снять стране штаны…Снимать штаны рэперы стали не стране, а друг другу. Под музыку сиротливого клавишника не затруднились показать исподнее…
Как чуткий к слову человек и актер гражданского направления Витя позволил себе вмешаться. Он подступил вплотную к сцене.
Сдирание одежд приостановилось. Сиротка-клавишник по-прежнему звучал.
– Что такое кидалты? – попытался перекричать клавишника Витя. – Вы, конечно, не знаете? – обратился он к публике.
– Знаем, – откликнулся из зала чей-то кашляющий голос. – Слыхали! Эти кидалы у нас во где сидят!
Обладатель кашляющего голоса ткнул себя пальцем в горло и с двумя вилками в руках двинулся к сцене.
Музыканты попятились. Клавишник оторвал руки от синтезатора.
– Нет-нет! Не кидалы, а кид’алты… От английского слова «кид»… В общем, дети они… Веселые, радостные такие… – От собственной доброты Витя слегка вспотел.
– И ребятишек в такие игры впутывать? А ты, сволочь, их защищаешь?
Вслед за кашлеголосым к сцене кинулись еще двое.
Досталось всем. Вите – в первую очередь. Группу выкинули из программы. Хозяин кабачка, срочно вызванный на место побоища, объявил:
– Никаких мне тут больше кидалтов!
Вите было противно, горько. Неологизм рокеров толпой осознан не был. (Хотя и сами рокеры были виноваты: штаны за сценой снимать нужно!) Но ведь это как раз он, Виктор Владимирович Пигусов, делатель суперкультуры, не смог донести до присутствующих новейшее слово!
Эпизод странным образом способствовал Витиной популярности.
Ему разрешили молоть любую чушь. В надежде на новые – как выразился хозяин кабачка – «вспышки неконтролируемых иллюзий».
– Пусть лучше здесь «вспыхивают», чем на Манежной, – добавил умный хозяин и устало справился: – Новая винная карта готова?
Представили карту.
Хозяин прочитал:
«Рочий рык» (водка на коньяке) – 300 р.
«Рок-шкалик» (горькая настойка) – 240 р.
Портвейн «Думы перкашиста» – 125 р.
«Рюмка роковая» – 190 р.
«Рок-отстой» (спирт муравьиный
на травах) – 105 р.
«Лягушка в тереме» (бренди с сюрпризом) – 380 р.
«Рок-текила» (русская среднетягучая) – 440 р.
Коктейль «Рок над Кремлем» – 900 р.
Коктейль «Рок под Кремлем» – 1900 р.
– Почему «под Кремлем» так дорого?
– За непристойный вид снизу…
– Какой имбецилище все это сварганил?
Представивший винную карту отставил ногу в сторону, подбородок задрал кверху, произнес певуче:
– Поэт Быкашкин!
– Вы хотели сказать – Букашкин?
– Нет-с, именно – Быкашкин! Господин Быкашкин требует произносить его фамилию верно и гордо. Имя, говорит, – это вымя успеха. За правильностью употребления своего имени через литагентов следит неотступно! А заскакивает к нам – от случая к случаю. И платы за свои сочинения пока никакой не взял. Подумаю, сказал, сколько с вас слупить. Стихо-меню, – мой первый опыт подобного рода, сказал. А по мелочи брать с нас не хочет. «Уж грабить так грабить!» – выразился. И еще добавил: давно с исходной правдой жизни столь тесно не соприкасался. А в стихо-меню, – говорит, – соприкоснулся!
– Я что-то не понял – где тут стихи?
– Стихи в разделе «Десерт». Изволите прослушать?
– Ладно, давайте, что он еще там понаписал…
– А славные такие стишата: «Торт Обама – прощай, черно-белая мама»;
«Слоеный пирог «СНГ» – выход из кабака в одном сапоге»;
«Запивон браконьера: ломит зубы и сбивает шаг – не как питье, а как высшая мера (вышак)!»
«Опохмелон рокера» – пейте рассол из чашечек шестого размера, влитый в бутылку из-под Джонни Уокера»;
«Вафли Распутин: второй раз уже не захочешь»…
– Где же тут рифма со словом Распутин?
– А здесь, по словам господина Быкашкина, рифма сама собой подразумевается: Раз-путин, Два-путин, Три-путин… Прикажете «Распутина» подать на пробу?
– В другой раз… Состав «Опохмелона» представьте.
– Это мигом-с. Составчик – первостатейный! Вода волжская недоочищенная, спирт ректификат польского разлива, три капли из речки Яузы, шесть капель из Москвы-реки, пятьдесят грамм «Тройного», ну и – флакончик слез от вдовы Бориса Ельцина… Все в запечатанной бутылочке – 0,33 литра… Супер!
– Имбецилищи… Форма рока в России – совсем не бутылочная! Все переделать в виде сердец! Стаканы, тарелки, столы!
– И бутылки прикажете?
– Надо будет – и бутылки в виде сердец отольете… Сердце! Вот форма рока в России!
– А как в смысле гонорария? Что господину Быкашкину передать? Они уже раз десять косвенно про гонорар справлялись…
– Что значит – косвенно?
– Господин поэт Быкашкин про это говорит так: «Я вас, обдиралы, пока косвенно спрашиваю – когда мое бабло вернете?»
– Быкашкин – это та самая лобковая вошь? До шестьдесят шестого размера раскормленная? Вторичнобескрылая?
– Прошу прощения, не понял?
– Ну, жирный такой хмырек, с парикмахерской улыбкой… Усиками коммивояжерскими на рекламных щитах шевелит…
– Здесь в самую точку! Они-с! Вторично-бескрылые-с!
– Так вы гоните этого Быкашкина в шею! А вместо гонорара – два литра «Опохмелона» ему за шиворот. Все! Карту винную – переписать. Обаму с собой – имею в виду торт – мне завернуть… Два куска. Или нет. Давайте весь! Мазать морды – так мазать!..