Чтение онлайн

Они летали от одного острова к другому. Только представьте вырванный из земли огромный кусок скалы радиусом в несколько десятков, а то и сотен квадратных километров. Я видел, как с края одного из таких островов падали потоки воды от какой-то реки или большого озера, скрываясь где-то далеко внизу. Если понятие «низ» можно было применить в этом сходящем с ума мире. На каждом клочке такой земли росли деревья, жили люди и возделывали свои поля, паслись стада животных. Это был анклав жизни посреди космической пустоты.

Как это могло работать с точки зрения физики и логики у меня понимания не было. И очень жаль, что этот мужчина ничего из местных реалий почти не объяснял своему ученику, сосредотачиваясь исключительно на обучении.

На островах часто встречались большие поселения и даже полноценные города, по развитию находящиеся где-то на уровне наших Средних веков, с тем лишь исключением, что здесь процветала магия и многие вещи были на куда более высоком уровне. Например, освещение всех местных поселений магическими фонарями, или полноценная медицина, способная бороться даже с самыми опасными болезнями.

И да, в кои-то веки я увидел сон-явь, где не было полного разрушения мира или идущей войны с планарными монстрами и слугами божественных паразитов. Здесь проблем тоже хватало, как и монстров, каким-то образом нападавших на обитаемые острова. Но даже так, местные неплохо справлялись с этими проблемами самостоятельно.

Что же касается того волшебника, от лица которого я наблюдал за окружающим миром, то очень скоро я начал понимать, почему именно его решил показать Лабиринт. Ну или точнее, почему он стал донором нужных знаний.

Великий мастер пространственной магии — именно так его называли пара таких же, как и он бродяг-волшебников. Они крайне уважительно относились к нему и его ученику. И да, чем я дольше оставался с ним, чем глубже постигал знания, которые он давал пареньку, а также над которыми размышлял сам, тем очевиднее становилась его гениальность. Это, можно сказать, был самый настоящий монстр от рунической магии. Специализирующийся на пространственных высших плетениях.

День за днём я следил за тем, как эта парочка перебиралась от одного огромного острова, висящего в пустоте к другому. Где-то они ночевали в городах или малых селениях, где-то приходилось ставить лагерь и магическое охранение, отдалённо похожее на то, что придумал когда-то я сам. Понятное дело, у полноценного рунического мага всё было значительно лучше и эффективнее, но сам принцип был схож.

Я учился. Сейчас это был мой шанс, самый большой и важный. Многие месяцы я мог наблюдать за жизнью и работой сильнейшего рунического заклинателя, и такое больше никому из именованных было не повторить. Это также дало мне время на создание собственных наработок в рунике, а также упорядочивания того, что уже узнал.

Маг начал объяснять принципы пространственных плетений лишь на третий месяц своих путешествий с учеником. И то, — начал он это ну с очень отдалённых моментов — создания того самого диска, на котором перемещался между островами.

И да, это была именно вариация «маяка Войда», его высшая форма, которую маг пытался вложить в своего ученика. Очевидно, поначалу пока лишь самые основы, но чем больше времени проходило, тем сильнее маг углублялся в свои объяснения, а его подопечный становился опытнее.

Что же до меня, то старался запомнить каждое слово рунического заклинателя, каждое движение, пытаясь заучить наизусть всё показанное им. И да, теперь я уже был полностью уверен в правильности своего решения — маяк должен был решить мои проблемы с устойчивостью портального прокола. В сочетании с информацией, полученной от мага-ловушечника, всё должно было получиться.

Восьмой уровень этого заклинания изменял его, превращая меня в ходячую пространственную аномалию.

Прежде всего это касается карманного пространства, которое я получил, когда взял седьмой уровень способности. Его значительно расширило и укрепило, убрало сообщение с погодными условиями внешнего мира, где был поставлен маяк. В общем, карманное убежище стало ещё больше и чуть удобнее.

Жаль я толком им не и воспользовался — как оказалось, довольно специфическая штука из-за того, что туда нельзя было взять других людей. Причём об этом я узнал не сразу. И это было неожиданно, превращая перспективное дополнение к навыку в обычное кольцо-хранилище и ситуативное личное убежище. Я пару раз использовал его во время своих путешествий в снегах, чтобы согреться, но на этом всё.

Хорошо хоть этим изменением навыка на восьмом уровне не ограничивалось. Число установленных маяков возрастало до двух десятков, а ограничение на количество человек в отряде снималось — теперь я могу таскать за собой чуть ли не всю рейдовую группу. Собственно, именно в этом и была главная фишка заклинания. Прийти на место, поставить маяк, вернуться к портальной площадке и забрать всю рейдовую группу гильдии.

Если же кто-то из союзников уже поставил свой маяк, то и идти не надо, я могу использовать его в качестве направляющей точки, главное — получить разрешение у самого союзника.

Очнулся я, судя по хронометру браслета, спустя всего пару минут после запуска улучшения навыка. А по моим ощущениям прошло несколько лет. Пожалуй, это был один из самых длинных на моей памяти снов, которых я видел. Дольше я находился в сне-яви, только когда поднимал вторую профессию. Но там-то было понятно, а тут…

В любом случае я тут же принялся записывать в браслет всё, что крутилось в голове и удалось запомнить. Тезисно, формулами и с описанием готовых плетений — всё, что боялся забыть из-за огромного количества информации, которая свалилась на меня.

Не заметил даже, как идёт кровь из носа и глаз, пытался запечатлеть каждый важный и нужный момент, что удалось осознать и понять. И да, я хорошо понимал, что всего не запишешь. К сожалению, это то, что исправить было нельзя, а значит, и смысла горевать нет.

Но главное, у меня всё-таки получилось! Да, я, мать его, всё-таки смог разработать руническое плетение устойчивого портала для множества живых существ. В том числе и с решением по его энергетическому наполнению. Да это ничего ещё не было проверено и предстояло много работы, но самое важное и трудное оказалось позади.