Кража
Шрифт:
– Вы сказали, хорошо, дескать, что на рынок не пошли… А то бы и вашу квартиру…
– Конечно! Могли бы и мою! От воров никто не застрахован. Они следят за всеми, кто домой, кто из дома.
– Да не слушайте вы ее! – Одутловатый мужчина в потертой шляпе приблизился к Солдатову. От него несло табаком и водочным перегаром. – Разбогатела, теперь все у нее воры. А надо бы ее пощупать, – гоготнул он. – Вредный она для жизни человек, – мужчина добродушно рассмеялся. – Рублевку одолжит – не рад будешь. Ботинки собьешь, пока допросишься!
– Меньше выпьешь – здоровее будешь! – не задержалась с ответом блондинка.
– Вот видите, и ей мое здоровье понадобилось.
– А пошел ты к лешему, пьянь беспробудная! – Блондинка резко оттолкнула его.
– Ох, ох, ох! – Мужчина сконфуженно, неловко закружил вокруг женщины. – Скажите, пожалуйста… Когда надо, пробуждаюсь! А разве нет? – И он засмеялся, довольный собой.
ГЛАВА 2
Солдатов вошел в подъезд. Обычные для блочных домов узкие лестницы, площадки, выложенные мелкими плитками, резиновые коврики у дверей. Где-то наверху хлопнула дверь, но шагов по лестнице не слышно. Похоже, кто-то стоял на площадке.
Солдатов поднялся на четвертый этаж. Почтовый ящик квартиры Боровика плотно набит газетами. Солдатов вспомнил слова Галенко о том, что хозяина квартиры дома не было два дня. Он толкнул обитую коричневым дерматином дверь и шагнул в квартиру. Под ногами мягко пружинил вишневый с золотистыми полосами ковер. Солдатов сразу оценил достаток, чистоту и домашний уют. Запах натертого паркета придавал квартире добротность и приветливость. Кухню заливал мягкий свет от большого розового абажура. Застекленные двери комнаты распахнуты настежь. В низком кресле, приставленном к журнальному столику, Солдатов увидел старшего инспектора Петухова. Тот прервал разговор с двумя мужчинами и быстро подошел к Солдатову.
– С понятыми работаешь?
– Не только. Один из них приятель потерпевшего. – Петухов незаметно кивнул в сторону мужчины в сером костюме. – Пойдем на кухню, поговорим. – Он на ходу сделал какие-то пометки в блокноте.
– Большая кража? – спросил Солдатов, когда они уединились на кухне.
– По-моему, да! Воры обшарили все: гардероб, книжные шкафы, даже матрацы на постелях перевернули. Похоже, искали что-то…
– А что взяли?
– Сказать трудно. Ценностей и денег при осмотре не увидел. Модных игрушек вроде магнитофонов, транзисторов тоже не видать. А ют дубленка, куртка замшевая, отрезы разные – это все на месте. Еще хрусталь не взяли, но разбили вдребезги. Вся кровать осколками усыпана.
– Интересно! Не торопились, значит… А в квартиру как проникли?
– Устанавливаем. Нам повезло сегодня. С оперативной группой приехал эксперт Муромцев. Работает, как всегда, внимательно. Подождем, что он скажет. А предварительно… Балконная дверь и окна целы, только на входной двери около верхнего замка отжим заметен. Второй замок, похоже, с подбором брали, – осторожно, но настойчиво произнес Петухов. – Других следов никаких, орудий преступления тоже. В общем, аккуратно работали.
– Не густо, – задумчиво проговорил Солдатов. – Унывать не будем. Отсутствие следов – это тоже следы.
Солдатов сел на зеленую пластиковую табуретку и закурил. Кухонный гарнитур, настенный календарь с видами Прибалтики, стопка отглаженного постельного белья, видимо, недавно из прачечной, фотокарточки за стеклом шкафчика…
– Фешенебельная квартирка! – сказал Петухов.
– Да, – согласился Солдатов. – Квартира ничего. Вполне…
Ну а не касаясь осмотра, самому-то удалось что-нибудь выяснить? – Он хмуро взглянул на Петухова.
– Не нравится мне приятель потерпевшего. Недоговаривает, темнит… На один вопрос ответит, от второго увильнет, а на третий ответит так, что не знаешь, что и подумать.
– Да, любопытная кража. Следов мало, разбитый хрусталь, лукавый приятель потерпевшего. – Солдатов подошел к раковине, открыл кран и сунул под струю папироску. – Надо поговорить с этим приятелем.
Они вернулись в комнату. На полированной поверхности вишневого цвета стенки, стеклах и фарфоровой посуде, стоявшей в серванте, тускло белели небольшие размазанные пятна – следы фиксатора. Значит, Муромцев уже поработал здесь.
– Привет! – сказал Солдатов.
– Привет! – нехотя буркнул эксперт.
– Чем порадуешь? Чем огорчишь? Может, слово какое скажешь?
Муромцев поднял голову и сквозь стекла очков посмотрел на Солдатова, будто не узнавая его. Эксперта одолевали сомнения.
– Ну, давай-давай! Выкладывай, – подбодрил его Солдатов.
Муромцев с досадой бросил кисточку на крышку служебного чемоданчика.
– Нет следов. Корова языком слизнула… Мазки одни.
– Ни одного следа?!
– Взял кое-что на пленку… – тихо проговорил Муромцев, оглянувшись на понятых. – Но эти следы я взял там, где ворам нечего было трогать, – на сахарнице, настольной лампе, ободе стула… – Муромцев вскинул на лоб очки. Помолчал и уже тверже добавил:
– Похоже, следы эти не воры оставили…
– Выходит, никакого просвета? – Солдатов заглянул Муромцеву в глаза, легонько сжал его плечо. – Ты вот что! Не торопись, еще постарайся. Сам видишь, кража непростая.
Муромцев пожал плечами, оглянулся на Петухова, будто прося поддержки, и снова взялся за кисточку.
– Кинолога вызывали? – спросил Солдатов у Петухова.
– Уже полчаса работает. Собака хорошо взяла след.
– Ну и что?
– Еще не вернулся и не звонил, – Петухов кивнул в сторону алого телефона на журнальном столике.
– Приметы похищенного уточнил?
– Не успел, – ответил он. – Не у кого уточнить! Потерпевший еще не появлялся. Никого из его семьи нет…
– Большая семья? Жена, дети, теща? Петухов промолчал.
– Так! С этим вопросом у тебя осечка. Приметы вещей нужны, Петухов, приметы! Надо же знать, что искать будем.
– Сейчас займусь! – сказал Петухов.
Солдатов еще раз прошелся по квартире. Ее обстановка, голубоватый кафель ванной, матовые плафоны бра, старинный торшер – все говорило о вкусе хозяина квартиры и его неплохом заработке.