Чтение онлайн

– В таком случае эта девушка мне уже нравится, – улыбнулась Дафни.

Заметив искры интереса, заблестевшие в глазах матери, Эшфорд сменил тему:

– Когда ждете Джульетту?

– На следующей неделе, – откликнулась Дафни. – Джульетта с Карстоном и детьми завтра выезжают из Парижа прямо в Маркхем.

– Блестяще! – воскликнул Эшфорд, чувствуя, как потеплело у него на сердце.

– Тебе уж придется какое-то время уделить и Каре, – напомнила Дафни. – В ее последнем письме каждая строчка начинается со слов: «Милый дядя Эш».

– Никуда не денешься, – с улыбкой согласился Эшфорд. – Не успеем опомниться, как эта малютка начнет разбивать сердца – Эшфорд встал, собираясь подняться к себе.

– И что ты думаешь об этом? – спросил Пирс, когда они с Дафни остались одни.

– Не знаю, – задумчиво покачав головой, отвечала жена. – Но у меня есть предчувствие, что наш праздник в этом году превзойдет все ожидания.

Снег лениво кружился в воздухе и, подгоняемый легким /Ветерком, медленно опускался на землю. Ноэль смотрела на зимний пейзаж, но не видела ни серого неба, ни снежных хлопьев – мысли ее занимала поездка в Лондон.

Встреча с мистером Бариччи была самым ярким, удивительным событием последнего времени. Почему он был так настойчив в своем желании установить с ней какие-то отношения? Это казалось ей весьма сомнительным. Нет, Франко Бариччи определенно самодовольный интриган, безнравственный негодяй, занятый только собой и своими сомнительными делишками. Отвращение Эшфорда и его недоверие к ее родителю были настолько же очевидны, как и страх Бариччи перед Эшфордом и его антипатия к нему. И все это вело к единственному заключению: Франко Бариччи являлся подозреваемым, и Эшфорд Торнтон намеревался доказать его вину.

Размышления об Эшфорде вызвали у Ноэль странные ощущения. Никогда прежде не чувствовала она такого ошеломляюще сильного влечения к мужчине, и не только физического, все усиливавшегося по мере того, как они общались. И никогда в жизни ей так сильно не хотелось бросить вызов отцу: почему, черт возьми, ее появлению в лондонском свете могли повредить невинные встречи с этим человеком? Почему она должна была томиться два долгих месяца, прежде чем снова увидит Эшфорда?

Мечты Ноэль были прерваны шумом из гостиной.

– Там какой-то джентльмен к тебе! – воскликнула Хлоя, врываясь в комнату. Щеки ее горели от возбуждения.

– Джентльмен?… – Ноэль вскочила, разглаживая юбку и засыпая сестру вопросами: – Он высокий? Темноволосый? Широкоплечий?

– Нет, это не лорд Тремлетт, – с улыбкой ответила Хлоя. – Я бы так тебе сразу и сказала. Ведь ты со вчерашнего дня мне описывала его не менее шести раз. Нет, это не он. – Хлоя в возбуждении терла ладошки. – Но этот джентльмен поразительно красив.

В горле Ноэль зазвенел серебристый смех

– Хлоя, мне не хочется разочаровывать тебя, но я не знаю такого джентльмена. Кстати, как его имя?

– Андре Сардо.

– Это имя мне совершенно незнакомо. Ты уверена, что он хочет видеть меня, а не папу?

– Совершенно уверена.

– В холле послышались шаги. Они приближались, и наконец в дверях гостиной появился Эрик Бромли. Его мрачный взгляд остановился сначала на Хлое, потом на Ноэль.

– Подозреваю, что тебе уже известно, что к тебе пожаловал визитер.

Ноэль не могла не заметить напряженной позы и расстроенного тона отца. Она склонила головку, насмешливо глядя на него:

– Папа! В чем дело? Кто этот Андре Сардо?

– Художник, – сэр Бромли не пытался подбирать подходящие слова, – его подрядили написать с тебя портрет.

– Подрядили? И кто же?

– Франко Бариччи. Ноэль глубоко вздохнула.

– Ты ведь говорила, что Бариччи хотел наладить с тобой отношения. По-видимому, он и пытается это сделать.

Не в силах выдержать укоризненного взгляда отца, Ноэль подошла к нему и взяла его за руку:

– Папа, мне не нужен мистер Бариччи и его щедрые дары. Если он воображает, что может купить мою привязанность, то очень заблуждается. Я тотчас же отошлю мистера Сардо обратно.

– Я горжусь тобой, Ноэль, – сказал Эрик с любовью.

– Неужели ты не был уверен в моем ответе?

– По правде, говоря, нет. Меня удивляет мое собственное решение. Я сказал месье Сардо, чтобы он начинал писать твой портрет.

Ноэль была изумлена и обескуражена:

– Но почему?

– Потому что я питаю отвращение к Бариччи, а не к Сардо. Он ничего не знает о причинах, почему Бариччи сделал этот красивый жест. Богатый человек предложил ему кучу денег за портрет красивой молодой женщины, а Сардо беден, Ноэль. Он не очень известный художник. По его словам, Бариччи отворил ему дверь, ведущую к успеху, дав возможность выставить свои картины в галерее Франко. Четыре или пять из них уже проданы. Но этого мало. этого не хватает на жизнь. Сардо пытается пробиться. Он борется за место под солнцем, но слишком горд, чтобы сказать об этом прямо. И все же ясно, что для него этот заказ означает пишу и одежду. Как я могу отказать ему только потому, что питаю отвращение к негодяю, который платит, ему? Ноэль привстала на цыпочки и поцеловала отца в щеку.

– Ты такой чудесный человек, папа. И конечно, ты прав. Мы не можем отказать художнику.

– Но мы не можем также и рисковать, создавая у Бариччи ложное впечатление, что мы попались на его удочку. Поэтому я поставил месье Сардо ряд условий.

– Какие же?

– Сеансы будут проходить здесь, в Фарринггон-Мэнор. Далее, никто, включая его нанимателя, не будет сопровождать его сюда. Он будет приезжать, и уезжать один. Потом, когда портрет будет готов, он уедет. Все.

– И что ответил месье Сардо? Эрик пожал плечами:

– Он согласился.

– И теперь ты удовлетворен?

– Да. И пусть Бариччи не воображает, что его жест смягчит мое сердце, что таким образом он сможет купить себе право видеться с тобой.

– Это уж точно, – поддержала его Ноэль, пытаясь разглядеть, кто находится в холле. – А могу я увидеть месье Сардо?

– Я думаю, – Эрик прищурил глаза, – Хлоя уже сообщила тебе, что он совершенно неотразимый джентльмен, столь же очаровательный в обращении, сколь приятный внешне? Надеюсь, что ты не слишком увлечешься им?