Кречет
Шрифт:
Бородач занес кувалду над приближающейся тварью в рваном женском платье. Неожиданно та шарахнулась в сторону. Не найдя препятствие, молот провалился в пустоту, увлекая за собой здоровяка. Его тело развернулось, и двое оживших подскочили к нему вплотную. Бородач с разворота тычком рукояти повалил одного из них. Лежа на земле, мертвец вцепился в его ноги, вынуждая того балансировать и уворачиваться от укусов. Второй оживший повис на кувалде, пытаясь добраться до горла человека. Еще двое заходили со спины. Лучник не успевал наложить стрелу, а старик сдерживал натиск передних рядов. Глаза великана округлились от ужаса, кольцо оживших вокруг него сужалось!
Я прыгнул на спину зомби, вцепившегося в ноги бородача, и, словно перезрелую тыкву, вдавил его голову ботинком в асфальт, одновременно ударом мачете раскроил череп висевшего на кувалде мертвяка. Освободившись, здоровяк, подобно выпущенному буйволу, разметал остальных мертвецов. Хруст костей и хлюпанье ошметков мозга смешались с его ревом.
Бой длился меньше минуты, но казалось, прошла вечность. Последнюю тварь прикончил лучник. Всё…Около двух десятков гнилых трупов валялись вокруг. Кто-то из них еще шевелился, но уже не мог подняться.
— Горите в аду! — прошипел Хан-лучник, плюнув на поверженных.
Здоровяк подошел ко мне и протянул медвежью руку:
— Спасибо, Кречет, я думал все…
Его грудь ходила ходуном, мокрая рубаха облепила тело, казалось, ему даже было тяжело говорить:
— Меня Кузнец зовут, это Хан и Полковник, — кивнул молотобоец на лучника и старика.
— Давай с нами, — похлопал меня по плечу старик-Полковник.
Подозрение в его глазах сменилось на уважение, и только Хан, скривившись, выпустил яд:
— Смотри, если что не так — стрела догонит…
Мы поспешили к их авто. Откатные двери микроавтобуса встретили запахом старого пластика и супермаркета. Задние ряды и багажник были завалены консервированной снедью в банках и вакуумных упаковках. Пожелтевший поролон, выбивавшийся сквозь обивку облезлых сидений, расплылся в приветливой улыбке. За руль сел Полковник, остальные плюхнулись в продавленные пассажирские кресла.
Майское солнце багровым закатом прощалось с мертвым городом. Дизель убаюкивающе заурчал, и минивэн не по годам бодро покатил из города.
На сегодня пронесло… Контакт с объектами наблюдения прошел удачно.
Тишина мерцаньем звезд дарила ложную безмятежность. Старый фермерский дом с красной черепичной крышей притаился на окраине леса и сиротливо доживал свой век. Черные силуэты сараев, расположенных возле него, создавали ощущение заброшенности. Сквозь заколоченные грубыми досками окна особняка едва различались огоньки света.
В гостиной дома потрескивал камин, отбрасывая тусклые отблески на обстановку комнаты. За большим деревянным столом сидели трое мужчин и две женщины. Массивные деревянные лавки заняты лишь наполовину. Пустующие места словно ждали своих хозяев. Разговаривали вполголоса. Иногда оживление перерастало в громкий спор, который тут же пресекался шипением старика, заседавшего во главе стола. Густая седая борода и серебристые патлы волос, делали его схожим с персонажем библейских времен. Присутствующие называли его Гектор и относились к нему с почтением.
— Уходить надо, если стая оживших найдет дом — долго не продержимся! — молодой парень лет двадцати с подростково-веснушчатым лицом ерзал на лавке и теребил копну рыжих волос.
— Сегодня отбились, надеюсь, и в следующий раз пронесет! — промямлил средних лет мужчина в массивных очках и редкой бороденкой. — Поздно уже уходить, стая близко.
Истрепавшийся костюм тройка и челка, зализанная набок, выдавали в нем интеллигента.
— То одиночки были, со стаей не справимся! — не унимался рыжий.
— Не каркай, Рудый. Не поминай лихо пока оно тихо. Прав Доктор, — Гектор кивнул на интеллигента, — Тут обождем, покуда наши не воротятся!
Женщины понуро молчали, показывая своим видом, что инициативу принимать решения они оставляют мужчинам. Одна из них жалась к Доктору, пряча испуганное лицо за плечом мужа. Ее звали Лилия. Вторая, по имени Энн — девушка-подросток лет шестнадцати, робко поглядывала на Гектора, словно ждала от него плана чудесного спасения.
Снаружи дома послышались мерзкие звуки, дюжина шаркающих ног топталась по дощатой веранде. Кто-то настойчиво поскребся в запертую дверь. Хриплое шипение обдало холодом.
Первым очнулся Гектор. Жестом он велел всем молчать. Мужчины потянулись за оружием, лежавшим на полу возле камина: плотницкие топоры и укороченный пожарный багор. Энн метнулась к камину и приглушила свет, накинув на проем кусок рваного брезента. Наступившая тишина сдавило сердце. Казалось, даже огонь перестал потрескивать, в надежде, что ожившие уйдут. Но шум вновь усилился. Почуяв людей, твари настырно продавливали дверь и окно, выходившее на веранду. Треск дощатой двери и и шарканье ного пробирали до костей.
— Дверь не выдержит! Их нужно отвлечь, увести от дома, — прошептал Гектор. — Рудый, сумеешь?
Рыжий парень съежился и пролепетал:
— Говорил же, уходить надо было… не смогу я… простите…
— Я пойду! — сказал Доктор, отдирая от себя перепуганную жену.
— Проворства не хватит, зря сгинешь! — нахмурился Гектор.
— Можно мне? — в глазах Энн блеснул боевой задор.
Не дожидаясь согласия, девушка юркнула по приставной лестнице в черную дыру потолка. Лаз вел на чердак. Затаив дыхание, Энн пробиралась во тьме на противоположную сторону дома и уже не слышала наставлений Гектора. У нее зрел свой план.
Сердце бешено колотилось, колени слабели от страха, но что-то звало ее вперед и не давало сдаться! Вот и чердачное окно! Скорее… Энн осторожно выбралась наружу. Старая кровля кряхтела под ногами и готова была провалится. Луна вычертила силуэты мертвецов, наседавших на веранду дома. Из темноты леса выползали все новые твари. Их уже около двух десятков. Энн передернула плечами: какие же они все-таки мерзкие! Не как не могу привыкнуть…
Задняя часть дома соприкасалась с раскидистой ивой. Словно кошка Энн нырнула в крону дерева, тут же слившись со стволом. Скользнула вниз. Мягкий прыжок и она на земле! Занятия спортивной акробатикой в «прошлой жизни», оказались очень кстати.