Кредо
Шрифт:
Доводчик мягко закрыл дверь, и Артёма передернуло. Он постоял секунду, потом вошел в зал. Едва не наткнулся на давешнего официанта. Тот его узнал – еще бы не узнать! – и едва не выронил из рук поднос с кофе, горячими булочками и джемом.
– Мне то же самое плюс сосиски, – сказал Артём, проходя за ближайший свободный столик.
Официант принес завтрак минут через пять. Держался парень молодцом, многие бы на его месте уволились еще вчера – или с полным основанием затребовали больничный лист.
– Мои соболезнования, – расставляя перед Артёмом приборы, сказал официант. – Ваш друг… это ужасно.
Артём кивнул. Спросил:
– Вчера вы не заметили убийцу?
– Нет, – официант вздрогнул, но ответил уверенно. – Нет. Выстрел, пуля рядом с головой попала… даже не посмотрел в сторону улицы. А вы?
– И я не посмотрел, – кивнул Артём. – Скажите, Иван часто сюда захаживал?
– Нечасто, – официант не раздумывал, видимо, вчера его допросили как следует. – Но регулярно. По большей части вниз, но мы-то меняемся залами. Сидел долго, но выпивал всего-то пару кружек.
– Один приходил?
– Обычно с друзьями. Чаще всего с таким крепеньким, невысоким… – официант неуверенно развел руками, рисуя в воздухе кого-то, комплекцией напоминающего Карлсона. – Кирилл его зовут.
– Киря?
– Да, Киря.
Артём кивнул. Ничего неожиданного он не услышал, но…
– Спасибо, вы мне помогли.
– Вы… из полиции? – с легким сомнением спросил официант.
– Пять лет назад назначен начальником отдела особо тяжких преступлений МУРа, – честно сказал Артём. О том, что три года назад он был снят с должности, Артём предпочел не распространяться.
Официант просиял:
– Как хорошо, что вы здесь! Вчера ваши товарищи просили позвонить, если что-то вспомню.
– Да? – Артём оживился.
– Вчера, когда он зашел, убитый-то, с самого утра, то сперва заглядывал в верхний зал. Я вначале значения не придал, а потом повспоминал получше. Он в дверь-то заглянул, на зал особо и не глядел, сразу в тот угол уставился.
Артём проследил взгляд официанта. Два столика, один пустой, за другим субтильная девушка ковыряла ложечкой пирожное.
– Там кто-то сидел?
– Нет, никого. А он, убитый, вроде как ожидал кого-то встретить. И когда никого не увидел, то сразу пошел вниз.
– Кто там обычно сидит? – спросил Артём.
– Разные люди. Место хорошее, у окон и в уголке, нешумное. Там многие стараются сесть.
Артём достал сигареты.
– Извините, здесь не курят, – вежливо сказал официант. – Хотя для вас…
– Нет, ничего. А там – курят?
– Да, у окна курящие места. Там вытяжка хорошая, дым никого не тревожит. Некурящие там не любят сидеть: со всех сторон дымят.
Артём снова посмотрел на девушку. Та справилась с половиной пирожного и теперь собиралась с силами: крутила в пальчиках сигарету, призывно поглядывая по сторонам.
– Знаете, вы все-таки позвоните в МУР, – сказал Артём. – Расскажите им, что вспомнили… Да, той девушке у окна явно нужен огонек!
Сосиски остыли, но все еще были вкусными. Артём позавтракал, рассеянно поглядывая по сторонам. Изможденная девица домучила пирожное, выкурила сигаретку и ушла. Компания студентов деловито смолола сосиски и яичницу, погоготала только им понятным шуточкам, удалилась. Поодиночке уходили клерки, рылись в меню случайные посетители. Иногда кто-то садился за те столики, которые вчера интересовали Петренко. Никто не походил на убийцу, явившегося на место преступления. Впрочем, убийцы, как правило, ничем не отличаются от нормальных людей. Даже наличием бессмертной, реинкарнирующей души.
Все-таки симпатичный молодой преподаватель Петренко был не так уж прост. Он пришел в «Деньги на ветер» не напиваться, а поговорить. Что-то открылось ему в короткой диктофонной записи… что-то, требующее обсуждения.
Но человек на встречу не пришел. Предпочел сесть у окна и подождать, пока Петренко не выйдет из пивной. Потом прицелился из…
Из чего?
Артём вздохнул. Картина вырисовывалась совсем уж фантасмагорическая. Пистолет, револьвер – это оружие можно представить у гражданского лица. Сохранились со старых революционных времен наградные наганы, в армии и милиции есть табельные пистолеты, которые имеют обыкновение теряться. Существует, как с ним ни борись, подпольный рынок оружия. В общем, если человек хочет иметь револьвер или пистолет, то он его найдет. И порой такие стволы убивают.
Но на подобной дистанции речь может идти только о винтовке. А учитывая точность стрельбы – о винтовке с оптическим прицелом. Охотничье оружие такого типа тоже существует, но всерьез его даже рассматривать не стоит.
Снайперская винтовка. В руках убийцы, в центре Москвы!
На мгновение Артёму захотелось достать телефон и позвонить в МУР. Они там хоть исследовали пули? Убедились, что стреляли вовсе не из револьвера? Или старичок-эксперт Арсений Сергеевич, вот уже сорок лет работающий на отдел особо тяжких преступлений, только сегодня утром приковылял на работу? А весь вчерашний день отрабатывалась «револьверная версия»?
Желание позвонить угасло, прежде чем Артём достал телефон. В любом случае к обеду Крылов будет все знать точно. А попасть со своей идеей впросак и услышать в очередной раз про Пинкертона Артёму не хотелось совершенно.
Хорошо. Примем за рабочую гипотезу снайперский выстрел из здания Бауманки.
Винтовка с оптическим прицелом. Снайперская винтовка… Опытный стрелок: три пули подряд попали в Петренко. Так что же у него было? Полицейская снайперская винтовка? Вряд ли. Такую точность боя на таком расстоянии СВУ не даст никогда, вручи ее хоть Натаниэлю Бампо по прозвищу Соколиный Глаз.
Армейская СВД? Винтовка Драгунова – надежная, хорошая штука. Но на километровом расстоянии и от нее ждать чудес не приходится.
Какие-нибудь иностранные модели? Тут Артём мог только пускаться в догадки. У всех стран есть армии, поскольку рано или поздно люди начинают воевать, невзирая на реинкарнацию (честно говоря, порой она даже служит оправданием – враг не убит совсем, а всего лишь отправлен к следующему перерождению). У всех стран есть полиция, а в полиции – спецподразделения со снайперами, потому что рано или поздно появляются убийцы, которых не страшит неизбежность наказания.