Чтение онлайн

Да, товарищ, за такие проступки не получить должности преподавателя в академии, решил он. По лицу Боба пробежала мрачная улыбка.

В данный момент он находился в надежном укрытии. Это было все-таки каким-то утешением. Здесь они в безопасности – на один или два дня. Это укрытие, несомненно, было выбрано капитаном Бизариной на случай крайней необходимости – если ей придется скрываться и бежать из страны. Потому здесь не было телефона, и Боб не мог связаться с местным резидентом КГБ. Что, если она больше не приедет? Тогда он будет знать, как поступить, – ему придется пойти на риск и ехать в машине с номерным знаком, известным полиции, – и пулевыми пробоинами! – чтобы украсть достаточно далеко от трейлера другой автомобиль. Он вообразил тысячи полицейских, патрулирующих окрестные дороги с одной лишь целью: найти маньяка, стрелявшего в одного из их товарищей. Как он мог допустить, чтобы все зашло так далеко, пошло под откос!

Он услышал шум приближающегося автомобиля. Ленни по-прежнему сторожил пленника. Боб и Билл взяли пистолеты и выглянули через край единственного окна, выходящего на грунтовую дорогу. Оба с облегчением вздохнули, когда увидели, что это «вольво» Бизариной. Она вышла из машины и сделала несколько условных жестов, показывая, что за ней нет слежки, затем направилась к трейлеру, держа большую сумку в руке.

– Поздравляю: о вас передают во всех телевизионных новостях, – сообщила она. Идиоты – было невысказанным продолжением ее тирады, но это повисло в воздухе подобно грозовому облаку.

– Все не так просто, – ответил Леонид, зная, что лжет.

– Не сомневаюсь. – Бизарина положила сумку на стол. – Завтра я арендую для вас другой автомобиль. Ваш даже отгонять куда-то слишком опасно. Где вы его…

– В двух сотнях метров отсюда, дальше по дороге. Мы загнали его в самую чашу и замаскировали ветками. Его будет трудно заметить даже с воздуха.

– Вот именно, все время имейте это в виду. У полиции здесь имеются вертолеты. Берите. – Она бросила Бобу черный парик. Затем на столе появились две пары очков – одна с простыми линзами, не искажающими изображение, и вторая – с зеркальными. – Вы не испытываете аллергии к гриму?

– Что?

– К гриму, кретин.

– Капитан… – возмущенно начал Боб и тут же замолчал, увидев взгляд Бизариной.

– У вас бледные лица. Если вы не заметили, обращаю ваше внимание на то, что в этом районе многие жители испанского происхождения. Сейчас вы находитесь на моей территории и будете поступать так, как я скажу. – Она сделала короткую паузу. – Я помогу вам уехать отсюда.

– Но эта американка, она знает вас в лицо…

– Разумеется. По-видимому, вы собираетесь устранить ее? В конце концов, мы нарушили одно правило, почему не нарушить и другое? Какой безумец отдал приказ на проведение этой операции?

– Указание поступило из высоких инстанций, – ответил Леонид.

– Насколько высоких? – резко бросила она и поняла все по высоко поднятым бровям. – Шутите!

– Природа приказа, уровень исполнения – «Немедленно», кто, по-вашему, мог отдать такой приказ?

– По-моему, наши карьеры рухнули, и это означает, что мы – да, мы – все исполним. Но я не согласна с убийством своего агента. Пока мы никого еще не убили и не думаю, что в нашем приказе…

– Вы совершенно правы, – громко произнес Боб и одновременно выразительно из стороны в сторону покачал головой. Рот Бизариной приоткрылся от изумления.

– Но это может привести к войне, – тихо заметила она, уже по-русски. Она имела в виду не настоящую войну, а нечто почти такое же страшное – открытый конфликт между агентами КГБ и ЦРУ, чего еще никогда не происходило, даже в странах третьего мира, где обычно наемники одного ведомства убивали наемников другого, причем даже не зная почему. Причина была очевидной. Назначением разведывательных служб является сбор информации, и насилие, без слов признали обе стороны, мешает этой работе. Но если спецслужбы двух стран примутся убивать сотрудников друг друга…

– Напрасно вы не отказались от выполнения такого приказа, – заметила Бизарина после короткого молчания.

– Да, конечно, – кивнул Боб. – В это время года на Колыме природа просто очаровательна – все вокруг сверкает снежным ковром. – Жителю Запала показалось бы странным, что ни один из офицеров КГБ даже не подумал о том, чтобы обратиться к американским властям с просьбой о предоставлении политического убежища и защиты. Это решило бы проблему их личной безопасности. но одновременно означало измену родине.

– Вы можете поступать, как вам хочется, но я отказываюсь убивать своего агента, – заявила резидент и на этом закончила обсуждение проблемы. – Но вас я сумею вывезти из Соединенных Штатов.

– Каким образом?

– Еще не знаю. Скорее всего на автомобиле, но мне придется придумать что-то новое. Может быть, не на автомобиле, а на грузовике, – Бизарина думала вслух. Она знала, что здесь много грузовиков, и женщина за рулем не вызовет ни малейшего удивления. Пожалуй, можно переехать границу в фургоне? Фургоне, нагруженном ящиками… Грегори в одном из них, усыпленный или с заткнутым ртом… может быть, спрятать всех в ящики… нужно выяснить, какова таможенная процедура. Ей еще никогда не приходилось заниматься такими вещами. Получив сообщение о предстоящей операции хотя бы за неделю до ее начала, она сумела бы ответить на многие вопросы.

Не спеши, сказала она себе. Спешка уже причинила нам немало неприятностей.

– Мне понадобятся два дня, может быть, три.

– Это очень много, – заметил Леонид,

– Столько времени необходимо, чтобы оценить принятые против нас меры. А пока не брейтесь.

Боб кивнул после недолгого раздумья.

– Мы на вашей территории.

– По возвращении домой сможете написать в отчете, что полевые операции требуют соответствующей подготовки, – сказала Бизарина. – Вам нужно что-нибудь еще?

– Нет.

– Хорошо. Тогда увидимся завтра вечером.

– Нет, – ответила Беатрис Тауссиг агентам ФБР. – Я видела Эла сегодня вечером. Я… – Она посмотрела на Кэнди и заколебалась. – Я хотела, чтобы он помог мне… видите ли, нам нужно было забрать подарок ко дню рождения Кэнди. Я видела его последний раз на стоянке у торгового центра. Вы действительно считаете, что русские?…

– Да, похоже на это, – ответила Дженнингс.

– Боже мой!