Чтение онлайн

Придя в мастерскую Дарнелиус устроил ученикам разнос. Он распинал за плохо надраенный стол, за несиметрично лежащие на тарелке эклеры, за едва заметные пятнышки на передниках. Придирался буквально ко всему. Но когда подошел к Понку, не смог найти повода для упрека. Рабочее мест было идеально чистым, сам ученик был одет так тщательно, что ему позавидовали бы придворные лакеи. А еще Понк приготовил пирожные с кремом. Обычные недорогие пирожные, которые покупали в лавке Дарнелиуса не самые богатые покупатели.

Но как он их приготовил. Бисквитные корзинки и крем были изготовлены в точности с рецептом Дарнелиуса, но вместо простой однообразной улитки на каждом пирожном был свой неповторимый рисунок. Старый мастер засмотрелся на узоры, вспоминая, как сам тренировался делать новые фигуры на дешевых пирожных. Ругать Понка он не стал. Вместо этого пошел заварить себе чаю, который его обычно успокаивал. Вернувшись с чашкой на кухню, он с удивлением увидел, что Понк плачет. Стоит перед мойкой, надраивает и без того чистые ножи и лопатки, а по лицу бегут слезы.

— Ты чего разревелся то, Понк? — удивился старый кондитер, — Натворил чего или с другими учениками чего-то не поделили?

— Нет, мастер. Простите. мастер, — Понк быстро вытер лицо салфеткой, но слезы потекли еще обильней.

— Так чего ревешь, то? Объясни по-человечески. И за что извиняешься?

— Мастер не доволен мной. Он даже не сделал мне замечания, хотя на других учеников потратил свое время. Я не достоин у Вас учиться! — после этих слов паренек уже не смог удержаться и разревелся навзрыд.

— А ну перестал реветь! Не люблю плакс. А замечания я не сделал потому, что у тебя сегодня все в порядке. Инструмент на местах, везде чистота, задание выполнил. И пирожные ты сделал очень достойные. Видно, что душу вложил в отделку, а не слепил по шаблону, как остальные обалдуи. Продолжай так же стараться каждый день и точно останешься моим учеником, все задатки для этого у тебя есть. Только чтобы впредь не разводил мне сырости. А раз так любишь работать с кремом, давай покажу тебе пару интересных приемов.

С того дня Понк больше никогда не плакал. Хотя загружал его Дарнелиус сильнее остальных и требовал жестче. Зная перфекционизм ученика он специально искал малейшие недостатки в его работе и указывал на них. Указывал только один раз. Повторно Понк ошибок себе не позволял. Также он начал поручать Понку закупать продукты. Тут уже Понк ухитрялся доводить людей до слез. Он был беспощаден к поставщиками. Он требовал, чтобы в лучшую кондитерскую поставляли только самые лучшие продукты. Был придирчив и неподкупен. Но к тем, кто давно и постоянно поставлял качественное сырье он относился с глубоким и искренним уважением, считая их мастерами своего дела.

В канун праздника заказов было очень много. Мастер сам работал весь день, а ученики носились словно наскипедаренные.

Но когда остальные заслуженно пошли отдыхать после тройной нагрузки, Понк задержался на кухне. Он хотел удивить Карину праздничным десертом. Он уже несколько дней вынашивал идею, как можно изготовить башмаки из мастики, карамели и мармелада. Теперь у него есть эта ночь, чтобы реализовать задуманное.

К полуночи у него уже были готовы шоколадные подошвы с карамельными гвоздями. Мастика тоже созрела и он начал ее раскатывать, чтобы сформировать верх. Впереди было еще много работы.

Карина в это время кралась вдоль стены дома. Ей было страшно и немного стыдно. И вообще она не понимала, как такое может быть. Но она дождалась, пока отец уснул, тихо оделась и на цыпочках вышла на улицу. Возле палисадника в тени от угла дома ее ждал Рузольф.

— Ну что красавица, решила все-таки спасти меня и пришла, — Рузольф проговорил тихо, склонившись к ее уху, — Пойдем скорее, праздник давно начался, а нам еще добираться!

Парень взял Карину за руку и повел по теневой стороне улицы.

— Что отец так и не захотел тебя отпускать?

— Нет, он упрямый. Сказал нет, значит нет.

— А сестра не знает, что ты пошла, она тебя не выдаст?

— Нет, я сестре ничего не говорила. Да я и сама до последнего момента не могла решиться. У меня до сих пор коленки дрожат.

— Ничего, со мной можешь ничего не бояться. Я готов защитить мою красавицу от кого угодно. И даже от ее отца, — говоря Рузольф приобнял Карину за талию и и приблизился губами к уху.

Ладонь у парня была горячая и ей показалось, что тепло от нее разлилось по всему телу. Девушка осторожно отстранилась, чувствуя, что не готова находиться так близко к мужчине. Но руку Рузольфа не отпустила, стараясь идти с ним в ногу.

— А как мы будем добираться до берега?

— Не волнуйся, я обо всем позаботился. На праздник мы поедем в экипаже!

— Ой, это же очень дорого! В праздник извозчики берут ломовые деньги!

— Это экипаж моего друга! Мы поедем вместе, веселой компанией!

— У тебя богатый друг!

— Да, друзей нужно выбирать правильно. Только так и можно достичь чего-то в этой жизни, — Рузольф свернул в переулок, где под деревьями стоял экипаж, запряженный двумя крупными кулисами. Несмотря на темноту, было видно, что эта повозка не из дешевых. Спереди на козлах сидел слуга. который никак не прореагировал на появление парня и девушки. Он словно был бездушной частью повозки. Ближайшая дверца открылась и оттуда выглянул невысокий молодой мужчина. Маленький рост компенсировался немаленьким весом. Толстяк дружелюбно улыбнулся вновь прибывшим.

— Рузольф, мы тебя заждались, но похоже ожидание было оправданным. Где ты нашел этот прекрасный цветок?

— Вы не поверите, но он расцвел прямо под моими окнами! А точнее в доме соседа напротив. Знакомьтесь, друзья — это Карина, дочь охотника Мартина.

— Очень рад, Карина! Но забирайтесь же скорее в карету! Мы ждем только Вас!

Рузольф помог девушке забраться в экипаж, где на кожаном диванчике среди шелковых подушек ждал третий член компании. Ими оказался молодой человек с узким надменным лицом.