Чтение онлайн

В кают-компании было почти пусто. Только Рауль Ортега, сидя в одиночестве за стойкой бара, медленно тянул что-то через соломинку из большого бокала.

Вместо приветствия он молча кивнул Палмеру, взял со стола запотевший графин и налил красный тягучий напиток во второй бокал.

— Держите, — он протянул бокал Джею. Палмер с недоверчивым видом посмотрел на напиток. Ортега рассмеялся.

— Это всего лишь старое доброе красное вино, — сказал он. — Вкусное и холодное.

Палмер слегка пригубил бокал.

— Действительно, — согласился он, — Я бы сказал даже, отличное вино.

— Одно из лучших, — с видом знатока подтвердил Ортега и внезапно сменил тему. — Почему вы нам не доверяете, Джей?

— А с чего бы это мне вам доверять? — в том же тоне ответил Палмер. — Вы читаете мои мысли, не считаясь с моими желаниями. Вы отбираете у меня все оружие. Вы тащите меня за собой в эту самоубийственную авантюру. Ко всему, вы еще являетесь выходцами из Крепости Сол, где никто уже не был в течение трех веков. Какой довод вы можете мне привести в пользу того, что я должен вам доверять?

— Вы еще живы, — произнес Ортега своим невозмутимым голосом.

— Что же вы хотите этим сказать?

— Подумайте немного, Джей. Вас разоружили. Макс и Линда прекрасно могут прочесть все ваши мысли и заставить ваше тело делать то, что они ему прикажут. Вы никоим образом не можете повредить нам, тогда как мы можем сделать с вами все, что захотим. Вот вам довод, почему вы должны верить нам.

— И это вы называете доводом? — с возмущением воскликнул Джей.

— Да, и, по-моему, лучший. — Ортега сделал длинный глоток, — Вы ничего не добиваетесь, не доверяя нам. Повторяю вам, вы никак и ничем не можете повредить ни нам, ни нашему кораблю, как бы вы ни хотели. Сами же находитесь в нашей полной власти. Поэтому я вновь спрашиваю вас, чего вы добьетесь, слепо не доверяя нам?

— Звучит достаточно убедительно. Другими словами, у меня нет особога выбора: я могу быть либо пленником, либо желанным гостем.

— Абсолютно верно. Мы предлагаем вам дружбу, настоящую дружбу, Джей. Примите нас такими, какие мы есть, и наше путешествие сразу станет гораздо приятнее. Не боритесь против нас, Джей, этим вы себе наживете лишнюю головную боль, и все. Попробуем жить, доверяя друг другу, хорошо?

Палмер пожал плечами и сделал большой глоток.

— Знаете, Рауль, — сказал он, — очень может быть, что вы окажетесь правы.

«Только, быть может, не совсем так, как вы это себе представляете», мысленно добавил Джей.

Палмер скромно улыбнулся Робин, сидящей напротив него за столом. Он принял решение. Он больше не будет держаться в стороне от солариан, постарается выглядеть таким, каким они хотели бы его видеть до определенного момента. По крайней мере, до тех пор, пока он не выяснит достаточно, чтобы понять истинную цель своих «хозяев» и решить, достойны ли они или нет его доверия. Он смог наконец поставить перед собой четкую цель: ближайшая задача — внедриться в группу.

Кроме того, в данном случае у этой необходимости были и свои приятные стороны.

— Чему, вы улыбаетесь, Джей? — вежливо поинтересовался Линго. — Неужели вы и Робин?..

— Конечно же нет! — едва не подпрыгнул от неожиданности Джей. Опять его застали врасплох!

— Во всяком случае, ЕЩЕ нет, Дирк, — невинно уточнила Робин.

Палмер залился краской стыда, что еще больше прибавило веселья окружающим. Спустя некоторое время, Джею удалось преодолеть себя, и он присоединился к хохочущей публике.

— Кажется, я впервые вижу, как вы смеетесь, — заметил Линго. — Делайте это почаще. Смех вам идет, Джей. С самого начала путешествия у нас была несколько напряженная атмосфера. Мы все…

— Робин говорила с ним об этом еще вчера вечером, прервал его Макс Бергстрем.

— Откуда вам… — невольно вырвалось у Джея. Бергстрем, улыбаясь, постучал указательным пальцем по правому виску.

— Вы все никак не можете привыкнугь. Ведь вы в свою очередь решили подвергнуть нас испытанию. Мы будем только рады. Добро пожаловать в нашу Группу, Джей!

— А что, в мире уже нет никого, кто мог бы сохранить остатки своего "я" в неприкосновенности, когда рядом находится кто-нибудь из вас, телепатов? — спросил Джей, стараясь скрыть готовое прорваться раздражение.

— Да сколько угодно, — ответила Линда. — Только это происходит несколько иным способом, чем вы себе представляете.

— Прекрасно. И что же для этого нужно?

— Все очень просто, — вновь вступил в разговор Линго.Существование даже незначительного количества телепатов ставит перед обществом новые социальные проблемы, довольно деликатные. Впрочем, это же касается и всех других талантов. Если бы в обществе не существовало органических групп…

— Извините?..

— Группы, подобной нашей, состоящей из шести-семи человек, обладающей различными способностями, или талантами, как мы их называем. Человеческая раса всегда имела в своем составе индивидуумов, наделенных необычными способностями, да и в пределах обычных варьировала весьма широко, от деревенского дурачка до того, кого мы все привыкли называть гением. Эта вариабельность по числу и интенсивности различных талантов у людей представлена гораздо шире, чем, скажем, у дуглариан. Но вплоть до недавнего времени с точки зрения развития человеческого общества в целом, конечно, этот разброс и спородичность проявления таланта были скорее во вред человечеству, потому что люди, имеющие одинаковые способности, всегда стремились объединиться в некое сообщество, чаще всего враждебное по отношению к оставшейся части человечества. Возьмите, к примеру, самую примитивную структурную единицу общества — семью. Ее можно было бы определить как группу людей, по структуре своей наиболее близких друг к другу генетически. Единицы, подобные или очень похожие друг на друга, всегда стремятся к сближению, они обладают свойством формировать маленькие или большие группы — от обычной семьи (как самая маленькая структурная единица), до самых больших — государств, основанных на принципе национального единства, своеобразное государство — нация. За примером не надо долго ходить: в пределах Конфедерации имеется сколько угодно планет, заселенных народом исключительно одной национальности.

— Я никогда не думал над этой проблемой под таким ракурсом, — пробормотал Палмер. — По-вашему выходит, что государства-нации являются не чем иным, как итогом социального развития семьи.

— А чем же иным? Самые большие социальные единицы общества всегда обусловлены свойством своей мельчайшей структурной единицы — «базовой структурой».

— Тогда раса является естественным развитием идеи, клана! — воскликнул Джей. — Точно… это так очевидно, что я удивляюсь…

— Именно по этой причине человеческая раса никогда не являла собой единого целого.. Ваша Конфедерация сама по себе тоже является группой кое-как притертых друг к другу отдельных планетарных государств. Не будь Дуглаари, не существовало бы и Конфедерации. Исчезни общая опасность, и она тотчас бы рассыпалась, так как в основе своей опирается на социальную единицу — семью.