Крест Сталина
Шрифт:
– Купите, не пожалеете! ...С самого курорта, что ни на есть настоящего!
Только тут до полковника, как говорится, дошло, и он выхватил коробку. Охватившее волнение лавиной прогнало кровь и выпарилось соленым потом через мгновенно открывшиеся поры...
Мальчуган обалдел, когда полковник по щедрому отвалил ему за папироски...
Уже в подъезде начальник сунул перехваченную резинкой пачку купюр во внутренний карман защитной гимнастерки и, круто развернувшись, помчался в Управление обратно...
* * *
Здоровенный дядька в белом фартуке сметал с мостовых мусор по направлению к белокаменной тумбе облепленной цветными афишами. Все тот же пацан, расположившись у основания, чавкал сдобной плюшкой. Заметив подвернувшуюся коробку, подцепил ее грязным ногтем. В сизой пачке оставались еще целые две папиросы. Что ни говори, но сегодня ему несказанно везло...
Номера возвращенных купюр не сошлись. Но главное было сделано: подотчетные суммы были погашены, исчерканный тетрадный листок бесследно исчез, сожженный собственноручно товарищем Овалько. День спустя у набережной Москвы реки был выловлен труп гражданина Глызина...
Казах валялся в московской больнице - отрабатывал алиби...
Монтер, резонно опасаясь расправы, умчался на Кавказ, надеясь пересидеть поднявшуюся бучу...
Окончательно пройдя пансион, Аман прямо с больницы позвонил своей соседке. Той самой, которая укладывала свои волосы, давая через отражение в витрине знак своему подельнику.
* * *
Вечером они встретились. Лариса передала Валихану непромокаемый сверток, ловко сброшенный в тот вечер через встроенный мусоропровод. Всего то и делов: подержать с пять минут обыкновенный мусорный совок, куда и плюхнулась сверху завернутая пачка.
Пока был шум и гам в верхней квартире, Лариска, трясясь от страха, облепила сверток тестом и сунула в разогретую духовку...
В ту ночь оперативники толкались по квартирам подъезда, переворачивая все с ног на голову. Не обошли вниманием и мусорную шахту, пытаясь проверить возможность сброса денег, но в нижнем контейнере ничего не обнаружили. До утра рылись в вещах, отдирали наличники, простукивали плинтуса у жителей всего подъезда. Гонимые грозным начальством, даже не прикоснулись к еде; каравай белого хлеба громоздился по центру стола...
Так и ушли, оставив перелопаченные квартиры и перепуганных обитателей многоэтажного дома...
ГЛАВА 34
Нарком с утра был в хорошем расположении духа. Сидя в белоснежной рубашке, с закатанными рукавами, без галстука, он грелся под теплыми солнечными лучами, проникшими в его рабочий кабинет сквозь оконное стекло.
"Папа" готовил речь к предстоящей 18-й Всесоюзной партийной конференции...
К Лаврентию почтительная кличка "Папа-малый" приклеилась с незапамятных времен. Так с 20-х годов величали его на Кавказе верные друзья, перекочевавшие затем в столицу. Вот и сейчас они избавляли его от вынужденного прозябания над бесконечными цитатами обоих вождей, старательно редактируя предстоящий доклад...
Освободившуюся часть сэкономленной энергии наркомвнудел направил на распутывание сложных взаимоотношений старшего брата с соратниками и помощниками из Совнархоза...
Летом в 1937 году, почему-то считающимся самым кровавым, были арестованы все заместители председателя Правления Госбанка СССР. Лев Ефимович Марьясин - глава финансового монстра при наличии табельного оружия так и не смог застрелиться. Его кабинет был блокирован обыкновенной пластилиновой печатью. Но Лев Ефимович ... исправно появлялся на работе, а редкие сотрудники шарахались от бывшего шефа, как от страшной проказы...
Страна, в отличие от сегодняшнего времени, спокойно просуществовала без парализованной банковской верхушки. Государственный механизм работал без сбоев, рубль стоял почти вчетверо дороже американского доллара. Партийные съезды уже не собирались, нити правления огромной страной надежно переплелись в жесткой хватке первого коммуниста. Путь каждой копейки просматривался в каждом сантиметре могущественной державы...
Папа - малый не удивлялся, он прекрасно понял суть движений вождя. Перебирая ряд документов, он подчеркнул заинтересовавшие его места в некоторых из них.
Внешней разведке с трудом удалось докопаться до сверхтайных операций товарища Троцкого. Виктор Копп, бывший меньшевик, действуя от его имени, заключил контракты с концернами Круппа. Все сношения, происходившие на высочайшем уровне (Ленин, Троцкий, Чичерин), гибко обходили подводный риф в лице наркома по делам национальностей (Иосифа Джугашвили). Так что репрессии начались гораздо раньше. Да и какой большевик будет якшаться с меньшевиком и капиталистами, без интереса? Еле переправили рельсы на нужный маршрут. Немцы, не желая портить отношений стали делиться новыми технологиями...
Вот еще документ. При Ленине был протащен новый секретный декрет о реализации культурных ценностей за рубежом для поддержки Красной Республики. От такой передачи Алмазный фонд до сих пор не может свести концы с концами...
В Париже Георгий Пятаков осуществлял все валютные операции, включая продажу ценностей Эрмитажа, через сеть престижных антикварных магазинов и аукционов. Разница между истинной стоимостью и балансовой оценкой - миллионы долларов! Еле втащили Пятакова обратно, в Россию...