Чтение онлайн

Из гаража пробивался свет.

— Он здесь, — сказал Игорь, а Петушок молча кивнул, оглянулся — нет, никого не было поблизости.

Игорь постучал. За крашеными массивными дверями гаража завозились, упала какая-то железяка. Потом голос Сергея спросил недовольно:

— Кто там?

— Это я, Сергей! — ровно отвечал Игорь. — Открой, дело есть.

— А, Игорек… Погоди, я в яме, вылезу.

Обитая войлоком дверь вскоре открылась, на Игоря и Петушка дохнуло теплом — в гараже, у верстака, краснел раскаленной спиралью мощный электрический «козел».

— Чего это ты на ночь глядя? — удивленно спрашивал Бородкин, пропуская Игоря, а вместе с ним и Петушка, в гараж. Я уже спать идти собрался. Матушка приходила, хватит, говорит, возиться, иди ужинать.

— Покупателей привез, — Игорь кивнул на молчаливо стоящего рядом Андрея.

Серега глянул вскользь, без особого интереса, закурил, пачкая сигарету масляными, грязными пальцами. Спросил нейтрально:

— Кузов, что ли, нужен?

— Ну да, — кивнул Петушок, оглядывая придвинутый к стене остов зеленого «жигуленка». — Меня помяли здорово, костоправы и слушать не хотят, чтобы восстанавливать. Стойки повело, крыша — в гармошку. Сам еле жив остался.

— Конечно, чего там восстанавливать, — согласился Серега. — Лучше другой купить, с тем все равно намаешься — то двери не закрываются, то еще чего. А я свою тачку на запчасти разобрал, — прибавил он, небрежно кивая на кузов. — Купил в прошлом году по дешевке, поездил, движок снял…

— А целиком почему не продаешь?

— Выгодней так, — Бородкин сдернул с кузова полиэтиленовую пленку, махнул тряпкой по лобовому стеклу — мол, смотри, товар лицом. Левое переднее крыло было малость помято, сейчас это почти незаметно. Продолжал откровенничать. — Так в сборе, за эту тачку пару «лимонов» дадут, не больше. А по деталям оно лучше получается, проверено. Но с кузовом, земляк, надо будет еще немного повозиться — подварить кое-где. Хочешь, я и сделаю.

— Сколько ты просишь? — стал торговаться Петушок, обходя кузов со всех сторон, хлопая дверцами. Кузов стоял на подставках из кирпичей, без колес и заднего моста, да и двигателя уже не было.

Бородкин назвал цену.

— Надо с матерью и теткой посоветоваться. Они тут.

Петушок приоткрыл дверь гаража, помахал рукой, подзывая Татьяну с Изольдой, сидевших в «кадиллаке». Выглянул и Серега.

— О, ты на машине шефа раскатываешь! — с некоторым удивлением сказал он Игорю.

— Я предупредил, что к тебе заедем, шеф не возражал, — Игорь уводил взгляд в сторону. — Да и самого час назад домой отвез.

— Понятно.

Татьяна с Изольдой вошли в гараж, поздоровались.

— Вот она! — выразительно сказал Игорь и похлопал ладонью по кузову.

Татьяна подошла к останкам своей машины, погладила капот.

— Вот ты где, голубушка, — сказала дрогнувшим голосом. — А я тебя так долго искала… Ну, здравствуй!

Подняла на ошарашенно слушающего эти слова Бородкина горящие ненавистью глаза:

— А чехлы куда девались?

— Какие чехлы? — Серега занервничал, отступил на шаг к верстаку, начиная что-то понимать. Глаза его бегали по лицам незваных гостей, засуетились и руки, сами собой потянулись к инструменту, лежавшему на верстаке. Но Петушок был начеку — оттер Серегу в сторону, сам взял увесистый, на длинной ручке молоток.

— С сидений чехлы, чего тут непонятного? — Татьяна держала себя в руках, говорила почти спокойно, так это внешне казалось. — Куда ты их дел?

— Ничего не знаю… Никаких у меня чехлов отродясь не было, я их не люблю, пыль только собирают, — мямлил Серега, окончательно поняв, зачем Игорь привез к нему этих «покупателей».

— Посмотрите в багажнике, — посоветовал Петушок, не спуская с Сереги глаз, и женщины одновременно шагнули к задку машин, приподняли крышку. Скомканные грязные чехлы лежали на месте запасного колеса, в углублении крыла.

— Они, крестная? — спросил Игорь.

— Они, наши. — Татьяна развернула простенькие полосатые чехлы, подошла ближе к лампочке, горевшей у верстака. — Конечно, это наши. Вот, я еще штопала. Алексей курил, прожег дырочку, а я зашивала, ругала его. Видишь, Лиза?

Изольда тоже внимательно осмотрела чехол, подтвердила, что здесь была штопка и шила женщина, мужчина так не зашьет.

Бородкин затравленно смотрел на них.

— Вы… вы что-то путаете, уважаемая! Чехлы стандартные, я покупал их в магазине на Минской… Я…

— Это мы с Алексеем, мужем, которого вы убили, покупали эти чехлы на Минской! Сволоь! — еле сдерживалась Татьяна. — Под цвет машины подбирали. Я бы их узнала из тысяч. Документы от машины где? Где вообще документы, которые были у Алексея?

— Ну! Ты слышишь, что у тебя спрашивают? — Петушок угрожающе навис над Бородкиным.

— Они… Я не знаю. Может быть, у Жорки… — Серега отступал, оглядывался, с надеждой и отчаянием смотрел на Игоря, еще на что-то надеясь. Может, Игорек сам ошибся, привез, не зная, что эти люди его обманули, хитростью вызнали Серегин адрес, тайными какими-то путями выведав о кузове… Но с каждой секундой надежда в глазах Бородкина таяла, он понял, что Игорь привел «покупателей» не случайно, что он — с ними. Тварь продажная. Неужели он не понимает, что ввязался в смертельное дело, что ему Феликс с Бизоном не простят! Ах, сучонок!.. Ну, погоди. Только бы вырваться из гаража, только бы обхитрить решительно настроенных женщин и верзилу с молотком в руках. Они убьют его! Машина, да, этой бабы, которая нашла чехлы и опознала их, а за машину и мужа… всего можно ожидать! Раз они без милиции, значит, решили сами во всем разобраться, сами могут и отомстить. Но как же так?! Убивал Бизон, а они с Вадиком…

— Документы… они у меня дома, я сейчас принесу! — Бородкин сделал шаг к дверям, но Петушок загородил ему дорогу.

— Смыться решил? Нет, теперь, гад, не смоешься. Ты за что человека убивал? А?

— Это не я! Это Бизон, Жорка! Они с Вадиком били, а я просто так стоял. Спросите у Башметова, найдите его! Игорь! Что ж ты делаешь, а? Что ты молчишь? Найди Вадика, поезжайте к нему! Давайте вместе поедем. Нельзя же так, не разобравшись, на человека валить!

— Вадьки больше нет, — сказал Игорь. — Он ничего больше не скажет.

У Сереги отвисла челюсть. Узкое его, с мокрыми сейчас губами лицо побелело от страха, резче, контрастнее выступили масляные пятна, в зеленых, близко посаженных глазах мелькнул ужас.

— Вы что… убили его?! Игорь? Ты в своем уме?

Игорь отвернулся. Ему до тошноты неприятно было смотреть на перекошенную от страха физиономию Сереги. Таким он никогда его не видел. Наоборот, Бородкин всегда держал себя в руках, нападал первым на того, кого они выбрали для расправы, был безжалостным и смелым.