Чтение онлайн

В четыре утра он проводил Коробейника до дверей черного хода, а потом еще час просидел на кухне, бессмысленно напрягая и расслабляя мускулы. Тело просило немедленного действия, а он даже не мог позволить себе выйти во двор. И только строго по расписанию выйдя и занявшись обыденными делами, он почувствовал, что дело пошло! Отец Василий сотворил энергичную разминку, принял душ, позавтракал и, погладив Стрелку по холке, тронулся в путь.

Толянов «зилок» стоял там, где положено, и отец Василий, мельком глянув в кабину и отметив, что и Толян, и Санька на месте, обогнул машину и пошел вдоль длинного ряда огромных, пышущих жаром радиаторов. День закрутился в сумасшедшем ритме.

Отец Василий притормаживал в заранее оговоренных местах и ускорял ход там, где это было необходимо, и каждый раз с удовлетворением отмечал, что все движется по графику, а Санька с Толяном успевают подстраховать его и вполне готовы, случись такая необходимость, даже протаранить потенциального противника. Иногда, там, где требовалось его личное присутствие, Санька покидал машину, и Толян оставался в своем грузовике, готовый сделать все, чтобы защитить батюшку. Но отец Василий, как и было оговорено, проходил мимо, не замечая ни того ни другого.

Священник отстоял службу, сходил в спортсекцию для местных подростков, заглянул, как всегда, в продуктовый магазин, чтобы купить пачку чая и немного печенья, съездил в изолятор, четыре с половиной часа утолял духовный голод потерянных, заблудших людей и только к пяти вечера прошел мимо треклятой стройки.

Но на этот раз он Коробейника нигде не видел. Отец Василий воровато оглянулся по сторонам, набрал в грудь воздуха и пошел по тропе вдоль длинной стены силикатного кирпича. Останавливаться он не имел права – любая задержка могла быть истолкована Потапом как проявление утечки информации и использована как повод перенести покушение на другой день.

Стоял тихий, теплый осенний день. Отец Василий шел и молился, молился и шел с обреченностью приговоренного к смертной казни. Сверху послышался шорох, и отец Василий на секунду оцепенел. «Началось! – подумал он. – Где Коробейник?!»

Сверху, прямо перед ним, посыпалась вниз цементная пыль и песок, и отец Василий еле удержался, чтобы не сигануть в сторону. Только он прошел опасное место, что-то сзади звучно шмякнулось об утоптанную землю.

Отец Василий похолодел и – не выдержал – оглянулся. Прямо на тропинке лежала половинка красного кирпича! «Где этот хренов Коробейник?! – чуть не закричал священник. – Что он телится?!» Но вокруг расстилалась такая мирная, такая безмятежная тишина, что он понял – надежды напрасны, а покушение превратилось в фарс, в поллюцию, в выстрел в никуда. Он сплюнул и пошел дальше, но не успел отойти от здания даже на метр, как из-за угла вылетел Санька.

– С тобой все в порядке?! – испуганно тараща глаза, выдохнул он.

– А с тобой? – подозрительно уставился на него отец Василий.

– Я там… это… кирпич с подоконника нечаянно уронил. Ты извини.

Друзья посмотрели в глаза друг другу и рассмеялись. Таких идиотов, как они, да еще и собранных вместе, даже за деньги не показывают!

Впрочем, во всем, что успело с ними произойти, был весьма прозрачный смысл. С каждым пройденным и оказавшимся на поверку безопасным этапом вероятность того, что покушение состоится на остальных участках маршрута, резко повышалась. В конце концов осталось только одно потенциальное место покушения – узкий участок дороги, бегущей вдоль целого ряда маленьких одноэтажных домов. Здесь тротуаров не было вовсе и высоченные глухие заборы подступали прямо к асфальту, а проулков, где могла схорониться машина, – напротив, целых три.

Отец Василий вышел из храма и направился, как всегда это делал в субботу, в сторону районной больницы, там лежали три пожилые прихожанки.

Он нормально миновал первый проулок и, с некоторым напряжением, прошел второй. Священнику вдруг подумалось, что он все-таки слаб в своей вере, если не может довериться воле господа настолько, чтобы не беспокоиться ни о чем. Сказано же, что и волос не упадет без воли его. И в тот же миг все изменилось!

За углом взревел двигатель, и прямо на священника вывернул старый обшарпанный «УАЗ». Из другого проулка – с противоположной стороны, чуть-чуть отставая, вырвался Толянов «ЗИЛ».

Отец Василий на долю секунды замер, но тут же сообразил, что следует делать, и метнулся в сторону! «Уазик» свернул за ним. Отец Василий большим черным зайцем прыгнул в другую сторону и понял, что удалось! Раздался грохот, и «УАЗ» встал, намертво сцепившись с подрезавшим его «ЗИЛом».

Отец Василий остановился и посмотрел на склещившуюся парочку. Полная победа! Теперь наступил следующий этап.

Священник воровато оглянулся по сторонам, кинулся к «УАЗу» и, распахнув дверь, мигом оказался на пассажирском месте.

Потап оказался именно таким, каким его описывали братья Колесниковы – мелким лысоватым мужичком с угристым лицом и беспрерывно бегающими от безысходности маленькими глазками.

– Ну что, – усмехнулся священник. – Ты попал, мужик! И конкретно, я тебе скажу, попал!

Потап испуганно осел вниз.

– Говори! – рявкнул на него священник. – Быстро все выкладывай!

– Я… я… – промямлил Потап.

Большая черная тень мелькнула где-то сбоку. Отец Василий на долю секунды отвлекся и обомлел: место аварии блокировали два черных «Мерседеса»! «Кажется, я чего-то не учел!» – подумал он.

Из машин быстро вышли крепкие, молодые, стильно одетые парни.

«Мама родная! – подумал священник. – Это что же делается?» – он ничего не понимал.

Парни кинулись к «зилку», выволокли и стремительно потащили в машину кого-то из двоих; кого – священник разглядеть не мог. И только когда человека столь же стремительно швырнули на заднее сиденье машины, а парни сели следом, отец Василий понял – это был Коробейник!

– Санька?! – удивленно сказал он. – Я не понял…

«Мерседесы» дали задний ход и начали стремительно удаляться.

– За ними! – рявкнул отец Василий. – Быстро!

Потап испуганно дернул рычаг скоростей, дал задний ход, со скрежетом отцепился от «зилка» и тронулся вперед.

– Еще быстрее! – рыкнул священник.

Черные машины уже разворачивались в проулке. Потап прибавил газу, но иномарки ходко отрывались.

Отец Василий вдруг остро пожалел, что просто не выбросил Потапа на дорогу и не сел за руль сам. Вся их схема как бы нечаянной поимки рушилась быстро и неотвратимо. Все вообще поменялось в один миг: планы, желания, приоритеты… и теперь он знал только одно – Саньку нужно выручать.