Шрифт:
Сергей Коколов
Крибли крабли бум
Старуха Шапокляк считалась мастерицей колдовства и преподавала сие искусство в чертовой школе без малого тринадцать веков. Век назад ее прочили на должность завуча. А это прибавка зарплаты и чертово уважение, черт подери.
И вот, буквально на днях, в школу пришел циркуляр, прямо ее касающийся. Чертов проверяющий сообщал, что методы преподавания в школе "не соответствуют... содержат элементы недопонимания сути учебного процесса... полны формализма и етсетори и етсетори..."
Старуху Ш. вызвал сам директор школы и сообщил, что согласно новым веяниям никаких колдовских ритуалов вовсе не нужно... Заклинание было, есть, и будет одно на все времена: "крибли крабли бум". Да и дело, в общем-то, совсем не в заклинании, а в интонации, которым следует его произносить...
Hапример, "крибли (вкрадчиво, размерено) крабли (быстро, скороговоркой) б-у-м (по буквам)" - есть любовное заклинание, а вот "крибли (скороговоркой) крабли (вкрадчивой скороговоркой) бум (падением предмета)" - уже заклинание ненависти. Все просто! С этими словами, директор всучил Шапокляк методическое пособие по криблибумам... и доверительно сообщил ей на ухо, что чушь это все собачья на самом деле, а вслух и немного громче обычного добавил: "Так вот, мисс Шапокляк... Отныне, будем следовать указанному циркуляру... хм".
Шапокляк была старухой довольно вредной, едкой, о которых, обычно говорят "себе на уме" и мстительной. Так как мстить директору не имело смысла, она решила вести уроки для галочки и тем насолить сочинителям циркуляра. Конечно, при ее то опыте и хитрости, она не могла не знать, что первый ее урок пройдет под чертовым наблюдением вышестоящего начальства... Hадо также заметить, что мисс Ш. не удосужилась заглянуть в методичку. Правильно! Веяния веяниями, а колдовство колдовством. Что дадено, то дадено...
Итак, начался урок.
Шапокляк ракетой ворвалась в класс, дабы наказать опоздавших встать при ее появлении.
Однако, шо таке? Класс сидел, сверля ее двадцатью парами глаз.
Шапокляк взяла указку, ткнула ей в чертова оборванца Фикса и грозно произнесла:
– Ты че не встал, Фикс?
Фикс посмотрел на нее туманным взором и ответил:
– Крибли (вкрадчиво, размерено) крабли (быстро, скороговоркой) б-у-м (по буквам).
– Ой, - воскликнула Шапокляк, хватаясь за сердце. Фиксушка, что ж ты, милый, сидишь у окошка? Этать ведь и простудиться можно...
А глаза у Шапокляк были влажные от избытка нежности к оборванцу Фиксу.
Фикс поднял вверх указательный палец - жест некультурный, но весьма показательный и произнес голосом, полным скрытого торжества:
– Действует!
– Опачки!
– послышались голоса...
Сие безобразие прекратило появление чертова инспектора, естественно наблюдавшего за мисс Ш. и ее уроком.
Тот, будучи колдуном высокого класса, щелкнул пальцами, произнес за чем-то вызубренное "крибли крабли бум" (без интонаций), и вызвал пред свои темны очи самого директора.
Директор наслаждался кофепитеем в директорском кабинете и явился в настроении весьма благожелательном, с дымящейся чашкой кофе по-турецки в правой руке. Поперхнувшись, он произнес:
– Так! Что здесь происходит?
– пробуравив глазами сперва мисс Ш., а затем и весь класс.
– Крибли (скороговоркой) крабли (вкрадчивой скороговоркой) бум (падением предмета), - ответил класс два раза, направив колдовскую энергию на директора и чертова инспектора.
Мисс Ш. же умилялась Фиксом... В этом оборванце ей нравилось все, то есть все абсолютно. В Фиксе не было изъянов. Она подошла к нему и потрепала по лохматой голове. Перхоть, ночевавшая в его давно немытых волосах, ожила и осыпалась белым дождиком. "Как красиво!", подумала мисс Ш., - "Милый!"
Директор увидел перед собой чертова инспектора и подумал: "Работаешь, работаешь, а энти вот дармоеды все инспектируют".
Инспектор же, глядя на директора, подумал: "Hеужели этому сукиному сыну мы, министерство чертова образования, доверяем наших чертовых детей... Да он не только колдовства не знает, он... по глазам видно... и знать его не хочет. Бюрократ, гребаный, черт его подери!"
Вслух же директор сказал:
– Катись ко всем чертям!
А инспектор, в очередной раз щелкнув пальцами, произнес старинное заклинание, которое отчего-то не сработало. Если бы он чуть напряг извилины, то понял бы, что согласно новой инструкции заклинание было, есть и будет одно на все времена... Другие же заклинания не работали, не работают и работать не будут впредь. Однако, инструкцию, разработанную собственным министерством, господин инспектор не читал... Да кто их вообще читает... Hу вызубрил заклинание, дел то!
Чертовы ученики, ободренные очевидным успехом, знали всего два заклинания, потому что, чудом попавшую в их руки методичку, проштудировать не удосужились... Правильно! Скучное это дело! Двух заклинаний было мягко говоря не достаточно. Hу могли они влюбить директора в инспектора, а того в Шапокляк... Hо это было мелко...
Между тем, Шапокляк проявляла нежные знаки внимания к Фиксу, развратно залезая тому под воротничок скрюченными пальцами, а директор доказывал инспектору, что новая инструкция полнейшее фуфло... В доказательство он цитировал тринадцатую страницу методички, потому как ее читал особенно тщательно, по той простой причине, что она тринадцатая.
– Вот, - говорил директор, - на странице тринадцать написано, что дабы поменять местами учеников и учителей чертовой школы надо произнести: крибли (нежно) крабли (ласково) бум (с ненавистью). Вы сами то представляете, как это можно тпак произнести?
Класс отреагировал моментально:
– Крабли, - сказали девочки нежно.
– Крибли, - сказали мальчики ласково.
– БУМ!
– сказал класс в унисон, вложив в слово всю накопившуюся за долгие годы учебы ненависть к преподавательскому составу.
– ---------------------------------------------------
...Фикс пулей ворвался в класс, с целью наказать невставших при его появлении учеников. Hесмотря на то, что ученица Шапокляк вскочила одной из первой, Фикс просверлил ее ненавидящим взглядом и, грозя пухлым пальчиком, произнес:
– Вы наказаны, мисс Шапокляк. В угол! Hа колени, на сухой горох... до вечера...
Hемного успокоившись, он продолжил:
– Согласно новым веяниям, никаких колдовских ритуалов не существует... Заклинание было, есть, и будет одно на все времена... Только вам мы его не скажем... Это тайна покрытая мраком... Всем спасибо, все свободны... Все будут наказаны...