Чтение онлайн

На лице жреца впервые проступило хоть какое-то выражение. Слишком быстрое и неуловимое, чтобы его расшифровать, но Хан вовремя перешёл под ускорение, сделал запись и мысленной командой отослал её Ро-Зар.

— Он сожалеет, — шепнула Хранительница. — Причём искренне. Но у меня недостаточно данных, чтобы понять, о чём именно — о гибели друга или о своей вине в этой гибели. У вашего скафандра всё же мало сенсоров в сравнении с моим костюмом, да и стоит Квен-Дар слишком далеко…

— Ты думаешь, что я к этому причастен, — это было утверждение, а не вопрос.

— Ты был единственным, кроме Лары и членов Совета, кому Джор-Эл доверял. Я, кстати, в этот список не входил — он меня вычеркнул после конфликта по расовому вопросу. А теперь ты предлагаешь мне знание, которое было только у Джор-Эла, — родителей Кары Хан намеренно упоминать не стал. — Я ни в чём тебя не обвиняю — иначе здесь со мной были бы не телохранители, а судья. Но посуди сам, что ещё я мог подумать?

— Например, что Джор-Эл доверил мне тайну, как своему другу и исповеднику. А потом кто-то убил его за разглашение.

— А он доверил тебе?

— Нет. Я же сказал — "например". Видишь ли, то, что "открыл" Джор-Эл, известно посвящённым из нашей гильдии уже очень давно. Первым его раскрыл сам Кум-Эл. Но и после него талантливые учёные находили данное решение каждые две-три тысячи лет. Там математическое обоснование сложное, его разве что учитель Нон поймёт. А сама суть открытия — проста, как утренняя литания. Совет, естественно, всё запрещал и закрывал, но это знание висело на учёных тяжёлым моральным грузом. Этическое чувство у учёных неразвито, что бы они там ни говорили — вскоре, не выдерживая ответственности, они передавали сведения нам… а те ложились у нас в архивах. Мы умеем хранить тайны, Дру. И умеем не спешить. И когда я узнал, какими именно исследованиями занимался Джор-Эл… Когда я увидел, как сильно он изменился… Когда я узнал, что он забросил исследование… Мне не составило труда понять, что он заново открыл второй закон Кум-Эла.

— Второй?

— Первый закон Кум-Эла — то, что в современной науке называется "Эффектом Эрадикатора". Звучит он как "За пределами поля Кум-Эла зачатые в нём криптонцы умирают" — и в общем, достаточно широко известен. А вот второй…

— Дру-Зод, уходите оттуда немедленно! — проскрежетал в черепе голос Ро-Зар. — Даже с отключенным звуком я вижу, что ваш бывший друг замышляет нечто очень плохое!

"Но я сам ещё в адекватном состоянии?"

— Дру-Зод, сейчас не время издеваться! Вы прекрасно знаете, что вашей настоящей телеметрии у меня нет, вместо ваших и Фаоры-Ул данных идёт фальшивка, причём довольно некачественная… А Дев-Эм, единственный, кого я вижу по-настоящему, в явном неадеквате! Я никогда ещё не видела, чтобы с мозговыми ритмами такое происходило! Ещё полчаса в таком темпе и юноша получит шизофрению или нечто похожее! Убирайтесь оттуда!

"Уберусь. Как только получу нужный ответ. Впрочем, если вы его мне скажете, я готов убраться прямо сейчас".

— А второй закон? — спросил он, заметив, что молчание жреца затянулось.

— Прежде, чем сообщить тебе второй закон, я хочу попросить о маленьком одолжении. Сними шлем. Мне нужно убедиться, что это действительно ты.

— Извини, не могу. Техника безопасности.

— Если ты имеешь в виду разницу давлений, то я могу подождать, пока ты выравняешь её в скафандре с окружающим воздухом. Если же ты всё ещё боишься покушений, то у тебя в любом случае остаются силовые щиты. Я ведь рискнул, сняв маску.

— Это не одно и то же, Квен-Дар. Твоя маска обеспечивала лишь анонимность, но не защиту от оружия. Твоё истинное преимущество на переговорах — это сама местность. Для компенсации превосходства в территории мне и пришлось надеть тяжёлую броню. Пойдём ко мне на корабль — и там я охотно сниму и шлем и всё остальное, поговорим, как люди. У тебя тут вообще не очень комфортно, честно говоря.

— Ах, Дру-Зод, ты остался таким же упрямцем, каким был всегда… — Квен-Дар коснулся головного обруча и его лицо снова скрыла багровая маска. — Прости, но я не могу открыть тебе ничего на таких условиях. Разговоры о судьбе планеты требуют взаимного доверия.

— Что ж, как знаешь, не буду на тебя давить, — он проигнорировал красные огни от Фаоры и Дев-Эма. — Я даже не буду жаловаться, что потратил на тебя впустую много времени — встреча со старым другом этого стоила. Но прежде, чем мы расстанемся на такой неласковой ноте, может ответишь мне на другой вопрос, менее важный? Чисто по дружбе.

— Смотря на какой, — настороженно отозвался безликий.

— Что ты знаешь о секте, именуемой Жнецами?

Жрец устало осел в кресло, выросшее из стены — первая открытая демонстрация современных технологий, которую они тут увидели.

— Значит, ты о них уже тоже слышал… Что я могу сказать, мы не гордимся тем, что породили этих фанатиков. Сейчас они уже далеко не только среди нас — в твоей гильдии их как бы не больше. Мы делаем, что можем, чтобы помешать им — в своей епархии. Хотя я, в принципе, понимаю, что ими движет… но это не оправдание тем гнусным поступкам, что они творят. Возможно, их цель оправдана, но средства её порочат.

— И чего же они хотят? В чём состоит их доктрина, кредо? — Хан снова включил звуковую трансляцию с микрофонов скафандра.

— Они верят, что криптонский народ был создан, чтобы нести свет, слово и славу Рао к звёздам. Отказавшись от этого предназначения, мы прогневили Рао, но Его долготерпение было велико. Лишь когда имя Рао начали забывать и на Криптоне, когда начали пустеть храмы, а первосвященника перестали допускать на заседания Совета — тогда Криптон утратил право на существование. Порочная планета должна быть уничтожена, чтобы солнце могло породить новую жизнь, чистую и не содержащую ошибок. Души праведников воплотятся в этом новом мире, а грешники сгорят в очищающем огне Рао.

Вот почему в криптонской религии не было Ада. Концепция специального места для вечных мук показалась бы местным слишком изощрённой. Её место занимала концепция смерти души — полного и абсолютного уничтожения личности.

— Похоже, я им изрядно помог, когда опубликовал результаты исследования Нона…

— О да. Последнюю неделю культ испытывает небывалый прилив сил и последователей. Настал давно обещанный час искупления!

— А все, кто пытается спастись с планеты — значит, еретики, желающие избежать последнего суда?