Чтение онлайн

Кроул заметил, что перед Наврадараном открывались все двери во Дворце. Кустодий ни разу не подал никакого знака, однако створки из розового дерева, золота и адамантия мягко расходились в стороны при его приближении. Создавалось ощущение, что он может повелевать Дворцом.

— Что это за место? — спросил инквизитор.

— Ты просил дать тебе информацию, — ответил Наврадаран. — Я привел тебя, куда надо.

Они прошли сквозь врата базилики, и воздух тут же наполнился знакомыми запахами архива: плесневелого пергамента, старых кожаных переплетов и забытых свечных огарков. Они прошли по длинному коридору, прежде чем попасть в центральную залу — помещение со сводчатым потолком и множеством разноцветных витражных окон в свинцово-серых рамах. Возле каждой стены стояли стеллажи со свитками и томами. На корешках и бирках виднелись надписи золотой краской. Их переносили с места на место стайки щебечущих сервохерувимов. За столами в зале сидели писцы по сто человек в ряд и, будто одержимые, копировали тексты на свежие листы пергамента с помощью толстых перьев. Красные линзы искусственных глаз мерцали из-под капюшонов, освещая бледную плоть и множество аугментических модулей.

В дальнем конце колоссального нефа священник зачитывал параграфы из «Правил Администратума», один за другим. Он грузно навалился на массивную систему вокс-ретрансляторов, как будто хотел рухнуть в ее механические объятия.

— …ибо деяние воспроизведения суть предпочтительнее деяния творения, ибо воспроизведение ведет к преумножению того, что было благословлено. Создание же, в силу склонности смертного человека к ошибкам, есть потенциальная угроза праведности, и к нему должно отнестись с подозрением. Из всех правил прежде всего помните перечень мер предосторожности и не отклоняйтесь от…

Ни один из писцов не обратил внимания на инквизитора и кустодия, пересекавших неф. Наврадаран отвел Кроула в один из боковых приделов, где на широком, восьмиметровом, картографическом столе были разложены чертежи и планы. Над стопками смятых листов пергамента мерцали, будто призраки, гололитические проекторы. Они считывали специальные руны с пергамента и создавали в воздухе медленно вращающуюся трехмерную схему окрестностей Дворца. Сервиторы-операторы дергано поклонились вошедшим и вернулись к выполнению своих рутинных задач: сортировке, переноске, расправлению и выскабливанию листов пергамента.

Кроул склонился над бумагами, восхищаясь скрупулезностью проделанной работы. Каждая карта была начерчена вручную, богато украшена религиозными символами и свидетельствами ее достоверности. В углу неизменно теснилось множество печатей различных отделов Администратума. Детализация потрясала воображение. Смертный писец, наверное, потратил всю свою жизнь на тщательный анализ чертежей и записей древних архитекторов в полузабытых архивах механикусов, прежде чем воспроизвести информацию в таком виде. Кроул начал перебирать листы пергамента, на миг ошарашенный количеством доступных сведений.

— Придерживаете лучшее для себя… — протянул он. — Было бы у нас что-то подобное…

— То, что ты ищешь, здесь, — сказал Наврадаран, выкладывая на стол один из самых больших свитков.

Гололиты считали с пергамента специальные руны, и над столом, окутанным клубами фимиамового дыма, появилось призрачное изображение южного периметра Дворца.

Оно медленно вращалось, давая полное представление об архитектуре этого сектора. Кроул не сразу осознал, что именно он видит перед собой. На самом деле город, покрывший собой всю поверхность планеты, рос не только вверх. Его подземные структуры были ничуть не менее впечатляющими, а тоннели и коридоры переплетались в безумных извивах невероятной сложности.

Единственной неизменной деталью в этой паутине была стена Дворца, проходящая среди леса высоких башен, рассекая его напополам, будто гигантский топор. И если уцепиться за нее мыслью, как за базовую точку, то остальная часть схемы начинала приобретать какой-то смысл.

— Я покажу, где мы обнаружили следы кровавых ритуалов, — сказал Наврадаран.

На изображении тут же зажглись световые точки. Все они были под землей и за пределами стен.

— А где Схаллакс? — спросил Кроул.

Как только кустодий подсветил анклав, стало очевидно, что тела отмечали путь от северной границы Схаллакса через зоны жилых комплексов почти до самой стены. Однако, приблизившись ко Дворцу, концентрированная полоса точек рассеивалась, словно утратив импульс.

— Как вы боролись с этой напастью? — спросил Кроул.

— Следили, чтобы атакующие не подходили слишком близко к стенам, — ответил Наврадаран. — Отправили усиленные патрули и проверили все подземелья. Южный рубеж между тринадцатым и тридцать первым бастионами был усилен пси-экранированными штурмовиками Астра Милитарум. Шестерых моих товарищей отозвали от Врат для дополнительного усиления внешнего дозора. По всем нашим параметрам стена остается неприступной.

Кроул внимательно рассматривал карту. На гололитической проекции были изображены древние катакомбы: змеящиеся полосы света, извивающиеся, словно паразиты в земной коре. Кустодий был прав — эти неизведанные глубины таили в себе опасность. Кто-нибудь, достаточно целеустремленный, смог бы отыскать путь внутрь при наличии достаточного количества сил, времени и удачи. Инквизитор проанализировал указанные Наврадараном точки и понял, что коварный враг подобрался почти вплотную к лабиринту ходов у самого основания древних стен. Как будто чья-то осторожная рука прощупывала укрепления по всей длине, пытаясь отыскать слабину.

— Почему они убивают так часто? — задумчиво пробормотал инквизитор.

Наврадаран перевел взгляд на инквизитора:

— Какая разница?

Кроул смотрел на вращающееся изображение, и его беспокойство росло.

— Прикажи сервиторам уйти, — наконец сказал он. — Эта комната надежно защищена от прослушиваний?

Наврадаран махнул рукой, и лоботомированные операторы заковыляли наружу. Как только дверь захлопнулась за их спинами, кустодий снова развернулся к инквизитору.

— Абсолютно.

Кроул жестом указал на карту:

— Некие лица пытаются незаконно подобраться ко Дворцу. Сказать, что он хорошо охраняется, было бы сильным преуменьшением. Поэтому их единственным шансом выжить, не говоря уж о том, чтобы добиться успеха, является скрытность. И тем не менее они оставляют за собой горы трупов.

— Это были ритуальные убийства. Возможно, они черпают в них силу.

— Да, конечно, но каковы масштабы этой силы? Вокруг этого места стоят обереги, способные остановить даже самых могущественных слуг Архиврага. Принесение в жертву десятка смертных не окажет на них никакого воздействия. — Он обошел вокруг стола, постукивая по нему пальцами и вглядываясь в карту Внешнего Дворца. — Нет, наш враг — это либо ксенос, либо некто, вооруженный ксенооружием.