Кристалл
Шрифт:
Шериф вытащил мобильник.
— Тьфу! — сказала ближняя голова почти у ее ног и скрылась.
Джейн тоже захотелось выругаться, но привлек внимание раздраженный голос шерифа:
— А я что могу сделать?!.. Напишите: «Умер по собственному желанию».
Он отыскал ее глазами на тротуаре:
— Опять наш патанатом. Не может, видите ли, понять, отчего умер тот негодяй.
Маленький твердый предмет не нужно было подносить к глазам. Ее пальцы до боли сдавили края кристалла, до боли, которая стала проникать во все тело.
— Мне надо срочно связаться с Рони, шериф!
— С кем?
— С командиром отряда Паркером.
— Вы всерьез? ФБР просто пошлет меня подальше.
— Тогда с моим братом. Они не посмеют отказать, если вы скажете, что у нас в семье что-то случилось.
— Пожалуй…
— Пусть выведут связь к вам на мобильник.
— Но для чего вам, док?
— Боюсь, это не подкоп из соседних подвалов. Черт возьми, быстрее, шериф!
Она лихорадочно повела головой из стороны в сторону и увидела то, что и должно было находиться поблизости.
— Пойдемте, шериф!
— Куда? — он уже набрал номер на мобильнике и приложил его к уху.
Она указала на магазин с мотоциклами внутри витрины.
— Зачем нам мотоциклы?
— Если не хотите, я куплю только себе.
Шериф начал разговаривать, передвигаясь вприпрыжку за женщиной, которая бесцеремонно тащила его за рукав.
— Они сказали, сейчас выведут нас на связь. Прекратите, док, мы не у вас в сумасшедшем доме!
Но хватка была такой сильной, что шериф счел за лучшее не удивлять сопротивлением прохожих и только жалобно почти попросил:
— До-ок, вы мне в мясо впились, больно ведь.
Какой-то администратор любезно двинулся им навстречу.
— Два легких «Ташибо»!
— Да, мэм.
— Срочно заправить и вывезти на улицу.
— Слушаюсь, мэм.
— Шлемы, перчатки. Мне — утепленный комбинезон. Где ваша куртка, шериф?
— В машине.
— Махните, чтоб принесли. И полагаю нелишними два автомата с обоймами.
— Какого цвета комбинезон, мэм?
— Любого.
Она скинула жилет и сняла ремень с кобурой.
— Положите это в сейф до моего возвращения.
Потом молодая женщина скинула туфли, на пол слетела юбка и вслед за ней за ней модная атласная блузка.
— Превосходное белье, мэм, — искренне произнесла молодая девушка из обслуги.
— Где комбинезон?
Уже несли три или четыре на выбор…
Она успела сказать, что в сумочке две кредитные карты, и пусть разберутся сами, увидела на улице служащих с двумя красными мотоциклами, шерифа в куртке с мобильником около уха, его лицо… и бросилась к выходу что есть мочи.
— У них не работает рация?!
— Откуда вы знаете?
— Дайте мой автомат. Вперед, все — по дороге.
На выезде из города двое полицейских уже схватились за дверки своей машины, чтоб ринуться вдогонку за совсем обнаглевшими рокерами, но замерли и переглянулись, узнав в одном из них своего начальника.
— Это невероятно, док! — еще раз прокричал шериф. — Меня сочтут сумасшедшим!
— Я вылечу!
— А если тот кристалл стоит на месте?!
— Верну автомат, но не стану забирать мотоцикл.
Поль обернулся не сразу, потому что тяжелый противный скрип прозвучал неизвестно откуда. Но сразу появилось неприятное беспокойство. Он автоматически сделал еще несколько шагов вслед за бойцом впереди, не понимая, куда повернуть голову… Скрип шел по нарастающей, и в его верхнем тоне вдруг обозначилось нечто достигающее предела. Поль обернулся… живые каменные глыбы двигались и, быстро съедая пространство, оставляли сзади уже совсем узкий участок людям. Все замерли. Он понял, что этого пространства сейчас не будет совсем, увидел лицо ближнего бойца, его открывшийся рот, хотел отскочить, но тот, опередив, врезался в Поля и бросил его вперед. В огромных камнях, исчезая, замелькали люди, и сбитый с ног, он увидел закрывшую проход глыбу, из под которой, уткнувшись подбородком в землю, торчала человеческая голова… в нескольких дюймах от его башмаков…
Поль не чувствовал боли, но кусочком мозга понимал, что с ним что-то неладное, потому что вообще ничего не чувствовал и не слышал слов Рони, который вместе с другим бойцом стал его куда-то тащить. Нет, боль появилась, когда он ударился ногой о камень… и появились ощущения в теле… обычные… а теперь появился звук, немного сквозь вату…
— Ты можешь двигаться?!
— Могу.
Пальцы, вцепившиеся в чехол установки, висевшей у него на груди, разжались, и стало гораздо удобнее двигаться, потому что выяснилось — они бегут.
Его все равно продолжали поддерживать под руки.
— Да отпустите!
— Ты в порядке?
— В порядке. Мы попали под обвал?
Рони вместо ответа крикнул вперед остановиться.
Проход здесь был широким — в несколько ярдов, и всем хватило места. Всем шестерым.
— Там рация, сэр, мы не можем вызвать помощь. Что будем делать?
Рони поднял руку, требуя тишины.
С полминуты Поль, как и все, вслушивался.
Сначала он с неприятным чувством пытался уловить коварный скрип где-то над головой и поблизости, потом направил слух вдаль… Мертвая тишина.
И командир первым проговорил то, что было у каждого на уме:
— Мы бросили товарищей, спасая себя. Это еще не позор, если мы немедленно возвратимся.
— Рони, там грохнулась и закрыла проход огромная глыба.
— Пойдем с другой стороны. Для этого надо опуститься на второй горизонт и обойти завал снизу.
Все как в позапрошлую ночь. Свет то ярок, то немного спадает, и тогда надо быть особенно внимательной, чтобы не врезаться колесом в камень.
Шериф успевает, хотя ему труднее. Там, где она вздергивает переднее колесо, огибая камни, ему приходится еще работать ногами.