Кристина
Шрифт:
Следующей ночью все произошло, но это были уже совсем не те трепетные чувства, потому что это была не первая ночь.
Откуда столько терпения принимать безропотно все, что происходило? Так не было, из чего выбирать и с чем сравнивать.
С самого рождения не имела она никакого понятия о бережном отношении к себе.
Все взрослые, которые окружали ее, и должны были, нет, даже не так, они были обязаны вникать в потребности ребенка. Жить его переживаниями. Стараться понять. Только все эти холодные головы и сердца были заняты гораздо более важным делом, чем ее маленькая жизнь.
Кристина ответила Владимиру «да» потому, что была искренне благодарна ему за то, что он обратил на нее внимание. Верилось, что счастье придет само. Сразу же после свадьбы.
Только почему-то не приходило. Чем дальше от свадьбы, тем дальше и дальше за самый горизонт пряталось ее счастье.
Что-то хорошее обязательно происходило где-то и с кем-то, но не с ней и не в ее жизни.
Допив кофе, Кристина вернулась к работе.
В офисе, который она убирала следующим, женщины занимались своим любимым делом – обсуждали работников бизнес-центра:
– А эта, которая носится, подписи собирает, – ну и кикимора… Без слез не глянешь. А строит из себя!
– Думает, что ею все мужчины очарованы.
– Да уж, было бы чем… У нее под слоем косметики лицо не разглядишь.
– Хочет все крепости короткой юбкой взять.
Девушки громко смеялись.
– А та, с пирогами! Вот ведь дрянь! Пока жена с ребенком нянчится, окучивает быстрым темпом…
– И ведь уведет!
– Запросто. Вцепилась в него, как паучиха.
– Сериалов насмотрятся….
Уборщица, на которую никто не обращал внимания, нажала на клавишу, и загудел пылесос. Почистив тщательно напольные покрытия, выключила пылесос.
Теперь нужно было спуститься на другой этаж и убраться в конференц-зале.
Пропылесосила, протерла подоконники и принялась полировать большой стол, в котором отражались окна розовыми, уже вечерними, облаками.
– Ну вот, само небушко отполировала! – улыбнулась Кристина, рассматривая в столе нереально красивое отражение.
Закрыв конференц-зал и сдав от него ключи, прошла в раздевалку и вскоре, в плаще и в полусапожках с потрескавшейся подошвой, вышла на улицу и раскрыла свой старый зонтик.
Как и вчера, шел дождь.
На родительское собрание в школу к Денису пришла она одна из первых. Очень скоро места почти за всеми партами были заняты подошедшими мамами.
Учительница основательно рассказывала родителям о достижениях и о слабых сторонах детей. Кристина внимательно слушала, наслаждаясь тем, что, кроме нее, еще кто-то вникает в проблемы ее ребенка и заинтересован его будущим.
Каждая мама в классе ждала, когда скажут о ее ребенке хорошее. Каждая надеялась на то, что именно ее ребенок особенно успешный.
– Денис, – дошла учительница до сына Кристины, – самостоятельный ребенок и учится с желанием. Только не забывайте, пожалуйста, и о внешнем его виде. Вы извините, но от него пахнет. Можно же проследить? Вы, Кристина Александровна, обратите на это внимание?
– Я постараюсь.
– Что значит «постараюсь»? Это ваша обязанность – отправить мальчика в полном порядке.
Все женщины скривили брезгливо свои носики и, словно по команде, повернули головы в сторону мамы Дениса.
Что могла пообещать она? Что сын перестанет прятаться в корзине с грязным бельем от пьяного отца? Расскажет о том, что не только в ванной воду включать опасно, а и до кровати своей пробраться? Кому нужны их слезы?
Родительское собрание затягивалось. Кристина нервничала, потому как скоро должен был прийти с работы муж, а Денис дома один.
– Извините, пожалуйста, мне нужно уйти.
– Почему всегда торопятся именно те родители, с чьими детьми больше всего проблем? – высказала недовольство учительница.
Конец ознакомительного фрагмента.