Чтение онлайн

— Вы не против, если я выпью?

— Конечно нет. Почему я должна возражать?

Я встал и испытующе посмотрел на нее. Губы ее дрожали, голова склонилась набок. Трудно было сказать, насколько далеко у нее зашло. Возможно, чем больше она будет говорить, тем лучше. Как знать, сколько времени продлится это шоковое состояние.

— Где ваш дом?

— Зачем... я живу у миссис Мардок... В Пасадене.

— Я имею в виду ваш родной дом. Где живут ваши родственники?

— Мои родители живут в Уичите. Но я туда не... Я редко писала им и несколько лет их не видела.

— Что делает ваш отец?

— У него лечебница для кошек и собак. Он ветеринар. Я надеюсь, что они не узнают. Им это не нужно знать. Миссис Мардок всех сторонится.

Обойдя девушку, я .прошел в кухню и налил себе виски. Потом достал пистолет и подошел к свету. Он был на предохранителе. Я понюхал ствол, проверил обойму. Один патрон в патроннике был, но этот пистолет из тех, что не стреляют, если обойма вынута. Я осмотрел патрон в патроннике. Он был втиснут с силой и явно другого калибра. Скорее всего, тридцать второго, а патроны в обойме — двадцать пятого. Я сунул пистолет в карман, и вернулся в гостиную.

Пока я возился с пистолетом в кухне, из гостиной не слышно было ни звука. Девушка лежала бесформенной грудой возле кресла и была холодна, как макрель.

Я поправил ей голову, чтобы не запал язык, подошел к телефону и позвонил Карлу Моссу.

— Это Фил Марлоу, док. У вас много пациентов или вы свободны?

— Свободен, уезжаю. У вас неприятность?

— Я у себя дома. Бристоль-апартаментс, 408, если вы не помните. У меня тут девушка упала в обморок.. Обморока я не боюсь — меня пугает, что она может рехнуться, когда очнется.

— Не давайте ей пить, я сейчас приеду.

Я положил трубку, опустился возле Мерль на колени и стал массировать ей виски. Она открыла глаза, пошевелила губами, потом посмотрела на меня.

— Я была в доме мистера Ванньяра. Он живет на Шерман-Оукс. Я...

— Не будете возражать, если я на руках перенесу вас на тахту? Вы же знаете меня, того самого Марлоу, который задает неприятные вопросы.

— Хэлло,— ответила девушка.

Я поднял ее. Она испугалась, но промолчала. Положив Мерль на тахту, я подложил ей под голову подушку, одернул юбку. Девушка была плоская, как камбала. Потом вернулся к столу.

— Вы позвонили в полицию? — мягко спросила, она, глядя на меня.

— Нет еще. Мне сейчас некогда.

Она удивилась и, как мне показалось, немного встревожилась.

Повернувшись к ней спиной, я открыл ее сумочку и вернул пистолет на место. Заодно просмотрел, что еще в ней было. Там лежали обычные женские мелочи: пара платков, губная помада, серебряная с эмалью пудреница и кошелек с несколькими бумажками. Ни сигарет, ни спичек, ни билетов в театр.

Я открыл молнию на внутреннем кармане сумки. Здесь лежали ее водительские права и пачка из десяти полусотенных банкнот. Я вытащил их. Ни единой новой купюры. Перетянуты резинкой вместе с листком бумаги, которая оказалась распиской. На ней значилось: «Получено по счету 500».

Подписи не было. Я взял деньги и убрал в карман, потом закрыл сумку и посмотрел на тахту. Девушка уставилась в потолок, лицо ее подергивалось. Я принес из спальни одеяло и набросил на нее.

Потом пошел в кухню и снова выпил.

Доктор Карл Мосс, здоровенный еврей с усиками а ля Гитлер и холодными как лед глазами, положил в кресло шляпу и саквояж и подошел к девушке.

— Я доктор Мосс,— представился он.— Здравствуйте.

— Вы из полиции? — спросила Мерль.

Не отвечая, он взял ее руку, чтобы проверить пульс.

— Что у вас повреждено, мисс...

— Дэвис. Мисс Мерль Дэви с. Ничего у меня не повреждено. Я--- я не знаю, почему я валяюсь здесь. Я думала, вы из полиции.

Видите ли, я убила человека.

— Ну, это нормальный человеческий поступок,— заявил Мосс,— Я убиваю людей десятками.— Он не улыбался.

Она сжала губы и чуть повернула голову.

— К тому же вы этого не делали,— мягко продолжал доктор.— У вас напряжены нервы, и вы излишне драматизируете ситуацию. Но если вы захотите, то сможете контролировать свой поведение.

— Смогу? — прошептала девушка.

— Если захотите,— подчеркнул он.— Но вы не хотите. Меня это не касается. У вас ничего не болит?

— Нет,— покачала она головой.

Он потрепал ее по плечу и вышел в кухню. Я последовал. за ним. Мосс холодно посмотрел на меня.

— В чем дело? — спросил он.

— Она секретарь моей клиентки, миссис Мардок из Пасадены. Клиентка довольно жестокая. Лёт восемь назад к девушке пристал мужчина. Насколько грубо он это сделал, не знаю. Потом — не знаю, сразу после этого или нет,— он упал или выбросился из окна. С тех пор ома не выносит мужских прикосновений. Даже самых обычных.

— Гм...

Врач не сводил с меня глаз.

— Она думает, что он выбросился из окна?

— Точно не знаю. Миссис Мардок — вдова этого человека. Она вышла замуж второй раз, и второй ее муж тоже умер. Мерль осталась жить у нее. Старуха очень жестока с ней, как грубые родители с надоевшим ребенком.

— Понимаю. Это регресс.

— Что-что?

— Эмоциональный шок и попытка вернуться в детство. Если миссис Мардок будет мягче с ней обращаться, эта тенденция уменьшится. Бегство в детство — защитная реакция организма.

— Что же делать?

Врач холодно усмехнулся.

— Послушай, приятель, девушка — явная невротичка.. Частично умышленно, частично не преднамеренно. Я хочу сказать, она временами пользуется этим. И может это делать даже неосознанно. Однако сейчас это не столь важно. А что насчет убийства?

— Убит некий Ванньяр, который проживал в Шерман-Оукс. Кажется, был шантажистом. Девушка время от времени, носила ему деньги. Она боялась его. Я видел этого парня — отвратительный тип. Сегодня вечером она была у него и, по ее словам, убила его.