Чтение онлайн

— Черт побери! — пробормотал себе под нос Большой Дик. — Надеюсь, рисует он не этой рукой.

Бралл дошел до следующей палаты и почему-то снова остановился. Под окошком висела табличка «Пурселл».

Эта палата была обита войлоком. В ней ничего не было, кроме низкой койки и телевизора, размещавшегося очень высоко — чтобы пациент не мог сбросить его вниз. Телевизор не работал.

На койке, казалось, лежала истощенная женщина. Она глядела в потолок, длинные льняные волосы рассыпались по подушке. Руки вытянуты по швам и привязаны к тощему телу рукавами холщовой смирительной рубашки.

Фигура лежала настолько неподвижно, что Бралл даже испугался, не умерла ли пациентка.

И только тут он заметил, что это мужчина. Нет грудей, нет плавных линий. Кстати, и мозгов, кажется, нет.

Большой Дик двинулся дальше. У него был вид человека, которому только что бросили горячую картофелину, а ее некому передать.

Мастер Синанджу настаивал на том, чтобы его высадили прямо у главного входа Фолкрофтской лечебницы.

— Ты с ума сошел! — воскликнул Римо, съезжая на обочину. — ФНУ сразу же навалится на нас, как тонна кирпичей.

— А мы их раскидаем.

— Они конфискуют машину. Для них это раз плюнуть.

— Тебе все равно пора покупать новый автомобиль! — фыркнул Чиун.

— Новый? Я и так их обновляю каждые шесть месяцев. Да ты и сам знаешь.

— Я имею в виду автомобиль, по качеству превосходящий все существующие. А не американское мусорное ведро на колесах.

— Напомни мне об этом, когда мы покончим с нынешними делами.

— В следующий раз ты должен купить корейскую машину.

— Корейскую машину я не стану даже сталкивать со скалы, — отозвался Римо, открывая дверь. — Так ты выходишь или нет?

— Почему я должен идти пешком?

— Потому что ты не умеешь летать, и я тоже. Пошли! Хотя довольно противно докладывать Смиту, что мы не сумели найти его жену.

Чиун вышел из машины, и они поплелись к больнице.

— Объясняться с ним будешь ты, а не я.

— Но ты хоть меня поддержишь?

— Да. Если таково твое желание, я подтвержу, что ты провалил задание.

— Ты тоже ее не нашел.

— Я не виноват.

— Тогда и я тоже.

— Это решать императору Смиту. Но объясняться будешь ты, потому что формально ты не состоишь у него на службе. Ты можешь избежать его гнева, а я нет. А я ведь единственная опора Дома Синанджу.

Они подошли к воротам. Римо взобрался на один из кирпичных столбов и внимательно осмотрелся.

— На берегу, кажется, чисто.

— А как крепость Фолкрофт? — поинтересовался Чиун.

— О ней я и говорю.

— А я думал о тех кретинах, которые сидят в лодках со своими пушками.

— УБН? О них я давно уже позаботился.

Они вошли в ворота. Римо поднял взгляд на небо. Черные птицы опустились ниже и теперь едва шевелили своими громадными крыльями. Странно, что они еще держались в воздухе.

Чиун нахмурился.

— Что-то очень знакомое.

— Я подумал о том же.

— Это не морские чайки.

— Но, конечно, и не грифы.

— Они похожи на грифов.

— Может быть, кондоры?

— А может, это вообще не птицы, — комично нахмурившись, изрек кореец.

— То есть?.. А кто же тогда, если не птицы?

— Не знаю, но это дурная примета.

— Не спорю, — согласился Римо. — Пойдем через вход для убийц.

Они незамеченными достигли грузового входа. Стоило им войти в подвал, как мастер Синанджу повторил вопрос, что всю ночь не сходил с его пергаментных губ.

— Где мое золото?

— В полной безопасности.

— Это не ответ.

— Будь золото моим, я бы посчитал, что это самый лучший ответ.

— Как же!

Они поднялись по лестнице на первый этаж, а дальше рискнули сесть в свободный лифт.

При нажатии кнопки вызова двери лифта распахнулись.

Поднявшись на третий этаж, Римо высунул голову, осмотрелся и махнул Чиуну, мол, путь свободен.

В психиатрическом отделении все было спокойно и ни одного врача.

Когда они проходили мимо камеры Пурселла, лицо Римо окаменело.

— Так и остался узником? — спросил Чиун, заметив взгляд Римо.

Тот кивнул.

— Лучше бы он умер.

— Остерегайся желаний, которые могут сбыться.

— Я не верю в эту чепуху насчет переплетения наших судеб.

Чиун только насмешливо фыркнул.

Они миновали палату Дяди Сэма Бисли. В окне мелькнул его силуэт.

— Я очень рад, что он снова заморожен, — сказал Римо.

Чиун глубокомысленно кивнул.

— И я тоже.

— Мне так хочется свернуть шею Пурселлу, но я не способен вывести в расход самого Дядю Сэма.

Дойдя до камеры Харолда В. Смита, Римо дважды постучал.

Смит лежал на кровати и глядел в потолок почти в той же самой позе, что и Иеремия Пурселл. Услышав стук, директор лечебницы вскочил на ноги и принялся искать очки.

— Римо! — воскликнул Смит, подойдя к окну.

— Плохие новости, Смит.

— Римо! — тихим, удивленным голосом повторил Смит, вглядываясь в его лицо.

— К тому времени, как мы пришли в ваш дом, ФНУ уже наложило арест на все имущество, — объяснял Римо. — Там все заперто. Никто из соседей не знает, куда девалась ваша жена.

— Она была здесь, — прошептал Смит.

— Здесь?

— Прошлой ночью она приходила ко мне. Я отправил ее к сестре.

— Слава Богу.

Голос Смита оставался тихим и напряженным.