Чтение онлайн

Но оба североафриканца кивнули.

— Для этого мы и здесь, — сказал Дармен. — Я имею в виду, в конечном счете. Когда мы закончим, у вас будет доступ ко всем нашим выводам и к новым инструментам принятия решений. Мы поможем вам привлечь ваших избирателей к процессу планирования и решения проблем, и обеспечим вам полную детализацию для обоснования всех ваших решений.

Лудхи моргнул.

— Привлечь моих избирателей к моему процессу решения проблем? И что, по-вашему, произойдет, если я позволю своим избирателям принимать за меня решения?

— Речь не о том, чтобы позволить им принимать… — начал Дармен, но Лудхи прервал его.

— Причина, по которой я здесь, заключается в том, что коалиция помахала передо мной кое-какими завлекательными приманками и обещаниями взамен на то, что я посещу ваш офис. Но давайте кое-что проясним — люди, которых я представляю, толком не имеют представления о сложных вопросах, связанных с управлением городом. Их легко ввести в заблуждение средствами массовой информации и любым оверлеем, царящим на сегодня в AR. Они не видят дальше своего квартала или следующей недели и не имеют представления о том, что возможно, а что нет. Неужели я должен поверить, что у вас есть решение проблемы их невежества и недальновидности?

Теперь улыбнулся Дармен.

— Да, сэр, так и есть. Потому что мы можем доказать, что то, что мы делаем, работает. — Он вызвал несколько презентаций в AR. — Если вы взглянете на эти примеры, вы увидите, что нам по силам сделать именно то, что мы утверждаем.

Это был явно не тот ответ, которого ожидал Лудхи. Он откинулся в кресле, переводя взгляд с североафриканцев на Соколоу и Азада. Соколоу знал, что в коалицию входят многие неправительственные организации и что представители новой демократии Туниса были довольно видными ее членами. Они и их соседи сказочно разбогатели благодаря своим предприятиям по производству солнечной энергии и секвестру углерода175, и хотя их клиентами были в основном европейцы, они приобрели репутацию людей, идущих своим собственным путем в политике.

— Чего вы на самом деле добиваетесь? — сказал наконец Лудхи.

Дармен и Кейн переглянулись.

— Мы — часть более крупных усилий оказать помощь городу, — сказал Кейн. — Они начинаются с получения точной информации. Вы когда-нибудь слышали о Законе необходимого разнообразия?

Лудхи покачал головой.

— Его еще называют законом Эшби, — продолжил Кейн. — В сложной системе вроде города каждому возмущению должна соответствовать какая-то нормативная реакция. Чем больше разнообразие возмущений, тем большее разнообразие реакций должны иметь в своем распоряжении регуляторы вроде вас. Сколько законодательных инструментов у вас есть, чтобы справиться одновременно с засухой, голодом и вспышкой болезни, например?

— Трудно сказать, — сказал Лудхи.

— Можно сформулировать и по-другому, — сказал Дармен, — разнообразие вариантов, открытых для правительства Урлии, должно быть равно или больше, чем разнообразие возможных возмущений в повседневной работе города. В противном случае вы потеряете контроль.

— Но что вы подразумеваете под «разнообразием вариантов»?

— Все, что это подразумевает для нас сегодня, — сказал Кейн, — это что мы хотим узнать, кто действительно живет в вашем округе. Каково реальное разнообразие людей в вашем районе.

Лудхи хохотнул.

— Я скажу вам, каково реальное разнообразие людей в моем районе — он почти полностью состоит из белуджей. На самом деле все очень просто: в Урлии белуджи ненавидят брагуи, которые ненавидят кашмирцев, которые ненавидят пуштунов. Мы все сторонимся друг друга. И это не считая индусов, евреев и китайцев.

— Почему вы говорите, что они ненавидят друг друга? — спросил Кейн.

— Урлия — это город этнических анклавов, — сказал Лудхи. — Они не смешивается, ни один.

— Интересно, — сказал Дармен. — Могу я вам кое-что показать?

С видом наполовину заинтересованным, наполовину скептичным Лудхи ответил: «Всенепременно».

Дармен вызвал сетку в обычном оверлее дополненной реальности176. Сетка была заполнена красными и зелеными квадратами в случайном на вид порядке.

— Допустим, эти квадраты — люди из разных племен, — сказал Дармен. — Есть зеленое племя и красное племя. Так вот, каждый из этих людей вполне счастлив, если большинство его соседей принадлежит к другому племени. Зеленые рады, когда их окружают красные, красные рады зеленым — если только у каждого из них есть хотя бы один сосед своего цвета.

— Хорошо… — с сомнением сказал Лудхи.

— Итак, давайте позволим им двигаться, по одному квадрату за раз, чтобы выполнить это правило: большинство ваших соседей могут быть другого цвета, если хотя бы один из них вашего цвета.

Квадраты на сетке начали меняться местами. Щелк, щелк, щелк, щелк, быстро возник характерный рисунок. Лудхи уставился на него.

— Но это же…

— Не то, чего вы ожидали, правда? — Все пятеро на миг уставились на сетку, которая теперь поделилась на несколько больших цветовых пятен, каждое из которых было либо полностью красным, либо полностью зеленым. — Даже крайняя толерантность приводит к сегрегации, если есть хоть крохотные предпочтения. — Дармен стер симуляцию. — Вы все еще полагаете, что Урлия разделена на гетто потому, что разные племена действительно ненавидят друг друга?

Лудхи задумался. Они все работали плечом к плечу; рынки представляли собой мешанину из различных этнических типов, притом людям нравились рынки.

— Мы хотим дать вам возможность привлечь к обсуждениям всех и каждого в вашем округе, — сказал Кейн. — Чем больше разнообразие мнений и чем больше вы понимаете разнообразие мотивов, тем лучше вы сможете действовать. У нас есть инструменты — некоторые из них это просто маленькие симуляторы, как тот, который я вам только что показал, другие намного сложнее — которые могут помочь вам стать более эффективными.

— Чего именно вы от меня хотите?

— Окажите нам официальную поддержку, пока мы будем проводить полное обследование округа, — сказал Дармен. — И не только мужчин. Нам нужно включить женщин177, стариков, временных жильцов, нищих и даже детей.

— Необходимое разнообразие, — размышлял Лудхи. — И к чему приведет все это знание?

— Для вас, советник Лудхи, оно приведет к расширению способности действовать.

Лудхи посидел в задумчивости, пока не встал Азад и не сказал: