Чтение онлайн

— Наливки бы… клюквенной, да на травках, — вклинился в разговор Прошка.

— И то дело, — согласился, кинув взгляд на Марту.

Всё-таки с нами женщина, а они уважают более тонкие напитки.

Настойка, конечно, не изысканное вино, но и не пресловутая водка.

— Сможешь организовать?

Кузьма затряс спутанной бородой.

— Ага, всё сделаю, хозяин. Не изволь беспокоиться.

Мгновение и домовой исчез из вида, словно его тут и не было.

— Груздей соленых прихвати! — прокричал вслед Кузьме Прохор.

Уже через десять минут стол ломился от закуски, а местный алкаш бодро откупорил запотевшую бутылку клюковки и разливал по стопкам.

Водку Кузьма тоже принёс. Не знаю, где он всё это взял, спрашивать не собирался. Голова и так пухла от всего происходящего.

Опрокинул пару стопок беленькой, закусил вареной картошкой с хрустящим солёным огурчиком и отставил в сторону несмотря на то, что напиться хотелось до ужаса.

Марта ограничилась одной рюмкой, а вот Прохор, недолго думая, приложился к горлышку и торопливо вливал в себя настойку, видимо боясь, что отберут.

— Марта, я всё хотел спросить… Ведьм вроде как принято сжигать на кострах, так почему мы тело бабы Стефы не предали огню, а закопали?

— Потому что тебе необходим проводник. Пока тело Стефании не истлеет полностью, рядом с тобой будет спутник, — женщина кивнула в сторону вороны, которая уже давно пришла в себя.

Птица так и осталась сидеть на окне, с интересом поглядывая на нашу компанию и чистя перья.

— Видишь ли, в чём дело. Суть ведьмы заключена в ведьминской косточке. Если сжечь тело, она превратиться в прах и её часть не перейдёт к проводнику. Сейчас твоя ворона неразрывно связана покойницей, но и с тобой у неё скоро возникнут крепкие узы. Закрепятся, обрастут силой, что разорвать их можно будет только после смерти одного из вас.

— Спасибо за пояснения и за то, что помогаешь, Марта. Кстати, почему ты это делаешь?

— Кто-то же должен. Ты спрашивай, если вопросы какие появились. Отвечу, если смогу, — пожала плечами женщина, но я нутром почувствовал, что она что-то недоговаривает.

Да и вообще, бесплатный сыр только в мышеловке. Не даром же баба Стефа предупреждала никому не доверять и всегда быть настороже.

Помощь я приму, потому как она мне сейчас необходима, но останусь начеку, чтобы, в случае чего, не попасть впросак.

Не верю я в бескорыстность.

А вот вопросы позадаю, у меня их скопился вагон и маленькая тележка.

— Марта, вас Кузьма назвал наузницей…

— Так я наузница и есть, можно узольница, кому как больше нравится. Это моя суть. Специализация, если по-простому. Я изготавливаю обереги, напитываю их силой. Таких как я — много. Дар у нас узкий, но прибыльный. Спрос имеет. Кстати, тебе бы не помешало обереги на дому обновить, да себе пару прикупить, а то неровен час, сглазит кто или порчу наведёт. Марта плюнула три раза через плечо и постучала костяшками пальцев по столу.

— Подумаю, — ответил неопределённо, — А кто ещё бывает? Какие градации?

— Много. Вот, например, Прошка, — кивнула Марта на положившего голову на руки и уснувшего алкаша, который успел вылакать не только клюковку, но допить початую бутылку водки и откупорить новую, — Хранильник.

— Кто?

— Хранильник — изготовитель священного оружия и снаряжения. Если в средние века его дар был в почёте, то сейчас почти никому не нужен. Вот он и пьет бедняга от безысходности.

— А Миша?

— А Михаил обычный человек. Без дара.

— Теперь понятно, почему он спокойно взял в руки полынь.

Догадаться было несложно, что эта трава причиняла боль всем, кто имел дар. Ну, или практически всем. Ведьмам так точно. Недаром Марта не притронулась к выпавшему на землю растению.

Посмотрел на ладонь. Ожог начал проходить. Он практически сошел на нет, оставляя только розовую корочку и вызывая сильный зуд.

— Ничего себе, — пробормотал удивлённо.

— Привыкай, — Марта понимающе улыбнулась, — Теперь на тебе все заживать будет как на собаке.

— Здорово. Еще бы девять жизней, как у кошки иметь, тогда вообще сказка.

— Вот тут огорчу. Помрешь, восстанешь только в виде упырём или навьи. Другого не дано. Зато, если избежишь насильственной смерти, жить будешь долго.

Утешение маленькое, потому как я задним местом чувствовал, что спокойной жизни мне не дадут, особенно после того, как начну разыскивать убийцу жены.

Нет, сама по себе новость была приятной, но опять же, с какой стороны посмотреть.

Пока не стал на этом зацикливаться. Пройдёт лет сто, если не скопычусь, тогда и подумаю о смысле жизни.

— А вот, Авдотья, соседка моя, она кто?

Очень уж мне хотелось знать, кем являлась данная барышня, хотя, на барышню, пожалуй, она не тянула, скорее — на злобную гарпию, капающую изо рта ядом.

— Интересно, а гарпии существуют или они всего лишь выдумки? Очень уж она на неё похожа, особенно — когда злиться. Я что, это вслух произнес.

— А-ха-ах, — рассмеялась немного захмелевшая Марта, — Вслух, конечно. Спешу тебя разочаровать, что здесь ты ошибся. Гарпии, если у существуют, то точно не здесь, не на земле русской. А Авдотья всего лишь чаровница, если захочет, любой мужик её станет. Будет ножки целовать и любой каприз исполнять без малейшей тени сомнения.

Нахмурился. Вроде как соседка и на мне пыталась свой трюк провернуть, да только у неё что-то не вышло.

Рассказал об это Марте.

— Так она зла на тебя очень. Ярость затмила разум, вот и не смогла захомутать. Тут ведь всё на чувствах завязано. Чаровница должна сама хотеть завлечь мужчину в свои сети. Ощутить притяжение, желание, а Авдотья наша, вместо этого изошла злобой.

— Теперь понятно.

— Но ты всё равно будь осторожен. Она не простит, что промысел Стефании не ей достался. Попытается со свету сжить.