Чтение онлайн

Погруженный в собственные мысли студент не замечал случайную попутчицу, однокурсницу Иру Петрову, по вечерам подрабатывающую уборщицей в институте и движущуюся в том же направлении, метрах в тридцати позади него.

Ира же (по уши влюбленная в Александра) не решалась сократить дистанцию и первой заговорить с предметом своих тайных воздыханий... Неподалеку от спортзала Барятинский, срезая путь, привычно свернул в полутемный безлюдный переулок и примерно на середине нос к носу столкнулся с Умаровым-младшим. Глаза камээса горели, как у собаки Баскервилей, лицо кривилось в гримасе злобного торжества. Между тем оно (лицо то есть) с момента их последней встречи претерпело значительные изменения. Чеканный профиль распух и заметно деформировался, на вздутой верхней губе красовался свежий шов (результат вчерашнего столкновения с коленом взбунтовавшегося раба). Двигался Руслан как-то странно приковыливая и неуклюже расставляя ноги (до сих пор болела ушибленная мошонка).

– Приветик, «чемпион» вшивый! – сквозь зубы процедил он. – По-о-опался, родимый!!!

– А я от тебя не прятался, – презрительно фыркнул Александр. – Кстати, чегой-то ты, мил человек, скверно выглядишь? Опять по морде схлопотал?!

– Су-у-у-ука!!! – с ненавистью прохрипел чеченец и вдруг выкрикнул что-то на родном языке. От двух припаркованных поблизости джипов отделилось семь крепких мужских фигур. Четыре перекрыли оба выхода из переулка, а оставшиеся три, с резиновыми дубинками в руках, молча бросились на студента.

«Засада!» – сообразил Барятинский, мгновенно сориентировался в ситуации, саданул Руслана носком ботинка в пах, ловко увернулся от нападавших, подскочил к ближайшему автомобилю, у которого беспечно стоял еще один нохча (видимо, главный в этой компании), успел засветить ему кулаком в «репу», рванул на себя переднюю дверцу и... сник под вихрем яростных ударов семи подоспевших горцев.

«Все! – мелькнуло в затухающем сознании парня. – Теперь... точно... все!!!» Затем мысли оборвались, и Александр полетел в бездонную темную яму.

– Эй, вы там, осторожнее! До смерти не забейте! – ощупывая расползающийся под глазом внушительных размеров фингал, бросил подручным Вахид Умаров. – Поганец нужен нам живым!.. Хватит, я сказал! Свяжите, заклейте скотчем пасть, да погрузите в багажник! Быстрее, время не терпит!!! А ты, Рустик, заткнись на хрен! – свирепо рявкнул он на заходящегося в поросячьем визге племянника. – Не приведи Аллах, ментов накличешь!!!

Спустя несколько минут черные, чем-то похожие на катафалки джипы покинули злополучный переулок и аккуратно, не нарушая ни единого правила уличного движения, покатили к выезду из города...

– Евгений Андреевич!!! Миленький!!! Надо срочно спасать Сашу. Ну хотя бы в милицию позвонить! – захлебываясь слезами, кричала Ира Петрова.

В момент похищения Барятинского она инстинктивно спряталась за фонарный столб и, по счастью, не была замечена нохчами. Когда джипы уехали, девушка не мешкая побежала в спортзал (благо тот находился совсем рядом) и сумбурно поведала Павлову о произошедшем. Среди нападавших студентка безоговорочно опознала Умарова-младшего, которого хорошо помнила в лицо, поскольку часто наводила уборку в помещениях спортивного комплекса. Услышанное повергло тренера в глубокий шок. «Похищение?!! Великодушный, обаятельный, культурный Руслан, и вдруг такое!!! Просто уму непостижимо! Бред, да и только! Вместе с тем девочка не похожа на сумасшедшую. Господи Боже милостивый!!!»

На длительный промежуток времени в голове Евгения Андреевича воцарилась абсолютная неразбериха. Перед помутившимися глазами мелькали то физиономии заслуженных «правозащитников» типа Сергея Ковалева, Валерии Новодворской и т.д. То жуткие кадры казни русских пленных, показанные как-то по Центральному телевидению. Затем померещился Павлову суровый генерал Шаманов, стоящий посреди развалин Грозного и режущий в телеэфир злую правду-матку о главарях сепаратистов. И тут же рядом с ним возник кучерявый лидер СПС, орущий о необходимости полюбовно договориться с Масхадовым...

Так прошло около сорока минут.

– Чечены убьют Сашу! Обязательно убьют! – рыдала между тем Ира. – Или в рабство продадут. Это у них в порядке вещей!!! Ну почему вы молчите, как рыба? Хорошо же, я сама пойду в милицию!!!

– Прекрати истерику! – опомнился, наконец, тренер. – Дай собраться с мыслями. От твоих воплей у меня уши заложило!!!

Девушка послушно притихла и лишь судорожно вздрагивала хрупкими плечами.

Евгений Андреевич погрузился в раздумья. «Итак, если рассуждать здраво, «убийство» и «продажа» в рабство, естественно, отпадают. К сожалению, девочка руководствуется теми же дурацкими стереотипами, что и Барятинский. Нельзя мерить всех подряд чеченцев одной меркой. Бандиты не имеют национальности! Да, действительно, существуют отмороженные одичалые абреки... Где-то там, далеко в горах! Они впрямь захватывают заложников, требуют выкупы, отрезают людям головы... Гм, в семье не без урода! Но мирные, занимающиеся легальным бизнесом граждане России чеченского происхождения – совершенно другое дело! Впрочем, горцы народ горячий, обидчивый. А ведь Александр не скрывал своей неприязни к Руслану именно на национальной основе... Скорее всего в переулке произошло следующее. Барятинский с Умаровым случайно встретились, повздорили (наверняка по вине шовиниста-вундеркинда) и, соответственно, подрались. А дальше... дальше, похоже, вмешались родственники Руслана, по стечению обстоятельств оказавшиеся поблизости. Александр, как пить дать, наговорил им дерзостей. В результате – вспылили гордые, темпераментные южане. Решили проучить нахала. Потому и увезли куда-то с собой. Доигрался, глупец!.. Однако нужно выручать бестолкового мальчишку. Не дай Бог, покалечат в сердцах!!! И никакой, разумеется, милиции! Возникшее недоразумение надобно уладить исключительно путем мирных переговоров!!!»

– Слушайте внимательно, ребята! – придя к подобному умозаключению обратился Павлов к Ирине и еще к трем присутствующим в зале ученикам: – Я созвонюсь с семьей Умаровых, мы встретимся, побеседуем как цивилизованные люди, и вскоре, обещаю, вы сможете обнять своего ненаглядного Сашу. Надеюсь, полученный урок пойдет ему на пользу!!!

Пройдя в отдельную тренерскую комнату с телефоном, Евгений Андреевич пролистал записную книжку, нашел мобильный номер Руслана, уселся за стол и набрал на стареньком, дисковом аппарате семизначную комбинацию цифр. В мембране послышались длинные гудки: один, два, три... пять... десять... четырнадцать...

– Наверное, чем-то занят, – вешая трубку на рычаг, пробормотал Павлов. – Не беда. Перезвоню попозже. Время терпит. Чай не пожар!..

Руслан Умаров действительно был очень занят, а именно: бешено хлестал свитой из изолированной проволоки плетью обнаженное, подвешенное на дыбе тело Александра Барятинского. Сие отвратное действо происходило в подвале загородной резиденции Умаровых, в упоминавшемся ранее специальном помещении для пыток. Помимо Руслана там находился его отец Беслан Магометович и оба дяди. Казбек с Вахидом. Сотовый телефон лежал в барсетке, на деревянной лавке у стены, однако на мелодичные трели мобильника никто не обращал внимания, поскольку шум в камере стоял неимоверный. Вы думаете, кричал истязаемый юноша? Ничего подобного! Он лишь глухо стонал, до крови закусив губу. Дико орали сами чечены, разъяренные и обескураженные невероятным упорством пленника! Еще бы – десять минут жесточайшего избиения (плюс страшная боль в вывернутых плечевых суставах), и ни единой просьбы о пощаде! Не говоря уже о предвкушаемых палачами истошных воплях.

– Сволочь!!! Шайтаново отродье!!! Дерьмо больной собаки!!! Почему не кричишь, а?! Язык проглотил?! – наперебой горланили нохчи.

Плеть со свистом врезалась в кожу Александра, оставляя на ней глубокие кровоточащие рубцы, но парень продолжал стоически терпеть боль. «Скоро предвари, прежде даже не поработимся врагом хулящим Тя и претящим нам, Христе Боже наш: погуби Крестом Твоим борющие нас, да уразумеют, како может православных вера, молитвами Богородицы, Едине Человеколюбче!» [15] – мысленно молился он Богу.