Чтение онлайн

Стражники переглянулись. Один из них нехотя позвал:

– Миллер, иди сюда.

Появился щуплый мальчишка, по всей видимости, прислуживавший в ратуше на посылках.

– Отведи настоятеля, – он небрежно кивнул в сторону Хиллера и Арнандо, – в церковь.

Миллер застегнул стеганую куртку и поглубже натянул вязаную шапку на уши.

– Идёмте, господа, – вымолвил он писклявым девчачьим голоском.

Пройдя центральную торговую площадь, где располагалась ратуша магистратуры города, миновав ещё несколько узких переулочков, компания добралась до церкви.

То, что предстало перед взором новоиспечённого настоятеля, повергло его впечатлительную натуру в смятение: ворота церкви были заколочены, деревянная ограда почти развалилась, от побелки на стенах здания ничего не осталось.

Но это лишь внешняя сторона вопроса. Мальчишка мгновенно ретировался и скрылся в обратном направлении, из этого настоятель сделал печальный вывод – вальденсы всюду, и ему придётся нелегко. Что ж, он был готов к суровым испытаниям.

Хиллер с помощью клирика отодрал доски от ворот, обеспечив проход во внутренний двор церкви, заросший травой и полынью. Местами сухостой доставал цестерианцам до пояса. Они с трудом пробрались через двор к церковной двери. Хиллер внимательно её осмотрел в надежде найти замок. Но неожиданно понял, что дверь не заперта. Настоятель легонько толкнул её, старые ржавые петли заскрипели, издав истошный звук, дверь приоткрылась. Далее молодым священнослужителям пришлось несколько поднатужиться, чтобы распахнуть её настежь и войти. Дверь разбухла от сырости и вовсе не хотела слушаться нового хозяина.

Внутри церкви Святой Каталины царила разруха и запустение: стены облезли, от алтаря осталось лишь мраморное возвышение, кафедра для проповедей покосилась на один бок, готовая окончательно упасть в любой момент. Распятие Христа было снято с алтаря и брошено на пол с потрескавшейся плиткой.

– Господи, прости их, ибо они не ведали, что творили, – с чувством произнёс Хиллер и поднял распятие, когда-то вылитое из меди, а ныне позеленевшее и выщербленное. Хиллер прижал распятие к груди:

– Клянусь, стоя здесь рядом с алтарём церкви Святой Каталины, что вскоре он превратится в храм! А все мюльхаузенские вальденсы в верных католиков!

Клирик перекрестился:

– Истину говорите, настоятель, так и будет!

Святую Каталину начали восстанавливать собственными силами – помощи ждать было неоткуда. Отец Бранд дал Хиллеру небольшие подъёмные и в напутствие сказал:

– Сын мой, служи Господу верно и самозабвенно, ибо на Небесах воздастся по делам твоим. Эти скромные серебряные скудо помогут тебе и Арнандо на первое время. Но помни: твоя опора – прихожане, именно они должны своими щедрыми пожертвованиями даровать жизнь приходу. Не будет прихожан – не будет прихода. Стало быть, ты не справишься с поставленной задачей. А она весьма сложна!

Засучив рукава, с помощью ржавого серпа и мотыги из подсобного помещения церкви, настоятель и клирик избавились от многолетнего сухостоя во дворе. Затем они начисто вымели хлам и мусор всё теми же пучками сухостоя, превращёнными в подобие мётел.

Хиллер и Арнандо отправились на рыночную площадь, чтобы купить самое необходимое для жизни. Горожане встретили их недоверчиво и подозрительно.

– Монахи, вы откуда к нам пожаловали? – бесцеремонно спросил торговец домашней утварью, к лавке которого они подошли.

– Издалека, – уклончиво ответил Хиллер. – Я – настоятель церкви Святой Каталины, Хиллер Боргофорте. А это – мой клирик.

Торговец ухмыльнулся:

– Настоятель… Ну-ну…

– Почему вы так недоверчивы к нам? – спросил Арнандо.

– Да потому, что некогда нас уже посетили двое монахов. А затем на окраине города запылал костёр, в котором сгорели невинные люди! Так-то вот! – торговец явно распалился.

Хиллер прекрасно понимал, о каких монахах говорит торговец.

– Мы не доминиканцы, сударь, – Хиллер старался говорить как можно спокойнее и доброжелательнее. – Мы из ордена цестерианцев и не одобряем аутодафе.

– Что ж, и то хорошо, – кивнул торговец. – Вы хотели приобрести что-то для повседневного быта? – уточнил он.

– О да! – подтвердил настоятель.

– Тогда прошу вас, выбирайте. У меня есть всё необходимое.

Покупок получилось слишком много. Торговец расчувствовался от проявленной щедрости покупателей и выделил им тележку, дабы доставить новый скарб до церкви.

Время шло, серебряные скудо настоятеля постепенно таяли. Но в церковь никто из горожан не заходил, даже несмотря на то, что её восстановленные ворота были распахнуты настежь. Вальденсы предпочитали обходить её стороной.

Настоятель пребывал в отчаянье, ему было стыдно от собственного бессилия. Тогда он решился отправиться к бургомистру и, проявив всё своё обаяние и дар убеждения, просить помощи.

В один из холодных зимних дней полуголодный настоятель Хиллер направился к дому бургомистра. Достигнув ворот, он обратился к стоявшему стражнику:

– Могу ли я видеть господина бургомистра?

– Он в ратуше, на собрании магистрата.

Настоятель кивнул в знак благодарности:

– Сохрани тебя Господь! – и отправился на центральную площадь Мюльхаузена.

Хиллер подошёл к ратуше в тот момент, когда почтенные отцы города уже покинули её и стояли пёстрой толпой, с жаром обсуждая между собой насущные проблемы.

У настоятеля «засосало под ложечкой», но делать нечего, просьба о помощи – единственный выход. Он без труда определил в толпе бургомистра – самого важного, самого толстого и разодетого по последней моде Тюрингии в тёмно-зелёный бархатный плащ, подбитый лисьим мехом, пышный берет из такого же материала и высокие сапоги.

– Господин бургомистр! – обратился настоятель к важному чиновнику, не узнавая собственного голоса.

Тот резко повернулся, удивлённо воззрившись на Хиллера.

– Монах?! – воскликнул почтенный отец города, холодея от воспоминаний, связанных с событиями многолетней давности.

– Я – новый настоятель церкви Святой Каталины. Вот мои бумаги, – Хиллер с поклоном протянул их.

Бургомистр развернул их, проявляя явный интерес, члены магистратуры также окружили своего патрона, пытаясь заглянуть в документы.

– Так, вы из ордена цестерианцев! – бургомистр был явно удовлетворён этим открытием. – Что ж, приступайте к своим обязанностям, настоятель, – миролюбиво заявил бургомистр и протянул Хиллеру документы. – Одно могу сказать: придётся вам нелегко! Уж поверьте!