Чтение онлайн

— Нам сперва надо одеться.

— Конечно, конечно. — И Лайза повернулась к нему встревоженным лицом: — Но ты ведь придешь? Придешь?

Он кивнул, и мне не понравилось, как он на нее посмотрел. Интимнее, чем должен бы смотреть мужчина на чужую невесту. Я собиралась бросить ломик в зубчатки этой свадьбы, но не так. Так — нехорошо.

Будто прочитав мои мысли, Чак сказал:

— Это неудачная мысль, Лайза.

Она посмотрела на него так, что я поняла две вещи. Первая — она не особенно любит Чака. Вторая — у нее силы воли куда больше, чем она пока показала. И эта сила полыхнула в синих глазах, вызвала краску на щеки, причем не краску замешательства.

— Кто будет у меня на вечере — решаю я. Не ты, не мои будущие родственники. Я и только я.

Он набрал воздуху, будто хотел поспорить.

— Не будем ссориться, — вмешалась Триш.

Чак посмотрел на нее сердито.

— Я не ссорюсь, — ответила Лайза. — Чак — наемный работник, а я с работниками не ссорюсь.

Сказано было холодно и твердо. Очко в ее пользу. Но при взгляде на лицо Чака мне захотелось сунуть руку в карман с пистолетом. Чак Лайзу любит ничуть не больше, чем она его. Интересный факт.

— Хорошо, хорошо, — сказала Триш, — но давай вернемся к твоим гостям. А то девочки уже волнуются, куда это мы девались.

Даже по тону ее голоса можно было понять, что впоследние дни ей выпало много хлопот. Интересно, нет ли у Лайзы проблем с алкоголизмом. Это было бы плохо.

Лайза не отпускала руку Джейсона и смотрела ему в глаза, не отрываясь.

— Ты придешь, да? Обещай мне, что вы с Анитой — я правильно вас назвала? — обещай, что придете. Девки все попадают.

— А кто там? — спросил он.

— Все Дженнифер, — ответила она, улыбаясь во весь рот. Не совсем Джейсонова улыбка, но очень похожая. Он улыбнулся в ответ:

— Все-все?

— Все: и Джен, и Дженна, и Джей-Джей. — Она взяла его обеими руками выше локтя: — И Эшли, и Крис. Да они же меня убьют, если ты хоть «здрасьте» им не скажешь.

Он кивнул — как я и боялась.

— Сейчас мы оденемся, и я уверен, что кто-нибудь нас на твой девичник проводит.

Последнее было с его стороны довольно зло, потому что он точно знал: никто из этих людей не хочет, чтобы он оказался на этом празднике. Черт побери, я этого не хотела, хотя и по другим причинам: просто самой туда не хотелось.

Она отпустила Джейсона и взяла меня за руку:

— Анита, пожалуйста, очень вас прошу. Я знаю, что вела себя ужасно. Наверное, предсвадебные нервы, но очень прошу: пусть Джейсон придет. И пожалуйста, приходите вместе с ним. Дайте мне возможность доказать, что я не психованная. Очень вас прошу.

Я посмотрела ей в лицо. Рост, очевидно, меньше пяти футов — мне мало на кого приходится смотреть сверху вниз. Но не из-за роста было трудно сказать ей «нет». Из-за выражения глаз. Это бы я тоже могла выдержать, но еще — из-за взгляда Джейсона. Он хотел пойти. Хотел увидеться с подругами своей юности. Блин, я уже встречалась с его родными, так что мне стоит увидеться с несколькими его бывшими?

Так я себя уговаривала, пока мы одевались и шли на эту вечеринку.

Первое, что мы сделали, выставив публику, — приняли душ. Секс был хорош, и после него нужен душ, как после хорошей тренировки. Шэдвелла и Роу мы тоже хотели выставить из номера, но они отказались. Поэтому два вооруженных чужих человека, которых я впервые вижу, сидели в нашем номере, пока мы с Джейсоном по очереди принимали душ. Почему по очереди? А я не хотела, чтобы два чужих вооруженных человека, которых я впервые вижу, сидели в нашем номере без присмотра. Паранойя? Да ну что вы, помилуйте!

Вот что надо надевать, идя на девичник к будущей невестке одного из самых богатых людей штата, метящего в президенты? Я с собой привезла деловую одежду, удобную одежду и кучу оружия. И выбор был довольно ограниченный — во всем, кроме оружия.

Они — подруги Джейсона, поэтому я предоставила выбирать ему. Знаю, знаю: если девичий профсоюз когда-нибудь узнает, что я просила своего гетеросексуального мужчину выбрать мне платье на вечеринку, у меня профсоюзный билет отберут. Но что мне было делать? Сама-то я взяла бы джинсы, футболку, кроссовки да запасной пистолет. Ну, еще пару ножей — для душевного комфорта.

Джейсон не думал, что на девичнике произойдет что-нибудь такое уж экстраординарное, но мне помнился последний девичник, на который я ходила — он случился у моей подруги Кэтрин. Тогда он пошел так экстраординарно, что меня чуть не убили в событиях, начавшихся в тот вечер.

— Там не будет стриптизеров-вампиров, Анита, — напомнил мне Джейсон. — А с нормальными людьми мы как-нибудь да справимся.

Разумно, но… в общем, мы выбрали компромиссный вариант. «Браунинг» из укрытия на пояснице перешел в свою обычную наплечную кобуру под красивым черным жакетом на идеально красную футболку и синие джинсы. Значок ушел в карман жакета, кроссовки сменились на невысокие сапоги. Еще я под жакет надела два ножа в наручных ножнах.

Джейсон было стал возражать, но я ему сказала правду:

— Жакет мне все равно не снять, чтобы не светить пистолет. Так вполне могу за те же деньги оставить при себе ножи.

— Но тот здоровенный нож, что ты таскаешь на спине, ты же не берешь?

— Нет, — ответила я. — Оставила его дома, из-за тебя. Не думала, что твои родные будут так опасны.

Мы снова попытались выставить из номера Шэдвелла и Роу, но они сказали, что не могут ослушаться прямого приказа, а если оставят пост, то вылетят с работы. Ну, ладно. Они сидели и слушали, как мы с Джейсоном торгуемся. Их профессиональная телохранительская бесстрастность подверглась суровому испытанию, насколько я понимаю. Роу даже пару раз смотрел на меня большими глазами. Мы с Джейсоном по очереди ходили переодеваться в ванную.

Наконец я, одетая и вооруженная, уселась в одно из лиловых кресел, ожидая, пока переоденется Джейсон. Крест из прикроватной тумбочки я достала, и он был на фоне футболки отлично виден. А не был виден амулет под ней. Его я тоже почти все время ношу на себе. Но крест — это религиозный символ и защита от вампиров. Древний же амулет — защита только от одного вампира, от Матери Всех Вампиров, которая несколько месяцев назад проявила ко мне нездоровый интерес. Сделан он был из металла такого древнего, что его можно было согнуть о твердую поверхность. Магические символы на нем были такие давние, что я не нашла ни одного человека, который мог бы их прочесть. Были, правда, вампиры, которые могли, потому что они мне этот амулет и дали. Дали, чтобы Марми Нуар моим искусством некроманта не пробудила себя и не стала бы снова их королевой.