Чтение онлайн

За всеми этими хлопотами я совсем позабыл о своем ученике.

Но он, дерзкий, напомнил о себе сам.

— Ульф, у меня есть к тебе разговор! — заявил мне ученик, появившись на тренировочной площадке.

— Срочный? — У меня не было ни малейшего желания останавливать тренинг. — Может быть вечером?

— Вечером ты будешь учить франкский с отцом Бернаром. А потом — спать.

Ну да, чистая правда.

— Ладно, говори.

— Нет, давай отойдем, — предложил Скиди, покосившись на кучку Жераровых аквитанцев.

Какой-то у парня напряг… Ладно, можно и отойти.

Мы удалились под сень деревьев. Судя по запаху дерьма, не мы не первые здесь уединялись.

Но Скиди на вонь было наплевать. Он сразу взял быка за рога.

— Ульф Вогенсон, что значит для тебя Орабель?

— А тебе что за дело? — вежливо поинтересовался я.

— Она — твоя наложница?

Я едва удержался от того, чтобы послать любопытного юнца в пешее сексуальное. Удержало только чрезвычайно серьезное выражение на физиономии Скиди. И запах дерьма, который мало сочетался с пылкими чувствами.

— В чем дело, Скиди? — холодно произнес я. — По делу говори.

— Хочу у тебя ее выкупить, — объявил мой ученик. — Отдам всё, что у меня есть.

Так, это уже совсем серьёзно. «Всё, что есть» — это немалый куш. Скиди — мой ученик, но при этом — полноценный хирдман. Одна доля в общей добыче. А учитывая, сколько всего мы нагребли во Франции… За такие деньжищи можно столько наложниц накупить… На драккар не поместятся. Тем более товар этот сейчас в избытке.

Но почему он спрашивает у меня? Орабель — свободная девушка…

Блин! Я опять мыслю критериями двадцать первого века. Я ее спас. Я привел ее в наше суровое мужское общество. И оставил в нем. А в каком еще качестве викинг может держать при себе взятую на поле боя девушку, кроме как в качестве наложницы.

Я задумался. Орабель — девочка хорошенькая. И картинка ее белой попочки, продемонстрированной мне в баронском замке, неплохо отпечаталась в моей памяти. Не скажу, чтобы у меня ни разу не возникало мысли повалять ее на травке… Что меня останавливало? Да именно то, что в здешнем обществе и объявляло ее моей наложницей. Ответственность. В моем понимании взять девчонку под покровительство, а потом воспользоваться ее зависимостью просто гнусно. Если бы она сама выразила желание… Но ведь не выразила. Случай в баронском замке — не в счет, раз больше ничего подобного не повторялось.

Но возвращаясь к предложению Скиди. Если викинг готов платить и платить много, значит дело серьезное.

— Зачем она тебе? — уже помягче поинтересовался я.

— Она мне по нраву, — не раздумывая ответил парень. — Хочу, чтобы была со мной. Если цена мала, я готов…

Я остановил его жестом.

— Кем ты ее хочешь взять?

— Женой! — Так же не раздумывая, ответил Скиди. — Мне она люба. Другой не хочу!

— Ты назвал ее моей наложницей. Это тебя не смущает?

Скиди мотнул головой.

— Если она родит от тебя сына, возьму его в род, — ответил он совершенно серьезно. Уверен, он обдумывал этот вопрос. Со всем скандинавской обстоятельностью.

— А если — дочь? — Мне было интересно, как далеко парень «прочитывал» ходы.

Скиди пожал плечами. Ну, дочь и дочь. Вот уж действительно безделица.

— Орабель не делила со мной ложе, — сообщил я. — А теперь скажи: ты подумал, как отнесется к ней твоя родня?

— Это дядя, что ли? — Скиди фыркнул. — Он ничего не скажет. Или я лишу его права управлять моим наследством!

Вот как? Резко. Бедный Полбочки. Чует мое сердце: выставит ему племянничек счет. В свое время.

— У нее нет приданого, — напомнил я.

— Почему ж нет? Есть.

Точно! Я же сам отдал остатки ценностей из батькиной шкатулки.

Немного золотишка да камушки. И отцовский земельный надел, который принадлежит ей по праву. И он, Скиди, готов помочь ей это право реализовать.

Да уж. Практичный паренек у меня в учениках. Всё обдумал.

— Полагаешь, это больше, чем вся твоя добыча?

— Отдай мне Орабель! Я люблю ее!

Надо же, сколько страсти! Хорошо быть молодым…

— Пусть будет так, — сказал я. — И денег я не возьму. Считай, это — подарок. Но одно условие: Орабель — не рабыня. Она должна сама дать согласие.

— Она согласится! — быстро ответил Скиди. — Спроси ее.

Конечно, она согласилась. Голубки сговорились за моей спиной. Даже Вихорек был в курсе. И отец Бернар. И мой побратим Свартхёвди. Который и посоветовал Скиди обратиться непосредственно ко мне, сам бы парень не рискнул.

— Я перед тобой в долгу! — торжественно провозгласил Скиди.

Угу. По жизни.

Но я не стал иронизировать. Лишь кивнул, признавая факт.

Вскоре мне предстояло отправиться в логово врага. Под прикрытием. В такой ситуации думают не о долгах, а о том, чтобы выжить.

— Ты не поедешь со мной в Париж, — плеснул я дегтю в бочонок радости моего ученика.

Ну да, знаю, что он рассчитывал выступить в роли моего оруженосца. Но я-то с самого начала не планировал его брать: гордый, вспыльчивый, языка не знает, с виду — явный норман… И вот — подходящий повод.

— Ну я… Мне… — Скиди знал, что уговаривать бесполезно, но не мог не попытаться.

— Если нас убьют, кто о ней позаботится? — спросил я.

— Тебя не убьют, — живо возразил Скиди. — Ты — удачливый!

— А ты?

Парень задумался. Ничего, пусть привыкает к ответственности.

— Ты не поедешь. Это решено! — произнес я твердо. — Твое место займет Вихорек.

Тоже риск, но — меньший. Вихорек и на французском шпарит как на родном. Он — шустрый и храбрый, но без норманской глупой гордости. Одна проблема. Оруженосец — это кандидат в рыцари. Подготовка с тех же юных лет. В возрасте Вихорька оруженосец уже точно знает, с какой стороны взять меч.