Чтение онлайн

– Был бы рад помочь, - искренне заявил разведчик.
– Но караван снялся с места сразу после визита церковной гвардии. Думаю, они двинулись на восток, хотя точно не знаю.

– Что?!
– Армаген подскочил со стула.
– Но…

– Успокойтесь. Я прикажу своим агентам взять след. Уверяю, к окончанию судебного процесса ваша девушка вернется домой.

– А раньше никак?

– Никак, - недвусмысленно намекнул Раун.

Глава 4

Армагена отвели в приемные покои - так инквизиторы шутливо называли камеру для высокопоставленных гостей. В отличие от простых смертных, гниющих заживо среди холода и сырости подземелья, знатные подозреваемые содержались в человеческих условиях.

На щербатых камнях пола лежал ковер - правда, изъеденный какой-то дрянью и заляпанный кровью. Вместо крошечного окошка, куда и руку не просунешь, имелась широкая зарешеченная бойница. С высоты башни открывался замечательный вид на разбросанные за крепостной стеной деревеньки.

Зашедший в камеру первым конвоир оставил свежее белье. А старое, ставшее полностью коричневым от запекшейся крови, выбросил в окно.

– Располагайтесь, - сказал Раун.
– Если пожелаете - мы выдадим столик и письменные принадлежности. Через час принесут ужин. Надеюсь, вы не имеете ничего против постной церковной пищи. Если замерзнете - попросите хвороста. Можете разжечь костер в углу, только предварительно сверните ковер. Пожара нам только не хватало.

Армаген пожал плечами. В случае непредвиденных обстоятельств можно согреться и магией. Благо, скудных знаний огненных потоков для этого достаточно.

– Дверь будет не заперта, но вход на нижние ярусы для вас закрыт. Суд назначен завтра на полдень. Потерпите немножко и будете вознаграждены.

– Хорошо. От бумаги не откажусь.

Раун кивнул и вышел, поманив за собой инквизиторов. Через десять минут принесли нечто, больше походившее на огромный табурет. К своеобразному столу прилагалась стопка пергамента и два карандаша - синий и красный.

Непонятно зачем оставили охрану - толстого городского стражника с опухшим от пьянства лицом. Из сизого носа торчали измазанные соплями волосы, а дыхание состояло из адской смеси чеснока и перегара.

К счастью, толстяк уселся в центре яруса - на ступеньку винтовой лестницы. Но чуткому эльфийскому обонянию этой меры оказалось мало - пришлось высунуть лицо в окно и наслаждаться вечерней прохладой.

Вскоре взойдет Луна. Слабее, чем прошлой ночью, но еще способной пробудить зверя. Превращение начнется ближе к утру. Голод, возбуждаемый воспоминаниями о трапезе монстрятиной, давал понять - без заклинания до суда не дожить.

Стараясь не обращать внимания на запах, Армаген подтащил кровать и стол поближе к окну и принялся воспроизводить формулу. Знаки, вплоть до последнего предложения, были заучены наизусть - на их изобретение и совершенствование ушло около пяти лет. А вот с завершающими символами придется серьезно поработать, иначе из приемных покоев целитель попадет сразу на костер. Точнее, сперва с вампиром побеседует палач, так что аутодафе - далеко не радужная перспектива.

– А ты сильный, - пробубнил надзиратель.
– Девки любят таких.

– Угу, - ответил эльф, расписывая пергамент фрагментами новой формулы.

– Отжимаешься, небось? Я когда в регулярной армии служил - двадцать раз отжимался. А потом уволили за пьянство, перевели в городскую стражу.

– Ты можешь помолчать?
– не выдержал Армаген.

– Да ладно. Тебе, жалко, что ли? Я вообще подземелье сторожу - там весело. А тут скучно. Никого не пытают, никто не кричит.

Эльф заскрипел зубами. С таким собеседником превращение начнется раньше срока.

Солнце клонилось за горизонт, в некоторых домах зажглись огни. А последнее предложение по-прежнему отсутствовало. Имей колдун возможности для испытаний - процесс бы значительно ускорился. Но тестировать новые магические символы в застенках инквизиции - верх идиотизма. Оставалось надеяться на ум и опыт - иные помощники в сложившейся ситуации отсутствовали.

Армаген проработал до поздней ночи. Тщательно взвесил все за и против, проверил качество начертания формулы. По идее, получившееся заклинание должно сдержать болезнь часов на восемь-десять. Как раз достаточно для того, чтобы не превратиться в оплоте борцов с нечистью.

Осталось произнести заветные слова. Целитель глубоко вдохнул и закрыл глаза. Пора!

Ничего не произошло. Абсолютно ничего. Эльфийское сердце забилось тревогой. Может, ошибка в чтении? Армаген повторил формулу еще раз - уже громче. Результат тот же.

– Колдуешь, что ли?
– послышался сонный голос охранника.
– Не старайся, не получится.

– Почему?

– Ну дык сам как думаешь? Кого чаще всего в наши застенки волокут? Ведьм и опальных колдунов. Башню защитили магической защитой еще когда фундамент рыли!

Сильнейшее эмоциональное потрясение выступило катализатором, разрушив возведенные волей барьеры. Древний кровосос мгновенно вырвался на свободу. Охранник, лицезревший трансформацию, потерял дар речи. Крик отчаяния будто застрял в распахнутом рту, так и не долетев до посторонних ушей.

А лишние свидетели, особенно из лица церковников, Армагену вовсе не требовались. Небольшой удар плечом - и решетка камеры вывалилась из стены вместе с кусками камней. Молниеносный прыжок - дело ли для истинного вампира преодолеть несколько метров - и острейшие клыки пронзают шею болтливого пьянчуги.

– Человечина с чесночком, в пивном соусе, - облизнул губы Армаген.

Чуткий слух уловил дробный топот на нижних ярусах. Видимо, гвардейцев все же привлек шум падающей решетки. Или церковники почувствовали пробуждение зверя - что гораздо хуже. Прежде чем покинуть башню, вампир решил замести следы. В дырки от зубов он засунул два карандаша, что выдали после “заселения”.

Пусть думают, что арестант убил стражника и сбежал через окно. А решетку просто слабо закрепили в стене, вот и вывалилась от легкого толчка. За убийство представителя закона дадут немало лет, но, по крайней мере, не распотрошат на пыточном столе, как обычно поступают с вампирами.