Круг
Шрифт:
– Заставу восстановишь?
– Злое место. Люди там не смогут. В лесу.
– Ну и жара! Пекло!
Сивый поджал губы, усмехнулся.
– Макушка лета. Самая знойная пора.
Ворожец только и спросил:
– В пещере?
– Да.
Помолчали.
– А чем плоха застава в лесу?
Стюжень как будто ослышатся, поиграл бровями:
– В лесу?
– Лес черный, могучий, место закрытое. Все и всех увидим, самих – нет.
Верховный в упор уставился на Безрода. Тот спрятал глаза в землю, смотри, если охота.
– Аж дух перехватывает от твоей наглости! Но ведь – самое странное – может получиться!
– Получится, – кивнул Безрод. – Даже с туманом врасплох не возьмут. И ладью поставим на полуденном берегу.
Ворожец огладил бороду. А почему бы нет?.. Ехидно покосился:
– Далеко без пояса убежал, бестолочь?
Сивый покачал головой. Нет, недалеко. И теперь не убежать.
– Какой хочешь?
Глухо буркнул:
– Простой бычий.
Позже, на закате, когда сидел на завалинке Стюженевой избы, рядом опустилась Верна. Под глазами круги, которую ночь толком не спит. Дверь оставила открытой. Пока с мальчишкой старики – Тычок, Ясна, Стюжень, – а если заплачет, будет слышно. Что-то надумала, отсела чуть дальше и прилегла, голову положила Сивому на колени. Безрод намотал на кулак волосы – коса уже довольно отросла, – бестрепетно убрал прядь со лба. Неслыханно, выбитый зуб стал расти, и шрамы заглаживаются! Боги одарили к рождению сына…
– Я пришел из ниоткуда, в никуда же и уйду. Странник мрачный безымянный, к счастью своему бреду…