Шрифт:
Глава 1. Развод – дело тонкое…
– Ваша честь, разве может отец оставить своего ребенка без средств к существованию? Может мужчина перестать быть отцом только потому, что перестал быть мужем? – Трейси бросила красноречивый, полный негодования взгляд на стол ответчика, затем серьезно посмотрела на судью Маккласки и осталась довольна увиденным. Ни одна жена, мать не останется равнодушной, если дело касается ребенка. – Ответ очевиден, – завершила речь Трейси и уверенной поступью победительницы прошла на свое место.
Это было не просто дело о разводе, это – третья мировая война! Десять месяцев адвокаты пытались прийти к консенсусу во взаимоотношениях семьи Кэмерон, но Аманда и Дастин настолько ненавидели друг друга, что разрушали на корню все успехи юристов. Оспаривание брачного контракта, опека над ребенком, теперь же камнем преткновения стал размер алиментов. Но сегодня Трейси надеялась поставить жирную точку в этом деле, и эта точка должна стать изъяном на белоснежной рубашке Брендона Стеклера – адвоката мистера Кэмерона.
– Ваша честь, – поднялся Брендон, хитро посмотрев на стол истца. «Привести ребенка в зал суда? Отличный ход! – говорил его взгляд. – Но только не сегодня». Он подошел к скамье, на которой вместе с няней сидела пятилетняя Эмми Кэмерон. – Дай пять, – мягко попросил он, и девочка с робкой улыбкой ударила по раскрытой мужской ладони.
«Засранец», – про себя вынесла вердикт Трейси. Он пытался расположить к себе ребенка, вряд ли ему это что-то даст, но и лишним не будет.
– Мисс Полански произнесла прекрасную речь, – тем времени начал Брендон, – и я полностью ее поддерживаю. Разве может отец оставить своего ребенка? – Он особенно выделил слово «своего» и попросил: – Ваша честь, я хочу пригласить в зал суда Дугласа Кэмерона – брата моего клиента.
– Протестую, ваша честь! – воскликнула Трейси. – Мистер Стеклер намеренно затягивает процесс.
– Какое он имеет отношение к делу? – строго спросила судья.
– Уверяю, самое прямое. Позвольте объяснить. – Брендон дождался скупого кивка Маккласки и взглядом указал на дверь адвокату-стажеру, помогавшему в этом деле.
– Мистер Кэмерон, ответьте, в каких отношениях вы состоите с миссис Амандой Кэмерон?
– Она жена моего брата, – он посмотрел в сторону Дастина.
– То есть вы отрицаете, что состояли с ней в любовной связи?
– Протестую, ваша честь! Этот вопрос не имеет отношения к делу и порочит честь и достоинство моей клиентки. – Трейси заметила, как Брендон, опустив голову, спрятал улыбку. – Либо пусть мистер Стеклер опустит прелюдию и немедленно объяснит, к чему ведет, либо я буду вынуждена заявить о нарушении судебного процесса.
– Протест принят. – Судья Маккласки посмотрела на Брендона. – Мистер Стеклер?
– Приношу свои извинения суду, – искренне произнес он. – Мистер Кэмерон, вытяните, пожалуйста, левую руку ладонью вниз.
– Не понимаю, – неуверенно проговорил Дуглас, глядя то на адвоката, то на судью.
– Ваша честь, это действительно важно.Судья поджала губы, но все же велела:
– Вытяните!
– Ваша честь, взгляните на родимое пятно на тыльной стороне ладони мистера Дугласа Кэмерона. – Она бросила короткий взгляд. – Точно такое же, абсолютно идентичное, есть на руке юной мисс Эмми Кэмерон. Откуда оно у нее?
Трейси занервничала, догадываясь, куда клонит Брендон. Она подавила желание посмотреть на Аманду Кэмерон, так же, как и желание врезать ей по кудрявой башке!
– Это называется генетика, мистер Стеклер. Дуглас и Дастин – братья, – вмешалась Трейси.
– Вы правы, мисс Полански, только не в этом случае. Дуглас Кэмерон был усыновлен в младенчестве, и кровной связи между братьями нет. Об этом мало кто знал. – Брендон холодно посмотрел на побледневшую миссис Кэмерон, затем на ее адвоката.
– Протестую, ваша честь, давайте обратимся к юридическим фактам: мистер Дастин Кэмерон – отец…
– Ваша честь, – громко произнес Брендон, – прежде чем принять протест мисс Полански, обратите внимание на моральную сторону вопроса. Каково быть обманутым? Моему клиенту не просто изменяла жена, она лишила его радости стать отцом своего ребенка. Ребенка, который должен был быть его плотью и кровью. Что осталось у мистера Кэмерона после семилетнего брака? – с сочувствием в голосе спросил у зала Брендон. Прекрасный оратор и актер, он со знанием дела манипулировал людьми. – Ничего.
Он устало покачал головой и обратился к судье:
– Ваша честь, почему мой клиент должен содержать бывшую жену – здоровую, дееспособную? – Брендон непонимающе пожал плечами. – Мы могли бы требовать полного отказа от алиментов, но мистер Кэмерон очень привязан к дочери, – он мягко улыбнулся, посмотрев на ребенка, – и было бы странно, если бы это оказалось не так, ведь Дастин растил ее с рождения. И он готов платить семьдесят тысяч долларов в год вместо требуемых истицей двухсот. Этого более чем достаточно, чтобы маленькая мисс Кэмерон ни в чем не нуждалась.
Когда Брендон перестал говорить, и судья перевела взгляд на их стол, Трейси поняла, что проиграла. Аманда Кэмерон больше не вызывала сочувствия. Теперь она стала неверной женой и жадной интриганкой, а то, что мистер Кэмерон и сам изменял супруге, значения больше не имело.
– Мисс Полански, суд постановил: в иске отказать. Без права на обжалование. – Судья Маккласки ударила молотком о кафедру подтверждая свое решение.
Зал пришел в движение. Дастин Кэмерон, не глядя на бывшую жену и брата, кинулся к взволнованной малышке Эмми и, обняв, что-то зашептал на ухо. Аманда сидела с опущенной головой, нервно комкая чистый лист бумаги. Трейси поднялась и начала складывать документы.
Между клиентом и адвокатом должно быть полное доверие! Если где-то солгал, недоговорил, утаил – процесс проигран. И как бы горько ни было сознавать – Трейси винила себя. Значит, она не дожала, недоработала, не доглядела. Возможно, она еще долго бы занималась мысленным самобичеванием, если бы виновник ее теперешнего состояния нахально не вторгся в личное пространство.
– Поужинаем сегодня? – присев на край стола и широко улыбнувшись, предложил Брендон. – Я плачу. – Намек на огромные комиссионные, которые ему заплатит клиент за победу, достиг цели.