Крылья
Шрифт:
—Собираюсь в город недалеко отсюда, взглянуть на местный фейерверк, — произносит голос Эша в эфире снова. Последние слова послания такие же, как и раньше, так что это явно запись, но даже если так, это — Эш! Он жив! Я закрываю лицо руками, содрогаясь всем телом, с облегчением. Элайджа нежно треплет меня по спине. Я знала, что Эш будет пытаться, отправить нам сообщение, я чувствовала это в моем сердце. Я поднимаю голову и делаю глубокий вздох. Я тонула в море беспокойства последние девять дней, а теперь я, наконец, могу вдохнуть.
Жук чешет шрам на щеке.
— Что означает сообщение?
— Он дает нам знать, куда он дальше отправится, — говорит Дей.
— Думаешь, что он ищет меня? — спрашивая я.
— Возможно, — говорит Дей. — Но вероятней всего, что сообщение об «Ора», поскольку Эш предполагает, что мы могли бы подумать, что ты и Элайджа все еще с ним, так как не было никаких новостей о вашем захвате.
Глаза Элайджи загораются надеждой.
— Ты думаешь, он нашел мою маму и остальных?
— Вполне возможно, — соглашается Дей.
— Это не очень-то информативно, чтобы идти дальше, — бормочет Жук. — Собираюсь в город недалеко отсюда. Где это «недалеко отсюда»? Как мы должны это выяснить?
Я покусываю губу, думая.
— Может быть, Эш ждет от нас, что мы отследим сигнал? Возможно, он едет в город, который недалеко от того места?
— Я так не думаю, — говорит Дей. — Достаточно трудно отследить радиосигнал. Вам нужен мощный антенный пеленгатор, чтобы триангулировать источник, и Эш знает, что у «Людей за Единство» нет ничего подобного, — объясняет она. — И даже если мы могли бы это сделать, я не могу представить, что это сообщение будет вещать достаточно долго, чтобы мы отследили сигнал. Плюс у нас бы возникли все те же проблемы с правительством, которые уже у нас есть с обнаружением наших трансляций и их искажений при распространении и… — она умолкает, когда замечает удивленный взгляд на лице Жука.
— Ты меня иногда поражаешь, детка, — говорит он. — Откуда ты все это знаешь?
Ее карамельная кожа покрывается розовым румянцем.
— Это называется чтением. Ты должен попробовать как-нибудь.
Он усмехается.
— Не, это звучит как большая и трудная работа.
Я вздыхаю. Эш дает нам подсказку, и я не могу разобраться, что он имеет в виду! Мы слушаем радио еще в течение десяти минут ожидания, как Эш начнет говорить снова, надеясь разобраться с загадкой.
—Собираюсь в город недалеко отсюда, взглянуть на местный фейерверк, — говорит Эш и мои часы издают звуковой сигнал. Я проверяю циферблат — 09:30. Время приема у Доктора Крейвена. Впервые, это мысль не угнетает меня. Не только потому, что мне стало лучше, но также потому, что это отличный повод увидеть Сигура.
Я выдвигаю мой стул.
— Мне пора.
Мы договорились встретиться через час, а пока я направлюсь в больницу с радио и крутящимися мыслями, пытаясь понять подсказку Эша.
Я вхожу в палату. Мои родители, доктор Крейвен и Роуч сгрудились вокруг кровати Сигура, вовлеченные в серьезный разговор.
— Я слышал, как мои охранники в тюрьме говорили о новой силе безопасности, которой заручился Пуриан Роуз, — шепчет Сигур, его губы в синяках из-за чего ему трудно говорить. По всему его неприкрытому торсу раны, его пытали.
Отец кивает.
— Мы видели их разгуливающими по городу.
Интересно, относятся ли к ним Жестянщики, которых я видела в магазине Скотта.
— Ну, по словам тюремщиков, Пуриан Роуз заставляет этих людей принимать новый препарат. Это как часть посвящения в группу, — объясняет Сигур. — Они называют препарат «Крылья».
Отец поворачивается к доктору Крейвен.
— Вы слышали о нем раньше?
Доктор Крейвен качает головой.
— Что этот препарат делает? — спрашивает Роуч. Она небрежно сидит на краю своей койки, один грязный ботинок подпирает матрас, другая ее нога свешана вниз.
— Охранники думали, что это допинг, — говорит Сигур.
— Типа стероидов? — спрашивает отец.
— Мужчины, которые получали его, возвращались сильнее, агрессивнее, так что это подтверждает теорию охранников, — продолжает Сигур. — Но я не уверен. Возможно, полученный мною опыт сделал из меня параноика, — он смотрит, здоровым глазом в сторону доктора Крейвена, который притворяется, что протирает свои очки, но я подозреваю, что есть что-то большее в этом препарате, чем думают люди. Пуриан Роуз имеет тенденцию маскировать одно за другим.
— Ты имеешь в виду так же, как спрятанный вирус Разъяренных в «Золотом Дурмане»? — спрашивает Роуч, бросая взгляд на мою мать, чей рот вытягивается в тонкую линию.
— Я не понимаю, как этот препарат «Крылья» может стать угрозой для нас, — говорит мать.
Сигур поворачивается к ней.
— Возможно, я становлюсь параноиком, но когда дело доходит до Пуриана Роза, то я думаю, что лучше всего быть на стороже, — говорит он. — Известно же, что он использовал «Золотой дурман» как Троянского коня, путем инфицирования вирусом Разъяренных и затем, позволяя моему народу кормиться людьми и тем самым передавая вирус нам. Так что, кто знает, какая скрытая угроза таится в этом препарате, или кому он действительно намеревается причинить вред? Мы должны быть очень бдительными, Эмиссар.
Отец кивает.
— Я пойду, разведаю обстановку, посмотрю, что мы можем выяснить о том, что предпринимает Роуз.
Я кашлю, давая им знать, что я здесь.
— Извините за вторжение, но у меня назначен прием...
Доктор Крейвен подводит меня к кровати рядом с Сигуром. Я ставлю радио на тумбочку, пока Доктор Крейвен берет тонкую, черную коробку и кладет ее на поднос рядом со мной. Он открывает ее и внутри нее находятся: бархатный мешочек с четырьмя шприцами, пачка игл и четыре небольших, медицинских ампул, каждая из которых с разноцветной крышкой.
— Что это? — спрашиваю я.
— Это лекарство от вируса Разъяренных, — отвечает он. — Его здесь много и я буду скучать по твоей компании, душенька. Я подумал, что ты захочешь научиться сама его вводить. Здесь лекарства хватит на неделю.
Я смеюсь в восторге от того, что мне не надо приходить в больницу каждый день. Доктор Крейвен показывает мне, как заполнить шприц, какими должны быть дозировки, а потом учит меня делать уколы. Это больно, и я запорола первую инъекцию, заполнив шприц кровью из своей вены. Сигур закрывает глаза, его челюсти сжимаются от запаха.