Чтение онлайн

После того как Ангелина закончила свой рассказ, Серый бесстрастно поинтересовался:

— Когда на хате Сдобина намечается очередная гулянка?

— Через три дня, в пятницу.

Ангелина вдруг поймала себя на мысли, что начинает входить во вкус авантюр. Она сама не знала, почему ее притягивает к себе этот опасный человек, взявший над ней такую власть. В Сером было что-то звериное, почти первобытное. С ним было интересно и одновременно страшно. А опасность, словно сильнейший наркотик, уже сумела проникнуть в ее кровь, и теперь она без конца требовала увеличить дозу.

За все это время Серый притронулся к ней лишь дважды. И то это происходило буквально на ходу, без всякого обычного приготовления, какое случается между мужчиной и женщиной. Делал он это поспешно и очень грубо, как будто нужду справлял или очень спешил по своим важным делам. Рассказывая Серому о своих сексуальных похождениях, Ангелина хотела вызвать в его сердце нечто похожее на ревность, но, к своему немалому удивлению, обнаруживала, что он сохраняет холодное безразличие. Его душа представляла собой какое-то грязное болото, в котором без следа утопало все живое.

Серого интересовал только Чертанов и его компания. Он вообще напоминал ненормального, помешанного на своей мести.

— В пятницу, — повторил он. — Чертанов там будет?

— Обязательно. Они всегда собираются вместе.

— Хата у этого Коли нормально упакована? — неожиданно спросил Серый.

— Не так, чтобы очень. Но у него дома полным-полно всяких старинных вещей. А что, собираешься потрясти Сдобина?

— Сама все увидишь. Ты пойдешь со мной. Хату мы возьмем за час до того, как туда явится Чертанов.

— Зачем тебе это нужно?

Пальцы Серого с силой сжали девичью ладонь.

— А ты не догадываешься?

— Отпусти, — попыталась освободиться Ангелина. — Мне больно!

— Все очень просто. — Серый ослабил хватку. — Я хочу поквитаться с нашим общим знакомым. Ты получишь пятьдесят процентов в доле, если захватишь некоторые вещички Чертанова и отнесешь в квартиру этому Николаю. Понятно?

— Да.

— Вот и отлично! — Пальцы Серого неожиданно разжались, и он примирительно погладил девушку по руке. — Ты придешь к Николаю за два часа до назначенного времени. И постарайся сделать так, чтобы он ничего не заподозрил. У тебя это получится, моя радость, не мне тебя учить. Выключишь дважды свет, я буду знать, что ты уже готова. А потом останется открыть дверь. Ты все поняла? Или тебе рассказать, что будет с тобой в том случае, если ты откажешься?

— Я все поняла, — безрадостно произнесла Ангелина, в очередной раз сознавая, что целиком находится во власти Серого.

Появление Ангелины оказалось для Николая настоящим сюрпризом. Он ошалело моргал глазами от растерянности, позабыв пригласить девушку в квартиру. А когда Ангелина мягко напомнила, что очень неуютно чувствует себя на лестничной площадке на виду у любопытных соседей, он широко распахнул дверь, словно приглашал ее не в холостяцкую обитель, а, по крайней мере, во Дворец бракосочетания.

— Проходи. Я чрезвычайно рад, но это несколько неожиданно. Ты же знаешь, что через пару часов должны подъехать Егор с Бесом. Мы собираемся немножечко покутить, потом съездить куда-нибудь в казино, — перечислял Николай возможные развлечения в коридоре своей квартиры. — Что у тебя за сумка, уж не надумала ли ты ко мне переезжать?

— А ты уже испугался?

— Просто неожиданно как-то…

Ангелина взглядом профессиональной наводчицы окинула комнату и со сдержанностью, на которую была способна только чувственная дама, произнесла:

— А у тебя здесь очень даже хорошо… Я у тебя всего лишь третий раз, и меня всегда удивляет уют, которым ты себя окружил. Даже не верится, что все это создано без вмешательства женщины.

Николай чуть улыбнулся:

— Почему же без вмешательства? Мне даже как-то неловко слышать этот упрек. — Он подошел к дубовому шкафу и взял с него нефритового львенка. — Этот подарок мне сделала моя предпоследняя женщина на день рождения. По знаку Зодиака я Лев… А вот эта картина, — показал он на голую амазонку с копьем в руке, — подарок последней моей женщины. Не правда ли, хороша? — Николай остановил свой взгляд на бедрах Ангелины, которая, сев на небольшой диванчик, закинула ногу на ногу. Она прекрасно знала, что короткое платье задралось и выгодно показывает ее прелести. Хозяин ненадолго задержал взгляд на резинках, крепко удерживающих ажурные чулки, и продолжал: — Если здесь покопаться, то отыщется немало таких вещей, что оставили мои прежние возлюбленные. Многие из них уже изрядно подзабыты. Без этих мелочей моя квартира выглядела бы полупустой.

— А вот эту вещичку тебе подарила тоже женщина? — показала Ангелина на футляр из красного дерева, в котором покоился старинный пистолет. — Наверное, с намеком на то, что если ты ее разлюбишь, то она тебя непременно застрелит?

— Ха-ха-ха, — весело рассмеялся Николай. — У тебя всегда с чувством юмора был полный порядок. Здесь немного другая история. Это наша семейная реликвия. В некотором смысле символ, что ли. — Он вытащил из бархатного вместилища пистолет и любовно погладил цевье. — Сейчас он стоит очень больших денег.

— Сколько? — непроизвольно вырвалось у Ангелины.

Николай задержал на девушке взгляд, уловив на миг чертиков, проклюнувшихся в ее глазах, и, видимо, решив, что ему показалось, честно признался:

— Много. Это целое состояние. Само по себе это оружие редкость, а этот экземпляр еще и инкрустирован золотом. А если бы ты знала, какие люди держали его в руках! Ну да хватит об этом, — положил он пистолет на место. — Ты что будешь, чай, кофе?

— Давай лучше чаю, — с милой улыбкой пожелала девушка и посмотрела на старинный комод, который, по всей видимости, был современником пистолета и достался хозяину в качестве наследства.

На его средней полке Николай держал постельное белье, и между пододеяльниками и простынями лежал небольшой пластиковый пакетик, в котором было тридцать тысяч долларов. Свою задачу Ангелина видела в том, чтобы до прихода Серого вытащить эту пачку и положить ее к себе в сумку. Только вот как? Коля совершенно не желал уходить из комнаты и, распахнув глаза, таращился на ее ноги, как будто впервые видел живую женщину.

— Ладно! — наконец очнулся он. — Я тоже предпочитаю чай. Ты пока посиди здесь, а я быстро все приготовлю.