Ксенофоб
Шрифт:
Впрочем, долго мучиться не пришлось: очень скоро мой дрожащий бинокулярный взор напоролся на злодеев. Они, как ни в чем ни бывало, сидели за столиком на открытой террасе кафе, в компании еще двоих соплеменников. Точнее, это за столиком их было четверо, а вообще, на террасе и около, я насчитал около двух десятков представителей высокогорной гопоты.
– Не. На. Виж-жжу...
– Ну-ка! – Федя отнял у меня бинокль. – Сориентируй.
– Второй столик от крылечка.
– Справа, слева?
– Слева.
– Вижу. Четверо?
– Да, четверо. Который с носом – коренастый, приземистый...
– Они сидят, дубина!
– Точно... Ну-ка, дай бинокль... Так... Держи... Короче, который спиной к нам, с такой большой башкой...
– Ага... Лица троих вижу... Один, в самом деле, сидит к нам затылком... Да, затылок знатный. Вообще широкий такой товарищ...
– Квадрат. Низкий, но здоровый, как кабан...
– Угу... Значит, второй столик, слева от крыльца...
– Ну так я же сказал!
– Это уточнение для полной уверенности – привыкай. Второй столик, слева от крыльца, объект сидит спиной к нам. Верно?
– Верно.
– Хорошо. Держи, – Федя, не отрываясь от бинокля, протянул мне мобильный.
– Не понял?
– Набери себя.
– Зачем?!
– Так... Запоминай: с этого момента мы на операции. Слушать в оба уха, не переспрашивать без нужды, не сомневаться, команды выполнять беспрекословно и моментально. Иначе сорвешь боевую задачу. Это понятно?
– Ну, в общем...
– Не мямли!
– Да, понятно.
– Ну вот, уже лучше. Набирай.
Я прокрутил список абонентов, нашел «Д»...
– Это я – «Д»?
– Это ты – «Д». Дубина, то бишь...
...и нажал ввод.
– Точно – он, – обрадовался Федя. – Ну не баран ли? По логике, чужую мобилу надо сразу «скидывать», и уж ни в коем случае не отвечать на звонки...
– Да, слушаю, – возник в трубке до боли знакомый квадратный голос.
Я быстро протянул телефон Феде: во-первых, не было никакого желания общаться с квадратным неандертальцем, во вторых... гхм-кхм... у меня почему-то опять перехватило дыхание и сердечко заскакало, как испуганный кролик, которого любознательные юннаты притащили в террариум.
Федя оценивающе посмотрел на мою дрожащую ручонку с телефоном, заглянул мне в глаза, неодобрительно покачал головой и, взяв трубку, вновь прильнул к окулярам бинокля.
– Здравствуй, козлик, – голос у Феди был ровный, тон – доброжелательный и даже ласковый. – Что значит – «кто»? Х... в пальто! Ты, козлик, совсем о...ел? Отвечаешь на звонки по чужому телефону, и еще спрашиваешь – кто?!. Нет, козлик, ты ошибаешься, это не твой телефон – ни «теперь» и никогда вообще... Да, ты опять ошибаешься – ты все-таки козлик. Лет через двадцать, если доживешь, ты будешь просто козлом – пожилым и глупым. А пока что ты – козлик, юный и тупой. Купи вазелин, козлик – очень скоро он тебе понадобится.
Федя отключил телефон, положил его в карман, бинокль сунул в «бардачок» и деловито уточнил:
– Ты как? Машину вести можешь?
– Могу, но... – я насторожился – что-то мне эта многообещающая деловитость не понравилась. – Вопрос: куда вести?
– По шоссе до поворота; потом сто метров по аллее до кафе; там двенадцать секунд стоим, мотор не глушим; по команде «ходу!!!» – рывок, двести метров до перекрестка, – четкой скороговоркой отбарабанил Федя. – Ну и все, дальше уже по обстановке, я скажу – куда.
– Слушай... Что-то мне это...
– Ты что, рулить разучился?
– Да нет, я не в том плане...
– А, понял... Тебе телефон нужен?
– Нужен, но...
– Твоя задача – прокатить меня по указанному маршруту. Остальное я сделаю сам. Вопросы по маршруту есть?
Вообще-то все мое естество категорически возражало против такого поворота истории. Моя кроличья душонка заходилась в истерике и истошно вопила: «Не надо!!! Это неправильно! Это не по-нашему! Мы так никогда не делаем!».
Но Федя был переисполнен азартом и на тысячу процентов уверен в себе – как вольный бык, подпущенный к зажатой в станок буренке.
И эта уверенность отчасти передалась и мне.
– Так... Мы его заберем?
– Да.
– И... эмм... побьем и отнимем телефон?
– А что, есть варианты? – Федя глумливо хмыкнул. – Ну, хочешь – подарим ему еще и мой телефон? И для пущего удовольствия поцелуем его в ж...?
Да, это глупые вопросы. Это я так: с духом собраться...
– Ладно. Давай попробуем.
– Ну вот, это другое дело, – одобрил Федя. – Выходи, номера снимем.
Мы быстро сняли номера и спрятали в багажник. Я читал в Интернете, что при потасовках и прочих происшествиях никто и никогда номера не запоминает, но подстраховаться не помешает: мало ли как оно там повернется.
– Есть такое дело, – Федя испытующе посмотрел на меня. – Готов?
– Да.
– Хорошо. Значит так: я сяду сзади. Когда остановимся – выйду, дверь оставлю открытой. Закрывать не надо, а то нехорошо получится. Понятно?
– Да.
– Повтори.
– Что повторить?
– Что с дверью делать.
– Ничего не делать. Дверь – не трогать.
– Хорошо. До террасы едем спокойно. Без рывков. По приему груза – спурт. То есть рвем во все лопатки. Если кто-то из джигитов попробует заблокировать дорогу – сшибай на х... При разгоне не страшно, не убьешь. Вопросы?
– Нет.
– Ну все – поехали...
Чтобы добраться до оккупированного младогорцами кафе, нам понадобилось немногим более минуты.