Шрифт:
Татьяна Чоргорр
'Куда не проложены рельсы'
Он шёл сквозь город к ближайшему горизонту. Тень-коротышка бежала впереди по растрескавшемуся асфальту привокзальной площади. В витринах киосков двоились, ломались, струились тонкие долговязые отражения. Он поймал взгляд своего двойника - сквозь стекло, в настоящем зеркале - махнул рукой, то ли приветствуя, то ли прощаясь. Да, сегодня он сдал Сантьяге отчёт, итог многовековой кропотливой работы, и теперь намерен был сделать паузу. Покинуть Город на несколько дней... Или лет? Он поразмыслит об этом в дороге.
А пока изучал расписание поездов на табло, исподволь отмечая, сколь многое изменилось с прошлого раза, когда он катался по человской 'чугунке'. Другое изобретение господствующей расы, автомобили, пришлось ему куда более по душе. Но верный спорткар остался скучать в гараже Цитадели: ныне нав желал путешествовать налегке. Ведь заодно с автомобилями дурные челы изобрели автомобильные пробки, а направление, которое он выбрал для начала пути, в этом смысле - одно из худших. Так что, налегке, совсем-совсем налегке! При нём не было ни чемодана, ни рюкзака, ни сумки: лишь куртка с карманами, зачарованными на уменьшение объёма и веса содержимого, а в них - запас на несколько дней автономного путешествия, на разные случаи жизни. И настроение: донельзя странное, давно позабытое.
А на перроне - толчея, час пик. Он привычно заскользил сквозь толпу, бездумно расступавшуюся перед ним. Навская аура тяжела, мало кто станет искать контакта без веских причин. И вагон, куда он соизволит сесть, стремительно опустеет, как бы ни теснились пассажиры в соседних.
Интересно, вот что себе думает этот чел со странно одетой девочкой лет десяти? Шли по платформе навстречу, встретились взглядами - развернулись и пошли параллельным курсом. Удивительно: не спешат, не толкаются, но не отстают от его шага, и перед ними - такая же свободная дорожка в толпе.
Не маги. Без амулетов, артефактов и чего-либо другого, характерно тайногородского. Девочка чертами лица похожа на мужчину: вероятно, дочь. А ещё эти двое с удивительной нежностью держатся за руки, перемигиваются и обмениваются улыбками заговорщиков. Какой-либо опасности от них нав не ощутил, и когда мужчина созрел заговорить, решил его выслушать.
Все трое как раз дошли до головных вагонов, нав собирался сесть в электричку, отбывающую минут через десять, но уже изрядно забитую...
– Эй! Куда ты, это же не твой поезд!
– воскликнул мужчина, неделикатно, чтоб не сказать, с риском для жизни, цепляя нава за рукав.
– Твой - вон! Ты же видишь его?
По другую сторону платформы стояла другая такая же электричка: длинная, зелёная, без особых примет. Пустое табло пункта назначения, сдвинутые двери, опущенные токоприёмники... Только кабина приглашающе открыта, туда-то мужчина и потянул нава. Тот брезгливо стряхнул чужую руку:
– Вижу, и что? Этот поезд пока никуда не идет.
Чел ухмыльнулся, серые глаза шало блеснули.
– Правильно, не идёт, потому что без машиниста! Мы-то с дочей вернулись домой, - двое придурочных челов улыбнулись друг дружке так лучезарно, что июньское солнце от зависти спряталось за тучу. А наву просто захотелось сделать с обоими что-нибудь нехорошее. С другой стороны, это он всегда успеет...
– Понимаешь, друг, этот поезд, он особенный, - продолжал чел.
– Ну, вроде как... Наверное, можно сказать, он волшебный...
Мужику самому явно неловко было нести такое среди бела дня в центре Москвы. А нав, присматриваясь к пустой электричке, в упор не видел в ней ничего магического. Однако чел уже заинтриговал его. Тем, что бестрепетно встречал взгляд тёмного и ни капельки не врал. При том, на сумасшедшего с бредом он походил мало, уж на этом-то нав скушал не одного чудского дракона. Мужчина продолжал объяснять, а девочка то провожала взглядом прохожих, то рассматривала отцова собеседника: с небоязливым, вдумчивым любопытством.
– Понимаешь, друг, я проверял. Этот поезд мало кто видит. Или видят, как призрак, но не могут в него сесть. Но кого поезд примет, того он везёт далеко-далеко. Не просто за горизонт - за край мира. По разным мирам, лишь бы там было хоть что-то похожее на рельсы. Я слышал, так можно уехать в новую жизнь, к лучшей судьбе. Или замкнуть круг и вернуться домой, убедившись, что твоё место и твоя наилучшая судьба - здесь. Или, как я, отыскать, кого потерял. Главное, держать свою потерю в мыслях, стремиться... И обязательно на каждой станции спрашивать, не видали ли? Только будешь выходить, не отходи далеко. А то потеряешь поезд из виду, и он может решить, что ты уже приехал... Короче, чего бы ты ни искал, рано или поздно пути приведут, куда надо. Главное, никогда не сдавать задним ходом. Только вперёд...
Нав слушал чела и между делом наблюдал за женщиной, которая переговаривалась с кем-то на соседней платформе: сквозь обсуждаемый поезд - как через пустые пути. Ни она, ни её собеседница в упор не видели стоящей на рельсах электрички. Длинной, зелёной, такой же, как все. И магии морока на ней не было, он ещё раз проверил!
Нав водил автомобили: умел и любил. Но даже примерно не представлял, как управлять поездом, о чём не замедлил сообщить челу.
– Так это проще простого, даже моя доча научилась! Пойдём в кабину, я тебе всё покажу.
Чувство опасности продолжало помалкивать, когда нав вслед за неразлучной парочкой шагнул с платформы в кабину странного поезда. Но что-то в мире едва ощутимо сместилось и сдвинулось. Окружающая действительность утратила навязший в зубах привкус обыденного?
Прежний машинист - в кабине поезда хотелось называть его именно так - показывал рукоятки, рычажки, тумблеры, объяснял наву азы управления всей этой человской машинерией... Как-то слишком быстро и безалаберно, будто для проформы! Нав никогда не жаловался на память и сообразительность, однако собирался уже переспрашивать. Но чел опередил вопрос.
– Ты не хмурься, друг! Не запомнил - не страшно. Понимаешь, это всё я тебе рассказываю просто для спокойствия. Чтоб ты примерно знал, за что тут хвататься на первых порах. Где разгон, где торможение, где двери... Мне-то объяснял настоящий машинист электропоездов, он прежде их водил, и сейчас, наверное, водит. Раз уж сделал полный круг и вернулся... В общем, старый хрен заставил меня вызубрить всю эту матчасть и сдать ему экзамен. Только после этого предупредил: когда поезд идёт по разным мирам, он бывает, чёрт знает, на что похож! И пульт тоже претерпевает метаморфозы... Представляешь, этот хрен в очках так и сказал: ме-та-мор-фо-зы! И слово заставил выучить. Зато, когда оно первый раз в пути случилось, я не так охренел, как мог бы... Короче, когда оно у тебя тоже метамор... того, ты, главное, не пугайся. За какую загогулину держишься - за ту держись, особо ею не крути. Достаточно думать, как ты хочешь ехать: быстрее или медленнее. Этот поезд, на самом деле, мыслью управляется, понимаешь? Или можешь командовать ему вслух, словами. Он всё понимает, только сам не говорит... А, ещё забыл тебе сказать: не бойся никаких препятствий! Людей на путях, закрытых ворот, встречных-поперечных поездов - ничего не бойся. Он сквозь них проходит, будто сквозь призрак. Или сам - немножко призрак? Короче, не знаю, так или эдак, но вреда ни тебе, ни препятствию. Я проверял, на самом малом ходу. Поначалу-то, знаешь, как страшно? Сшибить кого, или самому - в лепёшку...