Чтение онлайн

Взгляд сам собой скользнул на Берта. Он всегда защищал меня, но сейчас дракон лишь недовольно покачал головой и поджал губы. Я опустила глаза. Прости.

— Вина?

Король тем временем продолжил играть в галантного кавалера. Берт скривился и отвернулся: ему этот балаган, кажется, был не по душе, но отчего-то советник занял позицию наблюдателя.

— Не-не-не откажусь, — жалко промямлила я и откашлялась: в горле вдруг запершило.

Наверное, выпить — это была плохая идея, но после заявления короля у меня тряслись не только ноги, но и руки, и поджилки, и все остальное.

В мой бокал полилась рубиновая жидкость. Чтобы как-то потянуть время и занять руки, я тут же схватила бокал и сделала большой глоток. Ожидала, что напиток окажется кислым, но была приятно удивлена и не смогла этого скрыть.

— Берт говорил, что ты любишь сладкие вина, — мимоходом бросил король, поднимая свой бокал. — За освобождение! — с непонятной горькой грустью в голосе произнес он и, не чокаясь, залпом выпил прозрачную крепкую настойку.

— Будто по покойнику тост подняли, — пробормотала я тихо, но меня услышали.

— А это и был тост по покойнику, — проронил король и налил себе еще, чтобы так же залпом, только уже молча выпить.

Кажется, кто-то решил напиться в дым, и хорошо это для меня или плохо, я пока даже предположить боялась. Слишком уж непредсказуемым был золотой дракон. Никогда не могла его понять и тем более предугадать мысли или поступки.

— Мне очень жаль, — произнесла вполне искренне, вспомнив мертвых девушек, что волею безумного бога участвовали в ритуале. Ведь среди них была и возлюбленная Герхарда. — Что стало с телами?

Король промолчал, только выпил еще бокал, ответил лорд Лирдоу. Впервые за вечер серебряный дракон заговорил со мной.

— Их похоронят завтра. Семьи уже оповещены о ритуале погребения.

— Десять лет… — задумчиво проговорил король, а я с опаской покосилась на него. Пьяным он не выглядел, но и трезвым дракона назвать было сложно. Казалось, он погрузился в свой мир, куда другим дороги нет. — Десять лет я искал этих тварей, носом землю рыл, но мне попадались только рядовые последователи культа. Никаких зацепок, ни одной ниточки, что вела бы к главному виновнику. А все потому, что предателем оказался мой родной брат.

Бокал короля полетел в стену и разбился вдребезги, осыпав пол мелкой хрустальной крошкой. Я испуганно вздрогнула.

— Принц Вильрен был невиновен, — вступилась я за эльфа, под тяжелым взглядом золотого дракона стушевалась, но все-таки закончила: — Хенселль занял его тело, чтобы подобраться к вам. Ваш брат умер задолго до заговора.

— К сожалению, сути дела это не меняет, — горько выплюнул король. — Я проглядел змею в своем доме. А ведь он всегда знал, кого я ищу. Знал и наверняка потешался.

— Вы уже отомстили! — воскликнула, надеясь, что король успокоится. Ой, зря я привлекла его внимание.

— Помнится, ты рассказывала о трупах девушек, что послушными куклами подчинялись Хенселлю. — Я кивнула, хотя Герхард и не смотрел на меня. От его обманчиво спокойного тона по спине побежали мурашки. — Как думаешь, почему они могли двигаться, даже что-то говорить? — Я молчала, уставившись на свои сцепленные руки. Вспоминать было до невозможности жутко. — Потому что к мертвым телам были привязаны живые души. В каждом медленно гниющем трупе томилась невинная душа. И не умереть, и не воскреснуть, и не переродиться. — Казалось, Герхард никого не видит перед собой, погрузившись в тревожные мысли. — Дара тоже была там, среди тел. Десять лет я искал повсюду не только последователей культа Корхи, но и ее душу, но… Поисковики не видели Дару среди живых, некроманты не находили среди мертвых, она будто зависла на пороге между мирами. И только сегодня я наконец-то нашел ее… тело. Так что же случилось после того, как Хенселль попытался убить Берта? — Дракон жадно подался вперед, а я в ужасе шарахнулась так, что даже стул проскреб ножками по наборному паркету. — Милая Карина, только ты можешь рассказать, что произошло на самом деле: куда делся сумасшедший бог, чей младенец оказался на алтаре и что стало с бедными девушками.

Жесткий тон, не терпящий возражений, пригвоздил меня к месту. Язык отказывался слушаться, но король ждал ответа, постепенно начиная терять терпение. Золотые чешуйки на носу монарха еще не встали дыбом, но уже начали топорщиться. Великий Двуединый, что же делать? Если он узнал мою тайну, пощады можно точно не ждать.

— Я не знаю, — выпалила в тот момент, когда золотой дракон едва ли не зарычал. — Я все уже вам рассказала! Когда Хенселль отшвырнул меня на идола, я потеряла сознание. Очнулась, когда лорд Лирдоу пришел в себя. — В горле пересохло, я торопливо глотнула вина, подавилась и закашлялась. — Не знаю, насколько это важно, — добавила тихо, — но я молилась Двуединому, а потом, после удара, показалось, будто отовсюду лился свет. Возможно, Всемогущий откликнулся, иначе я не знаю, как объяснить то, что Хенселля больше нет.

— Возможно, — задумчиво протянул Герхард, потирая подбородок. — Он, как и любой дракон, непредсказуем. Но это всё предположения. Когда я прибыл с отрядом на место, вокруг были одни трупы разной степени разложения, и у всех тел был одинаковый фон. — Я с удивлением посмотрела на короля. Видя мое замешательство, дракон пояснил: — У тел был одинаковый энергетический фон, будто они все погибли только что. Но такого не может быть!

Монарх о чем-то задумался, в то время как Берт внимательно следил за его реакцией, а потом тихо сказал:

— Есть большая вероятность, что Двуединый все-таки откликнулся, поскольку я совершенно не помню ничего, что происходило между тем, как Хенселль попытался всадить мне кинжал в сердце, и тем, как я пришел в себя на ногах совершенно в другом месте. Если чокнутый бог мог занимать тела потомков, что мешало Драгу сделать то же самое? А если Двуединый действительно приходил, он мог отпустить невинных жертв.

— Мог, — грустно согласился король и кивнул советнику: — Если так, ты сумеешь…

— Завтра же этим и займусь, — перебил его князь, сразу поняв, о чем речь. — Если ее душа свободна, мы найдем Дару, где бы она ни была. Обещаю тебе!

— Надеюсь. Что ж, тогда предлагаю следующий тост: за правду! — Король вновь поднял бокал и с очень недобрым прищуром уставился на меня, будто дыру хотел просверлить. Пришлось мне опять пить, чтобы только не смотреть на него. И стоило сделать второй глоток, как прозвучало: — Только правда у каждого своя, не так ли, леди Лурье? — Вино встало поперек горла, хотя раньше мне казалось, что такое невозможно. — И теперь мне бы очень хотелось услышать твою правдивую историю.

Я затравленно покосилась на князя, но тот делал вид, будто ничего интересного не происходит. Кажется, в сложившейся ситуации на поддержку серебряного дракона можно не рассчитывать. Что ж…