Чтение онлайн

13

И так уж вышло, что кому-то нужно уходить.

Поломанные. “Та сторона”

— Хорошо, Федь, я всё понимаю, правда, понимаю, они поступили с тобой отвратительно, — жалобный голос Ксении долетал до Леськи, как будто из другого мира, — но и ты меня пойми. Где я возьму повара за десять часов до начала ужина? Я представления не имею. Я не могу заказать еду из ресторана — это упасть ниже плинтуса, да и поздно уже. Сам знаешь, какие люди сегодня должны быть. Я не могу взяться за это сама — я и без того, несмотря на организаторов, сегодня весь день буду бегать: цветы, украшения, музыка, макияж, салон. У меня нет человека, которому я могу это поручить, — нет! Просто потерпи один день. Сегодня в полночь она уйдёт, и мы больше её никогда не увидим. Клянусь! Как бы хорошо она не готовила, на каком бы уровне не был ужин, обещаю, больше я её не позову! — голос замолчал, и Леське нестерпимо захотелось выглянуть, чтобы увидеть, что происходит. Она не до конца была уверена: хочет ли она быть выставленной за дверь и, наконец, вздохнуть спокойно, или хочет остаться, чтобы…

Чтобы что?..

Заработать? Ну не так уж ей нужны были сегодняшние деньги, с голоду они с Маськой не помирали.

— Подумай, она всего лишь обслуживающий персонал. Она только кухарка. Она приготовит, обслужит нас, наведёт порядок и уйдёт. Оттого, что она пробудет здесь один день, она не станет хозяйкой положения, о'кей?

Леська давно привыкла, что многие богатые относятся и к ней, и к людям её профессии с пренебрежением. Конечно, это задевало всегда, но сейчас задело особенно: она ни за что не останется. Ни за что.

— Меня тошнит уже от того, что она находится в соседней комнате.

— Ради меня!

— Только ради тебя! Ради того, для чего я сегодня приехал.

— Спасибо!

— Она будет обслуживать за столом?

— Да, а что?

— Надо предупредить отца.

— Думаешь, он её помнит?

— Уверен.

— Хорошо, позвони ему, а я пока посмотрю, не сбежала ли она.

Леська стремглав бросилась в кухню. Чёрт! Почему она ещё не ушла?

— Я знаю, Вы всё слышали, — Ксения появилась за спиной, едва дав Леське дойти до стола.

— Это не важно, я всё равно не могу остаться.

— Можете, — отрезала девушка, — те слова, про кухарку и обслуживающий персонал, я сказала только для своего брата. Я так совершенно не думаю. Насколько я слышала, Вы — профессионал своего дела. Не только в том, как Вы готовите, но и в том, как храните секреты, которые Вам стали известны, в том, как безупречно Вы себя ведёте в других домах, в том, учитываете пожелания всех гостей и во многом другом. Даже то, что я узнала за те несколько часов, которые мы знакомы лично, говорит мне о многом.

Она ей зубы заговаривала — определённо!

— Нет.

— Да!

— Вы не понимаете! — вскрикнула Леська, — я не могу остаться!

— Это Вы не понимаете: Вы не можете уйти!

— Ещё как могу!

— А как же насчет Вашего обещания?

— Какого обещания? — Леська замерла, хотя уже была в дверях.

— Дайте-ка припомнить, как Вы сказали? — Ксения задумчиво поднесла палец к подбородку и процитировала: — Даю слово, что не подведу Вас! Кажется так?!

Веки девушки сощурились, и Леська припомнила смутную тревогу, которую испытала в кафе. Подсознание узнало этот прищур, абсолютно одинаковый у брата и сестры. Только разум тогда ещё не понимал в чём дело.

Леська притормозила. Чёрт! Она попала в ловушку. Она действительно обещала, она дала слово, что ей можно доверять. Ей и в голову не пришло, что возникнут обстоятельства, которые будут сильнее её. Условия, против которых она не может поставить своё слово.

Прерывисто выдохнув, она пыталась найти достаточно веские аргументы, которые оправдали бы её. Ну не может она остаться здесь! Не может!

Но и не выполнить обещание — не может тоже. Честное слово — один из тех немногих козырей, который позволил ей добраться до той ступеньки, на которой она сейчас стояла. Слово, которое она должна держать любой ценой!

Если наплевать на деньги и убежать она может себе позволить, то подмочить репутацию, подведя клиента — ни в коем случае. Никакого бегства, никаких истерик!

Видя её замешательство, Ксения надавила:

— То, что произошло между Вами и моим братом, было давно. Я бы сказала, так давно, как в детстве. На длинном жизненном пути мы все совершаем ошибки. И я, и мой брат тоже их совершали. Мне удивительно, что то, что произошло семь лет назад, сильно задевает его сегодня, — она сощурилась, опять напоминая брата, — скорее, даже ранит. Может быть, Вы появились в этом доме, чтобы закрыть дверь в прошлое и продолжать двигаться дальше?

— Ваш брат женат? — неожиданно для самой себя задала вопрос Леська.

— Нет.

— Я просто так спросила.

— Разумеется, — Ксения кивнула. — Надеюсь, все недоразумения разрешены, и Вы готовы приступить к работе?

Леська замерла с открытым ртом, понимая, что у неё просто нет аргументов, кроме страха и внутреннего упрямства, кроме трясущихся поджилок и ужаса перед какой-то неведомой силой, развернувшей её лицом к прошлому.

— Да, — согласилась Леська, хотя сама не понимала, зачем это сделала. Она не могла, не должна была оставаться в этом доме!

— Отлично. Я скажу Феде, чтобы не заходил на кухню ни под каким предлогом.

Часть 3. Абордаж

14

Не поддаваться бы на провокации — ссорам по пустякам,

Чтоб не случаться так часто.

Поломанные. “Та сторона”

Прошло немало времени, прежде чем ей удалось немного успокоиться. Над головой бубнил телевизор, пока Леська мариновала оленину. Она выбрала CNN и прибавила звук, надеясь, что сосредоточение на английской речи позволит забыть обо всём остальном. Тем паче, что новости и хорошие репортажи она любила больше, чем сериалы и ток-шоу.

Леська просеяла горсть муки, затем насыпала ягоды можжевельника в большую пиалу, добавила семян кориандра и две звёздочки гвоздики, растёрла мраморным пестиком и наклонилась вдохнуть смесь ароматов, когда голос над ухом заставил её подпрыгнуть.

— Какого рожна ты здесь делаешь?

Леська резко выпрямилась.

— Чёрт! Ты напугал меня.

— Что ты здесь вынюхиваешь? — голос звучал глухо, как удар камня по железу.

Она правда верила, что он не придёт на кухню?

Взять йогурт.