Чтение онлайн

— На нас смотрят!

— И что? — он склонился к самому ее уху, щекоча дыханием. — Каждая женщина в этой стране готова прыгнуть в мою постель, стоит лишь пальцем поманить.

— Я не каждая, — Тереза попыталась отстраниться, но император только сильнее прижал ее к себе. — Мне не нужен титул.

— Значит, ты просто доставишь мне удовольствие. У тебя ведь под платьем ничего нет? Проказница.

Он попытался поцеловать ее в шею, Тереза дернулась, сделала шаг назад и чуть не свалилась, наступив на что-то скользкое. Раздался характерный треск, она оглянулась.

— Упс, как неудобно получилось…

Длинный подол прекрасного голубого платья был безнадежно испорчен, точнее — оторван. Розмарин от гнева покрылась пятнами, но затевать скандал побоялась.

Император воспользовался замешательством Терезы и, резко опрокинув ее на свою руку, впился в губы поцелуем.

Вот зараза! Это же не танго! Первым порывом было оттолкнуть его и влепить хорошую затрещину, но потом Тереза решила, что, пожалуй, лупить императора на глазах подданных будет совсем неприлично, и покорно позволила мужчине целовать себя.

— Ваше величество! — раздался негодующий возглас Розмарины. — Что вы делаете?

Император поднял Терезу на ноги, улыбнулся и тихо прошептал, не глядя на негодующую Розмарин:

— Я пришлю за тобой машину после бала.

Наконец он отпустил Терезу и повернулся к любовнице.

— Ай-ай, дорогая, твое платье испорчено. Пойдем, я проведу тебя в комнату, где ты сможешь переодеться…

Последние слова он произнес с весьма недвусмысленным намеком.

Идите, ваше похотливое величество, идите и не оглядывайтесь! Тереза перевела дух, незаметно вытерла губы и оглянулась в поисках официанта, разносящего вино. Ей срочно нужно было смыть вкус и запах чужого рта.

Официант заметил ее призывный взгляд. Тереза потянулась за бокалом и чуть не столкнулась пальцами с изящной мужской рукой.

— Простите, айра, — раздался тихий приятный баритон.

Тереза резко обернулась и первое, что заметила, это длинные черные волосы, разметавшиеся по спине удаляющегося мужчины. Вот он чуть повернул голову, и Тереза вздрогнула.

Янг Вонг.

Интересно, куда девался эрлинг и что здесь делает Янг? Вот черт, как плохо, что у нее нет с собой фотоаппарата! Да, она была всего лишь фотографом в небольшой районной газете, но… как же ей не хватает камеры! Нужно спросить у Арто, есть ли в этом мире аналоги?

Она пригубила вино и, поставив бокал, направилась за Янгом, стараясь прятаться за снующими по залу людьми. На нее глазели, шептались за спиной, но никто не подходил. Наверное, боялись то ли гнева императора, то ли непредсказуемого тьера Лофта. Как бы там ни было, а Терезу это устраивало.

Вонг вышел из зала, Тереза последовала за ним, он оглянулся, и она резко отпрыгнула за статую воина, а когда выглянула в коридоре, никого не было. Тереза еще немного подождала и направилась назад в зал, но тут услышала тихие голоса из-за одной двери. Любопытство и привычка всюду совать нос в поиске сенсации сделали свое дело. Тереза сняла туфли и на цыпочках подкралась к приоткрытой двери. Не успела она прислушаться, как раздался тихий вскрик, дверь распахнулась, едва не ударив ее по лбу, и из комнаты вывалился молодой мужчина азиатской наружности. Он ухватил Терезу за руку окровавленными пальцами, и девушка с ужасом увидела, что на его рубашке напротив сердца расползается красное пятно.

— Отдай эрлингу.

Мужчина сунул ей в руку что-то маленькое, круглое и холодное, а сам начал заваливаться на бок. Его глаза остекленели, и Тереза поняла, что он мертв, а она наедине с трупом и неизвестно, где его убийца! Она подхватила туфли и побежала на звуки музыки. Перед входом в зал обулась и сделала вид, что ищет туалет. Должен же здесь быть туалет?

Один из официантов показал, куда идти, и девушка быстро юркнула в небольшую зеркальную дверь, за которой оказалась маленькая комнатка с удобствами. Тереза заперлась изнутри и поднесла к глазам предмет, который до сих пор зажимала в кулаке. Прозрачный стеклянный шарик. Кристалл, на который записывают информацию… Интересно, что на нем? Быть может, очередной заказ? Она покрутила шарик между пальцев. Отдавать Элою или не отдавать? Или попробовать посмотреть, что на нем? Заманчиво. И куда его спрятать?

В голову тут же пришла очень неприличная мысль. Тереза нервно хихикнула и заложила кристалл за пояс. Теперь нужно найти эрлинга.

И где он? Тереза чувствовала себя ужасно, ей казалось, что на нее глазеют все. Лучше бы император был рядом, чем находиться под перекрестьем десятков глаз.

Где же ты, чертов киллер? Какого демона притащил сюда, а сам смылся?

Тереза наобум шла по залу в сторону темнеющих окон.

— Меня ищешь?

И откуда он вынырнул?

— Где ты была?

Сквозь стекла темных очков не было видно его глаз, но Тереза точно знала, что он внимательно ее осмотрел.

— В туалете, — ответила она самым невинным голосом, на который была способна, в душе радуясь, что эрлинг наконец нашелся. — А ты?

— Кое-кого искал.

— Нашел?

— Нет. А отчего у тебя так колотится сердце?

— Ты что, слышишь? — удивилась девушка.

Эрлинг кивнул.

— Слышу, как бежит кровь по твоим венам, как стучит сердце, как дрожат руки. Ты возбуждена.

— Это из-за тебя, — смутилась Тереза и опустила взгляд. Не хватало еще, чтобы он что-то прочел по глазам! — Ты на меня так действуешь.

— Вот как… — медленно и многообещающе протянул Элой и, подхватив ее под руку, потащил вдоль окон к широкой двери, ведущей на темный балкон. — Что же, я не позволю твоему возбуждению пропасть даром. Как ты меня нашла?

— Случайно. Я просто шла…

— Ты пришла на мой запах, Тереза. Чувствую, что нравлюсь тебе.

— Ничего подобного! У нас просто контракт и ничего более! — возмутилась девушка, не желая это признавать.

Элой только губы скривил на ее заявление.

На широком балконе, опоясывающем зал, было многолюдно. На каменных скамьях были разбросаны мягкие подушечки, на них сидели приглашенные, между ними сновали официанты. Свет лился через высокие окна бального зала, создавая причудливые изломанные тени.

Тереза начала паниковать. Судя по решительности эрлинга, он не собирался просто любоваться окружающими видами.

— Здесь неплохое место. И звезды видны, деревья их не загораживают. Тебе ведь нравится?