Чтение онлайн

Дарья была вынуждена пожурить себя. «Что ж это я? Капитан на свидание меня пригласил, а я о нем нехорошо думаю. Ведь все как раз совсем наоборот, он симпатичен, хотя немного странен, но кто из нас может сказать, что он абсолютно нормален? В нынешнем мире таких людей не осталось. Сама по себе норма уже некая аномалия и чем-то у остальных, ненормальных, вызывает чувство неприязни. Что еще может вызвать человек, у которого нет ни комплексов, ни сомнений, ни нервных срывов, который не может ни любить, ни ненавидеть. Это противоестественно. Если бы существовал такой человек, он не смог бы ужиться сам с собой, не то что с кем-нибудь еще».

Капитану в этом плане обижаться на господа бога было незачем. Лиховцев был человеком, которому, как казалось Дарье, его должность даже мешала в работе. Он предпочел бы оказаться на месте любого лейтенанта и самостоятельно выполнять все действия, нежели сидеть и ждать в кабинете, когда тебе принесут какие-нибудь сведения. Пока Дарья за ним наблюдала, он так и делал – везде, где только можно, справлялся сам.

Дарья села в машину и поехала к Лидии Яковлевне, по дороге размышляя, что очень даже вовремя умер этот парень, которого она видела на столе в морге. Жутко, конечно, признаваться в этом самой себе. В противном случае капитан мог потерять к этому делу интерес. Теперь же он никуда не денется, потому что второй случай – уже совпадение, а если будет и третий, то можно будет вести разговор о закономерности.

Лидия Яковлевна оказалась дома. Дарья уловила в ее взгляде некую загадку. Несмотря на то, что она продолжала ходить в трауре, ее глаза выдали внутреннее состояние, и Данилова предположила, что случилось нечто, доставившее старухе большое удовольствие. Дарья объяснила цель своего визита очень просто. Она сказала, что не может найти Вострягина ни на работе, ни дома.

– Я подумала, может, он у вас, как раз в эти минуты предприятие перекупает?

– Что ж не позвонили? – поинтересовалась Иванова. – Я бы вам и по телефону все сказала.

Дарья, припоминая разговор с Лиховцевым и Вареновым в лаборатории о том, что кому-то может взбрести в голову начать прослушивать телефоны, предпочла приехать самолично. Лидии Яковлевне же она лихо брякнула, что просто потеряла номер ее телефона.

– Вострягин был у меня вчера вечером, я бы даже сказала, ночью. Он оформил все бумаги на себя и выкупил мою долю. Теперь можете считать, что я от дел отошла и меня ничего не интересует, кроме хорошего обустройства могилы родного сына. Вы уж меня извините.

Дарья надула щеки.

– А убийцу вы все еще хотите поймать и наказать?

В глазах Дарьи вспыхнул огонь негодования.

– Может быть, вы назовете мне того, кто хотел купить у вас фирму до Вострягина?

Лидия Яковлевна нахмурилась, затем лицо ее стало более постным.

– Игорь Франкович Палец.

– Ни телефона, ни адреса?

Лидия Яковлевна поднесла руку к подбородку и на мгновение задумалась.

– Вы знаете, раз уж так необходима эта информация, я могу дать вам координаты.

– Буду весьма признательна.

Пока Дарья переписывала к себе данные с очередной визитки, Лидия Яковлевна поинтересовалась ходом расследования.

– Очень может быть, что нам удастся что-то раскопать. Не так давно умер еще один молодой человек. Он умер точно так же, как умер ваш сын. Это пока все, что я могу вам сказать. И, пожалуйста, никому эти вещи еще несколько дней не рассказывайте.

Лидия Яковлевна с пониманием закивала головой.

– Если вам еще будут нужны деньги, обращайтесь, я профинансирую все ваши затраты.

Дарья чуть подняла уголки губ кверху.

– Я учту это обязательно, но пока мне достаточно того аванса, который вы выдали. «Другое дело, – вспомнила она, – что Вострягин должен был ей тоже не меньшую сумму, да вот куда-то запропастился».

Рысаков, распрощавшись с Пальцем, выходил из здания как раз в тот момент, когда Данилова подъезжала на своем «Фольксвагене». Ему потребовалось сделать над собой некоторое усилие, чтобы не броситься в сторону или резко не отвернуться. Он прошел мимо иномарки и спокойненько сел в свой «Москвич». Дарья в зеркало заднего обзора видела, как среднего роста молодой парень садится в белую автомашину, точно такую же, которая, как ей казалось, некоторое время назад преследовала ее.

– Что ты дергаешься? – упрекнула она себя. – Сколько в Саратове белых «Москвичей»? Не меньше сотни.

Что ей теперь делать? Предпринять в очередной раз разведку боем и нарваться на грубость? Но для начала надо выяснить хотя бы, что собой представляет этот Игорь Франкович. Она вошла в здание и стала калякать с вахтершей, которая оказалась на редкость словоохотливой и, услышав фамилию «Палец», сообщила, что это крутизна, которая проводит вечера в застольях или в ресторанах, или же прямо у себя в офисе.

То, что Игорь Франкович был президентом группы «Дом», ее не смущало. Она уже привыкла к слову президент и к тому, что эти президенты живут вокруг нас. Вот, одного «президента» убили, один президент еще тут, неподалеку, снял офис, скоро уже в каждой квартире будет президент.

Дарью результаты разговора не порадовали. Как выяснилось, на входе в служебное помещение группы «Дом» сидит охрана, которая просто так никого не пускает. Ей самой в эту дыру соваться не хотелось. Она решила, что поедет домой и воспользуется советом Лиховцева. Немного поспит. Вечер был не за горами, а ее за эти дни сильно измотало. Отдых был действительно необходим.

Данилова приехала к себе домой, приняла горячую ванну и с превеликим удовольствием завалилась на кровать. Через несколько минут Дарья уже спала и видела цветные сны.

Она идет по широкой асфальтированной дороге. С двух сторон от нее поля, засеянные пшеницей. Вскоре она замечает небольшую тропинку, уходящую влево. Подумав, решает свернуть на нее. В небе светит солнышко, поют птички. Снова развилка. Прямо посередине поля. Одна тропа идет к пруду, другая – в сторону леса. Почему-то Дарья знает, что пруд глубокий и вода в нем очень холодная. И в то же время она хочет искупаться, но ей заранее известно, что во время этого купания она утонет. Тонуть не хочется. Хочется жить.