Куколка
Шрифт:
О:Старик, сэр.
В:Позже ему и мистеру Бекфорду вы подали чай? (Непонимание.)Чвай, дочка. Бохи. Китайский лист.
О:Да, сэр. То уж в гостиной.
В:Вы слышали их разговор?
О:Помнится, мистер Бекфорд рассказывал об себе.
В:Что именно?
О:Про семью, сэр. Мол, родом он из Уилтшира. Еще про сестру, что в Солсбери недавно обвенчалась.
В:Больше ничего?
О:Ничего, сэр.
В:Прежде мистер Бекфорд беседовал с приезжими?
О:Ежели изволите глянуть, ихняя квартира на той стороне площади. Из окошка ему всех видать.
В:Любит благородное общество?
О:Как говорится, хлебом не корми.
В:Скажите-ка, господские пожитки вас ничем не удивили?
О:Да нет, сэр. Разве что сундук с бумагами.
В:Что за бумаги?
О:В сундуке молодого джентльмена. Еще на письменном столике — мы видали, когда принесли свечи. Пожилой господин велел, спускаясь к мистеру Бекфорду.
В:Молодой джентльмен читал?
О:Да, сэр. Ему было темно.
В:Какого рода бумаги?
О:Не скажу, сэр. Я неграмотная.
В:Может, письма? Сверху имелся адрес?
О:Мы грамоты не знаем.
В:Я понял, но вы ж знаете, как выглядит письмо: сургучная печать, сложенный лист, убористый почерк?
О:Нет, сэр, теи листки смахивали на счетные бумажки.
В:Какие бумажки?
О:Ну вроде тех, что хозяин выписывает за постой, ежели кто спросит.
В:Значит, там были цифры?
О:Да, сэр. Цифры и знаки, но не буквы — я знаю, как они выглядят.
В:Цифры были писаны столбцом, как на счете?
О:Нет, сэр. Меж узоров.
В:Каких узоров?
О:Один мы разглядели: большой круг, потом другой, обнесенный тремя чертами, и лунные отметины.
В:Как? Лунные отметины?
О:Вроде старой луны, похожей на сырную корку.
В:Полумесяц?
О:Да, сэр.
В:И рядом цифры?
О:Да, сэр.
В:Много ль таких бумаг лежало на столе?
О:Много, сэр. С дюжину, а то и боле.
В:Какого размера листы?
О:Вроде тех, на каких пишет господин. Один вдвое больше.
В:Пометьте: фолио и кварто. Писано от руки, чернилами?
О:Да, сэр.
В:Буквы не оттиснуты, не книжные страницы?
О:Нет, сэр.
В:Джентльмен писал?
О:Не видала, сэр.
В:Прибора не подметили? Чернильница, перо?
О:Нет, сэр.
В:В сундуке тоже были бумаги?
О:Бумаги, сэр, а еще книги и большие медные часы без футляра.
В:Верно ль часы?
О:Огроменные, сэр! Вроде каминных часов миссис Паддикоум, когда смотришь с изнанки.
В:Вы заметили циферблат и стрелки?
О:Нет, они лежали вверх нутром — колесиков понапихано, что и в наших часах.
В:Так где вы видели книги?
О:В сундучке подле двери, сэр. Крышка была откинута, и мы туда заглянули, хоть и в потемках.
В:И увидали книги?
О:Да, сэр. Сейчас говорят, будто сундук ломился от золота, на что и польстились убивцы.
В:Но сие не так?
О:Нет, сэр. Только мне не верят.
В:Пустое, я тебе верю, Доркас. Перейдем к служанке Луизе. Кажется, вы с ней поболтали?
О:Маленько, сэр, когда провожала ее в комнату. Перебросились парой слов.
В:Об чем?
О:Долго ль едут, откуда и всякое такое.
В:Об себе она ничего не поведала?
О:Сказывала, сэр, ибо я спросила. Мол, определили ее служанкой к бидефордской леди, родственнице господ. Поскольку прежняя лондонская хозяйка уехала за море, а ее с собою не взяла. Потом справилась, знаком ли нам Бидефорд, и я сказала, что с папашей разок там побывала — город большой и рынок славный.
В:Не упоминалось ли имя прежней хозяйки?
О:Упоминалось, сэр, да я уж запамятовала.
В:Имя английское?
О:Да, сэр.
В:Имелся ли титул?
О:Нет, сэр, просто миссис… как же ее…
В:Вы не спросили, откуда Луиза родом?
О:Из Бристоля, сэр. Но, считай, выросла в Лондоне — всю жизнь в горничных, потому как родители померли. Знает шитье и тупейное искусство, а потому жалованье платили хорошее.