Чтение онлайн

Двери задвинулись. Мужчина ушёл. Смысл сказанного им дошёл до Лита только через несколько мгновений. Похолодев, глава выскочил за дверь, быстро поднялся наверх и услышал голос Сэнды:

— Он не в настроении. Велел передать, что он умер.

Глава быстро подошёл к напарнику и отвесил ему подзатыльник. Напарник расхохотался, закинув голову назад. Виен только и оставалось, что смотреть на них как на дураков.

— Я всего лишь хотел снять напряжение, — притворно оскорбился Сэнда, закончив смеяться.

— Дурак, — прошипел глава, и добавил, взглянув на девушку: — Виен, не обижайтесь. Он слишком легкомыслен, а думает уже после того, как сделал.

Девушка улыбнулась и протянула ему книгу.

— У вашего рода интересная история, — сказала девушка.

— Проводи гостью в другой зал, — сказал Лит Сэнде, забирая книгу. — Я сейчас.

Кивнув, Сэнда увёл девушку. Глава спустился вниз. Гиена следовала за ним. Тусклая свеча в фонаре осветила женскую фигуру — она вышла из той комнаты, где был актёр, и отряхнула одежды от пыли подземелий. Пальцы женщины были напряжены.

День четырнадцатый.

Сумерки.

Пару часов назад на Цветочной улице.

Седовласая женщина увидела людей, столпившихся вокруг кого-то: это было удивительно, учитывая, что солнце уже село, а значит, на улицах Чагана стало опасно. Женщина отставила корзинку, где лежал сосуд с водой, и пошла к толпе.

— Подвинься! — громко произнесла она, толкнув мужчину плечом. — Мне ничего не видно!

Чаганка растолкала людей и взглянула на человека в белых одеждах, потемневших от крови: он сидел, прислонившись спиной к забору, и стонал. Белые пряди волос упали на его лицо, перекосившиеся от боли.

— Люди! Общипанный ранен! — закричала женщина. — Чего вы стоите?

— На меня Тэ напал… — промямлил актёр. — Как же мне больно… Хорошо, что он лицо не искромсал. Вот его нож валяется!

— Кто у нас теперь лекарь?!

— Только Хиша в Павильоне.

— Надо отнести его туда!

Мужчины подхватили актёра. Он застонал. Пока всё внимание было приковано к нему, из заброшенного дома вышел босоногий незнакомец в белом плаще, окровавленном на груди, и с маской на лице. Он наклонился, незаметно открыл крышку на сосуде с водой, достал из кармана маленький пузырёк и вылил его содержимое в сосуд. Закрыв крышку, человек кинул в корзинку записку, спрятался в одном из дворов и сбросил плащ. Его тело удлинилось, кожа покрылась белой чешуей, а чёрные волосы превратились в белую гриву. Мурлыкнув, как кот, зверь юркнул в дом. Послышался треск, и через высохший колодец вылез обнаженный мужчина. Отряхнув руки, он подобрал с земли плащ и зашёл в дом.

А чаганцы понесли актёра в Павильон. У женщины, всё ещё что-то ворчавшей насчёт всех общипанных, пересохло в горле. Она открыла сосуд с водой и начала жадно пить.

Час назад, возле Павильона Неприкаянных.

На тело чаганки легла тень. Взметнулись полы белого окровавленного плаща. Человек наклонился и вложил в руку женщины записку.

— Общипанный?! — сорвалось с её губ.

Глава отнёс книгу в комнату, поднялся наверх и услышал смех и крики: они доносились из гостевого зала.

«Что могло случиться за пару минут?!» — возмутился глава. Нахмурившись, он подошёл к залу и замер у раздвинутых дверей: в углу стояла Виен, закрыв лицо руками. Лит увидел полуголую Магду. Растрёпанная седовласая женщина, улыбаясь почти беззубым ртом, прыгала на длинном столе, изображая руками рога на своей голове. На её спине белел старый шрам, обвисшие груди тряслись. Сэнда, покрасневший от стыда, пытался поймать сумасшедшую старушку. Глава прикрыл лицо рукой и тяжело вздохнул.

Наконец напарнику удалось поймать пожилую женщину. Он стащил её со стола и вынес из зала. Старушка, визжа, пыталась укусить мужчину. Глава пропустил Сэнду, зашёл внутрь и сказал Виен:

— Не берите в голову! Она тоже неприкаянная, как и все в этом Павильоне.

Растерянная девушка кивнула. Глава пододвинул к ней табурет и сказал:

— Садитесь. Я сейчас принесу чай.

Глава сходил на кухню. В углублении низенького каменного стола огонь пожирал поленья. Над огнём висел чугунный чайник. Вода уже шумно кипела.

«И как только Хиша всё успевает?» — улыбнулся Лит. Он нашёл пиалы на деревянном столе, где была свалена уже помытая посуда. Рядом аккуратно стояли плетёные бамбуковые коробочки со специями и чаями, сушеные травы на подносах и глиняные чайники. «Неуютно… Может, полки прибить?» — подумал Лит, разглядывая всё это. Уже больше тысячи лет маленькая кухонка Павильона была всего лишь местом, где можно было вскипятить чай: Чаритоны, как и две семьи, служившие им, всегда предпочитали питаться на постоялых дворах, не тратя время на такие глупости, как приготовление пищи. Поэтому здесь было так неуютно.

Лит нашёл в бамбуковых коробчках чайные листья. Заварив чай, он поставил на поднос глиняный чайник, пиалы, бамбуковую пароварку с булочками и вернулся в гостевой зал. Каждый шаг мужчины был лёгким и бесшумным.

Чаганка стояла у окна и смотрела на пустошь: там баша сжигал чьё-то шевелящееся тело, замотанное в белые тряпки. Лит поставил чай и пиалы на стол и кашлянул. Девушка оглянулась, подошла к столу, села слева от Лита и задала неожиданный вопрос, заглянув ему в глаза:

— Легко ли быть главой?