Чтение онлайн

– К такому выводу пришли наши руководители, – ответил Паксман.

– Генералы знают?

– Нет. Все единодушно решили, что сейчас у военных дел хватает и их не стоит отвлекать такой откровенной чепухой.

– Так что же вы хотите от меня, Саймон?

– Попытайтесь объяснить мне ход мыслей Саддама. Этого не смог сделать никто. У нас на Западе все его поступки кажутся бессмысленными. Он действительно сумасшедший или хитер, как лис?

– В своем мире он хитер, как лис. В своем мире он поступает вполне разумно. Вызывающий у нас отвращение террор в его глазах нисколько не аморален и имеет вполне определенный смысл. Для него вполне разумны угрозы и хвастовство. Он выглядит полным дураком только тогда, когда пытается играть по правилам нашего мира: устраивать эти ужасные показательные демонстрации в Багдаде, гладить по головке английского мальчика, играть роль доброго дядюшки и все такое прочее. Повторяю, в своем мире он не дурак. Он жив, он сохранил власть и единство Ирака, его враги проиграли и исчезли…

– Терри, именно в эти минуты наша авиация стирает его страну в порошок.

– Это неважно, Саймон. Разрушения можно восстановить.

– Тогда почему он сказал то, что не должен был говорить?

– А что думают наверху?

– Что он солгал.

– Нет, – возразил Мартин, – он лжет только перед широкой аудиторией. Он не должен врать в узком кругу соратников. Они его не предадут в любом случае. Следовательно, или Саддам никогда не говорил ничего подобного, а ваш источник информации все сочинил, или Саддам верит в то, что у него есть атомная бомба.

– Значит, кто-то ввел его в заблуждение?

– Возможно. В таком случае, когда все выяснится, этот кто-то дорого заплатит за дезинформацию. Но ведь и перехваченный вами разговор мог быть подстроен. Обычный блеф, специально предназначенный для перехвата.

Паксман не мог сказать то, что было известно только ему. Никакого радиоперехвата не было, информация поступила от Иерихона, а Иерихон, работая два года на израильтян и три месяца на союзников, ни разу не ошибся.

– Вы в чем-то сомневаетесь, не так ли? – спросил Мартин.

– Кажется, да, – признался Паксман.

Мартин вздохнул.

– Саймон, пока мы только ходим вокруг да около, у нас нет ничего, кроме догадок. Нелепая фраза в перехваченном разговоре, кто-то приказал кому-то заткнуться и обозвал его сыном шлюхи, потом слова Саддама о том, что он добьется успеха, нанесет тяжкий удар Америке и весь мир это увидит. Теперь еще эта новость. Нам нужно связать разрозненные данные, все наши догадки воедино.

– Связать?

– Мне кажется, что между всеми этими обрывками информации есть какая-то связь. Должно быть, Саддам что-то имеет в виду, о чем мы и не подозреваем. В противном случае наши боссы правы, и он рассчитывает только на отравляющие вещества, которые у него точно есть.

– Согласен. Попытаюсь найти эту связь.

– А я, – сказал Мартин, – не видел вас сегодня, и мы вообще ни о чем не говорили.

– Благодарю вас, – сказал Паксман.

О смерти своего агента Хассан Рахмани узнал два дня спустя, 19 января. Лейла не появилась в условленное время, когда должна была передать последние сведения, о которых проболтался в постели как всегда пьяный генерал Кадири. Опасаясь худшего, Рахмани проверил все морги.

Из госпиталя в Мансуре ответили, что тело Лейлы Аль Хиллы было доставлено к ним. Оказалось, что ее уже похоронили в братской могиле вместе со всеми другими жертвами воздушного налета на военные объекты Багдада.

Хассан Рахмани скорее поверил бы в нечистую силу, чем в то, что Лейла была случайно убита ракетой. Зачем ей среди ночи ходить по пустырям? К тому же в багдадском небе летали не черти и ведьмы, а американские бомбардировщики-невидимки, о которых Рахмани читал в западных военных журналах и которые были не нечистой силой, а творением рук человеческих. Смерть Лейлы Аль Хиллы тоже была делом чьих-то рук.

Единственное разумное объяснение заключалось в том, что генерал Кадири каким-то образом узнал о побочной деятельности Лейлы и положил ей конец. Значит, прежде чем умереть, она все рассказала.

Для Рахмани это означало, что в лице генерала Кадири он приобрел сильного и опасного врага. Хуже того, теперь закрылся главный канал поступления информации из высших эшелонов власти. Знай Рахмани, что Кадири был встревожен и напуган не меньше его, он испытал бы огромное облегчение. Но Рахмани этого не знал. Ему было ясно одно: с этого дня он должен быть чрезвычайно осмотрителен.

На второй день воздушной войны Ирак нанес первый ракетный удар по Израилю. Все средства массовой информации в один голос заявили, что это были «скады-Б» советского производства; такая версия просуществовала до конца войны. На самом же деле на Израиль упали вовсе не «скады».

Ракетный удар нельзя было назвать очередной глупостью Саддама, он преследовал вполне определенную цель. Иракское правительство понимало, что Израиль никогда не смирится с большими жертвами среди мирного населения своей страны. Как только первые ракеты взорвались в пригородах Тель-Авива, Израиль встал на тропу войны. Именно этого и добивался Багдад.

В антииракскую коалицию входили пятьдесят стран, из них семнадцать арабских. У всех арабских государств, не считая приверженности к мусульманской вере, была еще одна общая черта – враждебное отношение к Израилю. Иракское правительство рассудило так: если ракетным ударом удастся спровоцировать Израиль выступить на стороне антииракской коалиции, то все арабские страны отведут свои войска. Даже его величество Фахд, король Саудовской Аравии и хранитель двух священных городов, окажется в невероятно трудном положении.

В Израиле сразу же решили, что упавшие ракеты начинены отравляющими веществами или культурами опасных микроорганизмов. Если бы это было так, то никто не смог бы удержать Израиль от ответного удара. К счастью, быстро выяснилось, что ракеты не несли ничего, кроме обычного взрывчатого вещества. И все же в Израиле психологический эффект ракетного удара был огромен.

Соединенные Штаты немедленно приняли все меры для сдерживания Израиля. Ицхака Шамира заверили, что об ответе Саддаму побеспокоятся союзники. Израиль уже собирался нанести мощный бомбовый удар по Ираку, и в воздух были подняты десятки истребителей-бомбардировщиков F-15, но их отозвали, когда они еще не покинули воздушное пространство Израиля.

Настоящие советские «скады» были неуклюжими, устаревшими ракетами. Тем не менее, в течение нескольких лет Ирак закупил девятьсот таких ракет. Дальность их полета не превышала трехсот километров, а полезная нагрузка составляла около тысячи фунтов. «Скады» не имели системы коррекции траектории и в своем первоначальном виде могли приземлиться где угодно в радиусе полумили от цели.

Для иракских целей покупка «скадов» была абсолютно бессмысленной сделкой. Во время ирано-иракской войны эти ракеты не могли долететь до Тегерана, а Израиль был для них вообще недосягаем – даже при запуске с самой западной точки территории Ирака.