Кулобок
Шрифт:
Не дослушав, я положила трубку. Может быть соседи его подобрали? А если что — обращусь в милицию.
Почти добежав до стоянки с грузовиками, обезумев от нервотрепки, я не заметила светофора, рванула — и шмякнулась о запорожец.
Тьма.
Из памяти поплыла сказка: Всю зиму проспал великан. Замело его снегом. Весной пришли звери, а медвежонок даже в ноздрю к великану забрался. Чихнул великан — звери разлетелись в разные стороны. Проснулся великан, встал, побрел обратно на свою землю.
Долго смотрели ему вслед удивленные звери.
Где-то далеко брезжил свет — и я полетела. Там за столом сидел Югым Ио, пером и чернилами созидающий жизнь. Автор капризной книги мира, последняя страница которой допишется через несколько коротких мгновений.
Я напряглась и прочла строчку:
«В таком аду он мчался в городскую больницу».
Про меня. Мое тело везут спасать. «А что дальше?» — пропел мой голос.
Югым Ио подумал и написал: «Ирда, с трудом разорвав глаза, узрела желтый больничный потолок. Можно было пролежать так всю жизнь, переваривая встречу с богом, но она повернулась и сладко расхохоталась. В палате, рядом с каким-то типом, сидел заплаканный и невредимый Устимка».