Чтение онлайн

— А ты тут о чём мечтаешь? О нём?

Девушка даже опешила:

— Ты что, дядя Тео? О ком таком я могу мечтать? О нашем красавчике спящем? По-твоему, я ядовитых грибов наелась чтобы грезить наяву? Так они ещё не выросли! Я вот думаю: если графиня даст мне награду, то я попытаюсь завести своё дело.

Тео решил охладить её пыл:

— Эта старая жмотина много не даст, не надейся. Хорошо если двадцать гитов получишь.

Виола посмурнела. Двадцать это мало. Одно разрешение десять стоит. А ещё нужен лоток, помещение с печью, мука и прочие продукты. Да и жить на что-то надо. С другой стороны. Есть ещё её вдовья часть. Вряд ли свекровь выделит всё, что положено по закону, но Проппы не нищие. Она точно помнила, что в брачном контракте значилась сумма в двести гитов. Если выбить из гадюки хоть половину И девушка с головой ушла в подсчёты.

Глава 6

До наступления ночи виконт просыпался ещё два раза. В первый Виола заткнула ему рот фляжкой с бульоном, во второй выслушала трепетную речь:

— Ты Виола? Какое прекрасное имя. А я Ульрих. Ты можешь звать меня Ули. Не очень красиво, правда?

Вилька улыбнулась ему прямо-таки материнской улыбкой и произнесла:

— Ули Не так уж плохо.

— В твоих устах да, — еле шевеля губами согласился виконт, — ты произносишь мое имя так ласково…

Возможно, он хотел что-то добавить, но снова провалился в сон. Виола пожала плечами. Ну почему эти мужчины такие неугомонные? Ведь едва жив, три слова скажет и от слабости вырубается, а туда же. Ему бы о своих делах подумать, а не девушек очаровывать. Это его жизнь в опасности, а она тут так, сбоку припёка.

Ночь прошла спокойно, а наутро виконт пробудился гораздо более сильным и здоровым, чем накануне. Вставать и бегать он всё так же не мог, но зато перестал засыпать после каждого второго слова. А раз он уже был способен вести беседу, то и предался этому занятию с полной самоотдачей. Для начала наговорил комплиментов Виоле, от которых она то краснела, потупив глазки, то беднела, сжимая кулаки. Когда, не выдержав, девушка сбежала из телеги к костру, который был пока для Эгона недоступен, он принялся за Тео. Тот как раз вернулся из леса с добычей: кроликом и двумя куропатками. Виола забрала у друга добычу и принялась ощипывать, надеясь, что шкурку с кролика наёмник обдерёт самостоятельно. Было только одно затруднение: что из чего приготовить? То ли пустить кролика на бульон, а куропаток запечь, то ли бульон сделать из птицы, а кролика потушить с травами?

Раздумывая над этой трудной задачей, она машинально прислушивалась к диалогу, который возник как только кудлатая голова Теодора воздвиглась над бортиком телеги.

— Как твоё имя? — спросил виконт ровно для того, чтобы начать беседу.

— Теодор Бенье, — хмыкнул наёмник, — Но можешь звать меня дядя Тео. По возрасту как раз подхожу.

Если он этой репликой надеялся отвлечь юношу от той темы, которая тог мучила, то не преуспел. Эгон тут же задал следующий вопрос:

— Кто ты и зачем тебя наняла моя так называемая матушка?

Теодор пожал плечами.

— Кто я? Наёмник. Обычный наёмник. Когда-то служил Элидиане в горных егерях. Потом вышел в отставку по ранению и тех пор работаю исключительно на себя. Боевыми действиями не занимаюсь, в гарнизонах не служу, дома как пёс не сторожу, специализируюсь на охране в пути. Есть опыт работы с магами, поэтому, наверное, меня и наняли.

Он замолчал, надеясь, что парень забыл про вторую часть вопроса, но напрасно.

— Это только половина ответа. Я спросил: зачем тебя наняла графиня Эгон?

Тео вздохнул и встряхнулся. Ну до чего же въедливый поганец! А был таким милым пока не пришёл в сознание!

— Графиня наняла меня, — он задумчиво почесал в затылке, — Как же это звучало, чтобы не соврать? О! «Доставить виконта Ульриха Эгона из Элидианского университета домой во что бы то ни стало. Срочно.» За срочность полагалось дополнительное вознаграждение. Эх, парень, если бы ты не стал выпендриваться на своём задристанном полигоне, я бы уже давно сидел дома и считал денежки. А теперь и за основное задание с графини с трудом можно будет что-то стрясти.

Зря он распинался: жалобы на трудное финансовое положение красавчика не интересовали. Зато про срочность тот отлично усвоил и задал следующий вопрос:

— А почему такая срочность?

Тео брякнул как есть:

— А потому, любезный ты мой виконт, что граф твой папаша преставился вместе со своим старшим сыном. На охоте убились, я так понял. Графом теперь следует называть твоего второго братца, хотя я не уверен. Он тоже был ранен и мог помереть за то время, пока мы тут таскаемся с твоим телом по лесам. Слухов, правда, не было, но кто ж его знает Может быть граф Эгон это ты.

С каждым сказанным Теодором словом молодой виконт всё выше поднимался на своём ложе, его глаза распахивались всё больше, а челюсть падала всё ниже. Когда же Тео замолчал, юноша обессиленно упал на дно телеги. Глаза его закатились и он снова потерял сознание. Новость подействовала на парня как удар молотком по голове, и без того пока слабой.

Вилька бросила куропаток и вихрем подлетела к больному. Проверила зрачки, поводила ладошкой перед губами, потрогала пульс. Убедившись, что парень не умер, а просто свалился в обморок от волнения и слабости, махнула на Тео рукой: мол, иди свежуй добычу, я с пациентом посижу.

Теодор чувствовал свою вину: сказал не то и не так, и это его раздражало. Не умеет он цирлих-манирлих перед всякими там графьями разводить! Говорит как есть и точка! А если это кому-то не нравится, может не слушать! Да, и не спрашивать!

На этом настрое он быстро расправился с дичью и через полчаса Виола приняла из его рук подготовленные тушки. В результате кролик превратился в рагу, а птички сварились, дав достаточное количество бульона, чтобы кормить больного в течение двух дней.

Пока еда готовилась, обморок Эгона перешёл в здоровый сон.

Проснулся он когда Тео с Виолой заканчивали сворачивать лагерь, собираясь в дорогу. На этот раз юноша повёл себя разумно. Попросил поесть, получил свою фляжку с бульоном и наставлениями что пока можно только это, а затем тихо наблюдал за действиями Тео и Виолы. То, как быстро и сноровисто они убрали все следы лагеря, восхищало. Когда лошади наконец тронулись и повлекли телегу прочь от становища, он нарочно обернулся и убедился: заметить, что на поляне у сгоревшего дома кто-то ночевал и жёг костёр, мог бы разве что опытный следопыт. Обычному человеку ни за что не догадаться.