Купленный муж

День, перевернувший всю мою жизнь с ног на голову, не заладился с самого начала. Утро у меня началось с вынужденной побудки в четыре часа от звонка в дверь. Оказалось, сосед алкоголик и мой навязчивый поклонник, решил в очередной раз признаться в любви, не поглядев сколько времени. Пообщалась с ним на повышенных тонах через дверь, пригрозила вызвать полицию и неудавшийся горе-любовник отчалил восвояси.

Разгоряченная спором, я поняла, что уже не засну, поэтому, решив провести время с пользой, а именно - доделать кое-какую работу, уселась за швейную машинку. Я - швея-закройщица, или, как нынче модно называться - дизайнер одежды. У меня даже ателье собственное есть, которое я открыла в подвале своего дома.

Так вот. Машинка у меня сгорела. Новая, но гарантия уже не действовала. Расстроившись окончательно, я решила хотя бы в квартире убрать, раз уж все равно не сплю, но что бы вы подумали? Да-да, сгорел пылесос!

Закончила уборку с помощью совка и веника, вымыла полы, вытерла пыль, перестелила постель и даже пришла в бодрое расположение духа. Наверное есть что-то в ранней побудке!

Утром была запланирована поездка по складам ткани, где у меня свои контакты и можно прикупить хорошую ткань по нормальным ценам, так что отправилась я едва рассвело, чтоб успеть до пробок. Но... машина не завелась. Обиженно кашлянула и умерла.

И так весь день. Тканей нужных не нашлось, зря я тряслась на отшиб города в душном метро. А когда вернулась в ателье, оказалась, что заболела швея и мне пришлось впрягаться в работу вместо нее.

Прокрутилась весь день, как белка в колесе между приемом заказов и швейной машинкой и к вечеру едва с ног не валилась. Закрыла ателье затемно и только тут вспомнила, что в холодильнике шаром покати. Пришлось тащиться в супермаркет.

Набрав вредной еды в виде пельменей, сосисок и моей любимой колы, вышла из магазина и побрела через сквер к своему дому.

Ночь. Мороз. Тишина. Я медленно брела, радуясь хорошей погоде и тому, что этот день, с чередой неудач, наконец подошел к концу. Вокруг не было ни души. После трудового дня даже приятно оказаться в полном спокойствии. Я присела на лавочку под подъездом, прикрыла глаза и решила немного подышать воздухом.

И тут все началось. Качнулась лавочка, перед лицом засветилось белое пятно и я услышала глубокий женский голос:

– Начинаем ежегодную распродажу самцов! Дамочки, готовьте свои кошелечки, ха-ха-ха!
– белое пятно рассеялось, явив вместо себя сцену с трибуной, за которой стояла женщина с фиолетовым начесом, зелеными губами и желтой кожей. Тела из-за трибуны видно не было, но наверно и там есть где разыграться фантазии.

Я изумленно моргнула, не успев сообразить, че за фигня происходит, как услышала шквал аплодисментов. Поглядела по сторонам и окончательно прибалдела. Моя скромная персона, в теплой шапке, пуховике и угах восседала посреди зала полного женщин в... пусть будет полуобнаженном виде. Одеяния скорее открывали, чем скрывали. Да и женщины были не совсем обычными. Все много крупнее меня и гораздо фигуристее. Я вообще рядом с ними казалась ребенком. Пока я открывала и закрывала рот, ведущая на сцене продолжала:

– Самые лучшие экземпляры раскупили на прошлой неделе, - она грустно пожала плечами, - но кто знает, может сегодняшним остаткам повезет и они найдут себе хозяина.

В душе меня царапнуло словом «остатки», но я находилась в состоянии полнейшего ступора, чтоб возмутиться или удивиться.

Раздался звук гонга и зал вновь взревел аплодисментами. Женщина справа от меня с приличным пузиком и увесистой грудью прыгала на лавке, от чего и меня постоянно подбрасывало вверх.

– Итак! По традиции на эту сцену выйдут все товары. Каждая из вас, в порядке очереди может подняться сюда, пощупать товар, внимательно рассмотреть. Но! Напоминаю! Пользоваться товаром разрешается только после стопроцентной оплаты и, - пауза, - у себя дома!
– толпа в зале грустно завыла, - дамы! Прошу, держите себя в руках! За нарушение правил аукциона мгновенное удаление из зала!
– толпа замолчала.

Еще раз ударили в гонг и на сцену начали выходить «остатки аукциона». Если бы я могла издать хоть один звук, я бы наверно заорала. А еще лучше - упала в обморок.

На сцену вывели мужчин. Полностью обнаженных. Совсем!

Да вот только и мужчины обычными не были. Не знаю кто они, но явно не люди. Люди не обладают такими габаритами и формами. Сходство с людьми заключалось в том, что у них две ноги, две руки, голова и... половой орган. На этом начинались сплошные отличия. Опишу по порядку.

Первым показался самый высокий мужчина, я все-таки буду называть их мужчинами, с серой кожей, длинными черными волосами, звериным оскалом и прищуренным взглядом. Шел он уверенно, не стыдясь наготы. Следом следовали мужчины по убыванию роста. Они были абсолютно разными. С синей кожей, в чешуе, с тремя глазами, с хвостом, один даже с маленькими крылышками. Фигуры у всех, как на меня, были перекачанные, как у переевших анаболиков бодибилдеров.

Мужские... особенности, у них тоже были разными. У первого так вообще болтался до колен, у второго короткий, но толстый, у того, с крылышками, спиралевидный, а у трехглазого великана в форме гриба, с утолщением на конце. Я краснела, разглядывая все это великолепие, но честно скажу, взгляд не убрала.

Я хоть глазела, а дамочки выкрикивали неприличные шуточки, от которых у меня горели даже уши!

Шествие заканчивал самый низкий мужчина. Ну как низкий, метра два точно, но ниже остальных, да. Выглядел неважно. Шел прихрамывая, с опущенной головой, едва перебирая ногами. Наверно, именно поэтому привлек мое внимание больше остальных.

Когда мужчины остановились и повернулись лицом, я ахнула вместе со всеми, но по другой причине. У последнего не оказалось правой руки. Обрубок выше локтя был перебинтован куском сероватой ткани и выглядел ужасно.

И тут началось! Дамы взревели и ринулись к сцене. Но, отдать им должное, выстроились в очередь, запрыгивая по одной, для «ощупывания» товара.

«Товар» оскорбленным не выглядел, а даже наоборот! Мужчины зазывали поближе к себе, поигрывали мышцами, выпирали мужские достоинства. Полуголые дамочки вели себя развязно. Щупали, гладили, нюхали, заглядывали в рот, больше всего уделяя внимания поповым... отличиям. Я отвела взгляд, не в силах выдержать позора, свидетелем которого находилась.