Курьер
Шрифт:
– Черепаха! – прозвучала команда.
Враг начал обстрел, приблизившись на пару сотен шагов.
– Вот лиходеи! Хотят нашему чародею помешать, – объяснил Ермал поспешность противника.
Мне показалось странным, что взводу Лехана луринийцы не уделили должного внимания. Ни одна стрела не воткнулась в щиты поблизости, наверное, волшебник стоял рядом с Проханом. Может, заклятие какое соорудил? Или амулет активировал? Лучше бы он носорогами занялся! Со стрелами мы и сами разберемся.
Что-то буквально взорвалось перед моими глазами яркой вспышкой. «Опять молния? Какого демона?! Кто устроил эту пакость?!»
К счастью, меня не ослепило. Наоборот, почудилось, что и цвета стали ярче, и воздух прозрачнее. Да и сам я вдруг почувствовал невероятную легкость, словно глотнул пару кружек темного пива. Казалось, попадись на пути гора – сверну одной левой.
– Смотри, твой щит, – толкнул плечом Ермал, – он светится!
– Почему не доложили об артефакте?! – раздался сзади возмущенный голос чародея. – Он из меня всю энергию вытянул. Теперь сами разбирайтесь с носорогами!
– Сто пятьдесят шагов! – сообщил Лехан. – Копьеносцы, низ. Лучники, огонь! Да не пригибайтесь вы! Похоже, мы под надежной защитой.
Три первых ряда опустились на одно колено, чтобы не мешать стрелкам. Рой смертоносных гостинцев отправился к врагу.
Стрелы противника вязли в незримой стене за три сажени до линии обороны и опадали на землю. Однако нашим невидимая преграда ничуть не мешала. Жаль, эффективность самой стрельбы оказалась крайне низкой. Мало кто из новобранцев мог похвастаться особой меткостью, так что попадания по большей мере были случайными.
Враг приближался медленно, двигаясь со скоростью телег с клетками, которые с трудом толкал перед собой.
– Лейтенант, артефакт не должен попасть к противнику. Наверняка луринийцы за ним и пожаловали. Вот и магию не используют, чтобы не увеличивать мощность щита. Я сейчас не в состоянии отправить сообщение, поэтому срочно пошлите гонца в штаб армии. Если мы потеряем эту вещь…
Надрывную речь волшебника дослушать не удалось: Ермал предложил закрепить щит на земле и сам принялся помогать.
Полк потихоньку начал сжиматься к нашей роте, стараясь оказаться под волшебной защитой. А ее сейчас даже видно стало. По крайней мере мне. Радужная пленка, какая бывает у мыльных пузырей, надежно перекрывала пять саженей по обе стороны от щита. Ни одна из стрел противника не могла преодолеть этот барьер.
– Атрефакт не остановит носорогов, – не унимался маг, – он сдерживает только быстролетящие предметы.
– Сто двадцать шагов. – Взводный продолжал отсчет.
По мере приближения врага необъяснимый хмель постепенно выветривался из головы. Сейчас я уже не чувствовал себя всесильным, однако чужеродная мощь продолжала бурлить внутри. Едва сдерживался, чтобы не кинуться на противника. Это означало нарушить приказ…
– Теперь нам не пропустить носорога сквозь строй, вон как тесно стоим. Если они скопом повалят – растопчут, Рухус меня забери.
Не знаю, кого сейчас упомянул ветеран, но я вздрогнул, услыхав незнакомое имя.
– Лейтенант, почему вы ничего не предпринимаете? Еще чуть-чуть – и они нас затопчут. Этот щит дороже десяти наших полков, вы понимаете?
– Отставить истерику! Или сам предложи что-то конкретное, или закрой пасть.
– Надо наступать, у нас много бойцов.
– У меня настоящих воинов по пальцам пересчитать можно. Остальных перещелкают, как слепых щенков, стоит только покинуть удобную позицию.
– Но они же сейчас…
– Молчать, а то прибью, как паникера! – Командир полка заставил чародея заткнуться.
– Сто шагов, – обозначил дистанцию Ловкач.
Оба передовых отряда остановились, движение продолжила только центральная группа. Минута-две – и они выведут носорогов на линию атаки. А мы продолжали стоять и осыпать противника стрелами.
– Сарин, ты до клетки булыжник добросишь? – Ермал явно что-то задумал.
– Запросто! – обрадовался я представившейся возможности действовать.
– Лучники, – крикнул он, – быстро доставить сюда камни величиной с голову.
Благо этого добра под ногами валялось немало.
– Когда будешь бросать, попроси помощи у Рухуса.
Я проигнорировал совет ветерана, и первые два снаряда не долетели до нужной цели, покалечив при падении пару-тройку луринийцев.
«А почему бы и не попробовать? Во имя Рухуса, чтоб ему процветать, где бы он ни находился!»
Булыжник заметно превосходил размерами предыдущие, но полетел гораздо дальше и угодил прямо в заднюю клеть. С громким треском прутья передвижной тюрьмы сломались, и монстр вырвался наружу. Вот тут началось настоящее светопреставление!
Массивное животное, несмотря на кажущуюся неповоротливость, с ходу перешло в наступление. Врагами оно считало всех двуногих, которых видело перед собой, а поскольку телеги не успели вытолкать на передовую, носорог крушил луринийцев. Враз от построения не осталось и следа, и наступило раздолье для наших стрелков. Количество попаданий выросло, хотя оно не шло ни в какое сравнение с уроном от рогатой туши.
Четвертым снарядом я попал во вторую клетку, после чего за нас выступали уже два монстра. Стройные ряды врага превратились в толпу мечущихся людей, спасавшихся от мощных лап толстокожих тварей. Далеко не всем это удалось. Вскоре разъяренные животные освободили еще пару собратьев, и только после этого кто-то из луринийцев догадался побежать в нашу сторону.
Стрелки перенесли огонь на смельчака и подстрелили обреченного. Но свою задачу он выполнил – огромная махина мчалась прямо на наш взвод.
– Камень, дайте мне камень, – заорал я, заметив, что под ногами ни одного булыжника.
– Сарин, ты его не остановишь, – сказал седовласый, но увесистый снаряд мне вручил.
«Не знаю, кто ты такой, Рухус, но сейчас молю – не дай мне промазать».
Поскольку зверь бежал как раз на мой щит, бойцы кинулись врассыпную. Только что стоял в тесном окружении – и вдруг рядом никого. Жуткое, скажу вам, зрелище. Гора мяса, сотрясая землю так, что сложно устоять на ногах, неслась, нацелив на меня свой кривой рог. Реально ощутил, как кровь стынет в жилах. Страх начал забирать силы, утяжеляя с каждым мгновением и без того нелегкий булыжник. Мне что-то кричали сзади, но я был не в состоянии разобрать слов.