Чтение онлайн

6. Таким путем цель реального мира мягко привносится в сознание, замещая и грех и вину в качестве цели. И всё, стоявшее между призрачным образом тебя и твоей сущностью, прощением радостно смыто. Богу нет надобности вновь творить Своего Сына, чтобы отдать ему обратно всё, принадлежащее ему. Пространства между твоим братом и тобой никогда не было. А то, что Божий Сын знал в сотворении, он должен снова знать.

7. Объединенные единой целью в мире страха братья уже стоят на пороге реального мира. Возможно, они еще оглядываются назад, думая, что увидят желаемого идола. Но их стезя уже уверенно ведет к реальности, и пролегает она в стороне от идолов. Ведь взяв друг друга за руку, они держат за руку Христа и видят Того, Чью они держат руку. Увидеть лик Христа необходимо прежде, чем вспомнить об Отце. Ибо Бог должен оставаться вне памяти, покуда Сын Его не выйдет за грань прощения к Божьей Любви. Но первою приемлется Любовь Христа. Только затем приходит знание: Они — одно.

8. Как прост и легок шаг за узкие пределы мира страха, когда ты понимаешь, Чью руку держишь в своей руке! Всё, что потребуется, чтобы пойти в уверенности совершенной прочь от страха прямо к вратам Небесным и быстро их достичь — в твоей руке. Ведь Тот, Кого ты держишь за руку, только того и ждал, чтобы ты с Ним соединился. И ныне, когда ты пришел, разве Он станет медлить с указанием пути, которым Он пойдет с тобою вместе? Его благословение покоится на тебе, как упокоилась на Нем любовь Его Отца. Его признательность тебе — вне твоего понимания, ибо ты дал ему возможность, освободившись от цепей, пойти с тобою вместе в дом Его Отца.

9. Древняя ненависть покидает мир. А вместе с ней — всё лицемерие и страх. Более не оглядывайся назад, ибо не там, а впереди лежит всё то, чего всегда желало твое сердце. От мира откажись! Но не во имя жертвы. Ты никогда и не желал его. Какое счастье, найденное здесь, не принесло тебе в конечном счете боли? Какой миг удовольствия не куплен разменною монетою страданий по устрашающей цене? Радость бесценна. Она — твое святое право, а то, за что ты платишь, не есть радость. Ускорь же честностью свой путь, и пусть твой здешний опыт не обманет тебя прошлыми переживаниями. Они достались тебе горькою ценою и связаны с печальными последствиями.

10. Так не оглядывайся же назад иначе как с предельной честностью. А искушаемый идолом, подумай, что Не было такого времени, когда бы идол принес тебе что–либо, за исключением "дара" вины. Каждый дар куплен ценою боли, расплачивался за него не ты один.

Будь милосердным к брату своему. И идолов не выбирай бездумно; помни, что брат за них заплатит ту же цену, что и ты. Ведь он задерживается, когда ты оглядываешься назад, тебе же невдомек, Чью любящую руку ты держишь в своей руке. Итак, гляди вперед, иди уверенно и с легким сердцем, пусть бьется в нем надежда, а не страх.

11. Воля Господня покоится навечно в тех, чьи руки соединены. Покамест они друг с другом не соединились, они Его считали своим врагом. Соединившись же и разделяя цель, они свободны понять, что воля их едина. И тогда Божья Воля достигает их сознания. Теперь уже надолго им не забыть, что она есть их собственная воля.

1. Нет оправданий гневу. Нет оснований для атаки. Именно здесь начнется избавление от страха и здесь оно закончится. И здесь — в обмен на леденящие душу сновидения — даруется реальный мир. Ибо только на этом и зиждется прощение и только это для него естественно. Тебя не просят прощать заслуженную и, следовательно, оправданную атаку. Ведь это означало бы, что ты прощаешь грех, пренебрегаешь тем, что есть в действительности. Подобное не есть прощение. Оно предполагает, что, отвечая неоправданным образом, твое прощение явится ответом на совершенную в реальности атаку. Тогда прощение станет неуместным, пожалованное не там, где надо.

2. Прощение всегда оправдано. Оно имеет прочное обоснование. Ты не прощаешь непростительное и не пренебрегаешь реальною атакой, заслуживающей наказания. Спасение не лжет, когда от него требуют неестественных ответов, не соответствующих реальности. Взамен оно лишь просит тебя ответить должным образом нереальности, не воспринимая того, чего не происходило. Будь неоправданным прощение, ты, отвечая прощеньем на атаку, принес бы в жертву собственные права. Тебя же просят видеть в прощении естественную реакцию на страдания, рожденные ошибкой и, следовательно, взывающие о помощи. Прощение — единственно разумный ответ. Оно хранит тебя от жертвы собственными правами.

3. Понимание этого и есть единственная перемена, дающая возможность реальному миру подняться на месте кошмарных снов. Страх не возникнет, покуда не оправдана атака, но если бы она имела реальное обоснование, прощение лишилось бы его. Реальный мир достигнут, когда обоснование прощения воспринимается тобой реальным и полностью оправданным. Покуда ты считаешь прощение необоснованным подарком, оно будет поддерживать вину, которую тебе и предстоит "простить". Необоснованное прощение есть атака. И это всё, что предлагает мир. Он иногда прощает "грешников", но остается убежденным в их греховности. Поэтому–то они и не стоят подаренного им прощения.

4. Таково лжепрощение, которым пользуется мир, чтобы поддерживать чувство греховности. Признавая Божью праведность, нельзя даже представить себе, что Его прощение может быть реальным. Поэтому страх перед Богом есть откровенный результат восприятия прощения как незаслуженного. Считающий себя виновным страшится Бога. Прощая же, от подобной дилеммы он спасен. Глядя на самое себя, разуму нужно мыслить о своем Творце. Видя брата своего достойным прощения, ты постигаешь, что оно — в той же мере твое право, в какой — право его. Ты не боишься, что Бог тебе готовит страшный суд, которого не заслужил твой брат. Ведь правда в том, что ты заслуживаешь не более и не менее, чем он.

5. Прощение, признанное заслуженным, исцелит. Оно дает чуду силу не замечать иллюзии. Вот как ты постигаешь, что тоже должен быть прощен. Не существует видимости, которой невозможно пренебречь. Ибо иначе должен существовать какой–то грех, стоящий вне прощения. Существовала бы ошибка большая, нежели сама ошибка, особая форма заблуждения, остающаяся неизменной, вечной, не поддающаяся ни исправлению, ни избавлению от нее. Существовала бы одна ошибка, достаточно могущественная, чтобы упразднить творение и создать мир, способный заместить его, разрушить Божью Волю. Только в том случае, если бы это произошло, возможны были бы некие формы видимости, способные выстоять против чуда и не исцелиться им.

6. Нет лучшего доказательства тому, что идолопоклонство тебе желанно, чем убеждение в существовании неких форм уныния и недуга, которые прощение не в силах исцелить. Имеется в виду, что ты предпочитаешь сохранить некие идолы и не готов избавиться от них всех. И таким образом ты принимаешь некую видимость за реальность и не считаешь ее пустою видимостью. Да не обманет тебя навязчивое убеждение в том, что какую–то видимость труднее не заметить, нежели остальные. Это всегда говорит о том, что ты считаешь прощенье ограниченным. И ты избрал своею целью частичное прощение и ограниченное избавленье от своей вины. Что ж это, если не лжепрощение себя и каждого, кто кажется отъединенным от тебя?