Куртизанка. Книга вторая

Элена пришла в себя в старомодном экипаже и не сразу поняла, где она и что происходит.

По обе стороны сидели люди в безликих чёрных фраках. Далее располагались окошки, за которыми прыгал незнакомый городок, состоящий по большей части из зданий в два-три этажа и узких улочек, по которым экипаж нёсся, звеня колёсами и то и дело кренясь на поворотах.

— Где я?.. – пробормотала она и попыталась качнуть головой. Тут же в висках прозвучал оглушительный звон, в котором она с трудом расслышала слова одного из мужчин, обращавшихся, видимо, не к ней:

— Приходит в себя.

— Ничего, — ответил второй, — мы почти на месте.

Поняв, что никто не собирается ей отвечать, Элена сосредоточилась на том, чтобы унять звучавший в ушах звон, и потому пропустила момент, когда повозка остановилась, и её толкнули в плечо. Другой сопровождающий предупредительно открыл дверь, так что Элена вылетела наружу, едва не уткнувшись носом в гравий, устилавший дорожку к трёхэтажному особняку. Ей, однако, не позволили даже упасть – тут же две пары рук подхватили её под локти и потащили вперёд.

Втащив в особняк через чёрный ход, Элену проволокли по коридорам на третий этаж, затем прямо перед носом у неё один из мужчин надавил на стену – и та тут же повернулась, открывая проход. Элену толкнули вперёд, и стена сомкнулась у неё за спиной – следом никто не вошёл.

Элена инстинктивно прижала ладони к стене, пробуя её на прочность, но та не поддавалась.

Тогда она привалилась к ней спиной, стиснула ладонями виски и застонала.

«Чёрт! Чёрт! Чёрт!» — билось в голове.

Первая мысль была о том, где она и чей это дом. С одинаковым успехом резиденция могла принадлежать МакКензи, МакФолену, Таскони или неведомому покупателю, который мог всё-таки оказаться реальным лицом.

Элена тихонько застонала и сползла по стене на пол.

Следующая мысль касалась Чезаре: в последний раз она видела слугу за обедом, но, судя по звуку, его тоже то ли усыпили, то ли попросту убили. Элена сглотнула. Последнего она не хотела. Однако эта мысль заставила её собраться – она и без того уже упустила несколько возможностей сбежать, а теперь отчаяние могло вынудить её упустить ещё одну.

— Проклятый Аргайл, — пробормотала она, — с тебя всё началось!..

Элена вздохнула и, выпрямившись во весь рост, приблизилась к стеклу, закрывавшему от пыли книжный шкаф. Провела по волосам руками, слегка приглаживая их – движение, правда, тут же отозвалось звоном в ушах. Поправила шейный платок, отряхнула платье.

— Всё хорошо, — твёрдо сказала она и собиралась было осмотреть библиотеку, в которой оказалась, в поисках возможности для побега, но сзади скрипнула дверь.

Элена уловила силуэт высокого темноволосого мужчины, отразившийся в стекле, и, медленно повернувшись, замерла.

Перед ней был великий князь.

Молчание длилось несколько секунд. Эван жадным взглядом осматривал приобретение, которого так долго ждал. Не в меру резвая девчонка, которая на голову разбила его племянников – вроде бы тоже давно не наивных пацанов – наконец стояла перед ним. Цена, которую пришлось заплатить, была куда выше, чем если бы он просто заказал её себе на одну ночь. Пришлось разослать запросы по всем резиденциям Аргайлов и несколько недель почти что не спать. Эван и сам не думал, что девчонка настолько засела в него, но чем дольше было ожидание, тем больше он нуждался в ней.

И вот, наконец, Лучини стояла перед ним. Немного растрёпанная с дороги – но за это, пожалуй, стоило пожурить своих ребят.

«Сказал же, доставить в сохранности», — подумал он и поморщился.

Элена по-своему поняла его взгляд. Она подняла брови и, едва заметным жестом одёрнув юбку, выпрямила спину, так, если бы в зале клуба принимала гостей.

Элена тоже изучала мужчину, смотревшего на неё. За прошедшие два месяца Аргайл основательно постарел. Под глазами его залегли глубокие тени, а волосы немного отросли. Но взгляд его оставался таким же пристальным, как будто глаза брали дичь на прицел. Он был высок и крепок, хотя, пожалуй, с последней встречи немного похудел. И ещё он чувствовал себя в своём праве: а значит, резиденция принадлежала ему. Ну, или кому-то из его людей.

На секунду Элена опустила веки и глубоко вдохнула. По крайней мере, несколько наиболее неприятных вариантов её будущего отпало только что.

Затем снова открыла глаза и, чуть улыбнувшись, произнесла:

— Князь Аргайл. Никак не ожидала увидеть вас ещё раз.

Аргайл тоже поднял брови. На лице его промелькнула едва заметная улыбка, а в глазах на секунду пронеслось жадное нетерпение.

— Зато вы заставили меня вас ждать.

— Простите, сэр, — машинально ответила Элена, откликаясь на фразу, которая была зеркальным повтором её собственных привычных слов, но тут же спохватилась. – Впрочем, если бы вы сказали чего ждёте, может быть, я бы несколько раньше пришла. Кстати, — Элена демонстративно осмотрела свой наряд, — ваши лакеи плохо воспитаны…

Элена не успела договорить. Аргайл шагнул вперёд и, поймав в ладони её лицо, потянул вверх, заставляя запрокинуть голову. Элена задохнулась от неожиданности и замолкла. Глаза её оказались прямо напротив тёмных блестящих глаз. Она чувствовала дыхание князя на своих щеках, и оно заставляло сердце нестись вскачь. По животу разливался жар – почти такой же, как жар сухих рук, лежащих на щеках.

Элена не могла понять, о чём думает князь, когда так на неё смотрит. Впрочем, ей в эти секунды вообще было трудно что-либо понимать.

В голове же Эвана мысли отбивали бешеный галоп: «Моя! Я добился своего!».

О том, что дело сделано лишь наполовину, Эван в те секунды не думал. Сам факт того, что девушка наконец-то в его руках, сводил с ума.

«Моя! Моя! Моя!» – билось в висках, и губы двинулись навстречу приоткрытым обветрившимся губам.

Эван резко вскинулся и отступил назад.

Элена стояла, всё ещё запрокинув голову и тяжело дыша. И всё же она первой пришла в себя.

— Зачем вы хотели видеть меня, князь? – собственный голос показался Элене глухим и чужим.

Эван сглотнул. Отвернулся, выигрывая время, и прошёл к письменному столу.

— Я хотел предложить вам сделку, — произнёс он, опускаясь в дубовое кресло, обитое зелено-серой клетчатой тканью. Этой тканью в помещении было обито всё – диван, кресло и даже стены — за исключением, разве что, бархатных штор, которые были просто зелёными, как изумруд, и дубовых, тёмно-коричневых полированных книжных шкафов.

— Что?.. – Элена качнула головой. — Простите. Я хотела спросить — какую, господин князь?