Кусочки памяти

За окном смеркалось.

Мужчина, сидящий на кресле-каталке в углу крошечной комнатки, открыл глаза. Осмотрелся.

«Я – Сергей, – лениво заскользили мысли. – Мне сорок два. Я математик. Женат и люблю свою жену. У меня есть маленькая дочь. А у дочери – порок сердца и ей нужна срочная операция. Поэтому я здесь. Для операции нужен был кредит, банк требовал наличие постоянной работы с достаточным доходом, пришлось подписать долгосрочный контракт с мутной организацией под названием «Фонд Развития Человечества». Теперь кредит оформлен, жена занимается организацией лечения, а я ввязался в сомнительную авантюру по освоению какой-то засекреченной территории. Надо встать».

Сергей пошевелился. Скинул со лба ленту, которая удерживала его голову у спинки кресла. Ноги затекли под весом сумки с вещами. Это ощущение онемелости в бедрах пробудило мимолетное состояние дежа вю.

Мужчина с удовольствием прогнул спину, вытянул ноги, сбрасывая закостенелость с мышц. Поднялся. Движения его были быстрыми, глаза – живыми. Он был чуть выше среднего роста, широкоплечим, не толстым, но с небольшим животиком. Очевидно, в списке его жизненных приоритетов занятия на тренажерах занимали не первые строки.

В комнатушке кроме кресла находился только кулер и маленький столик, на котором стояла стопка одноразовых стаканчиков, банка с растворимым кофе и коробка с пакетиками чая.

Хотелось пить.

Сергей подошел к столику, сделал себе кофе с сахаром, жадно выпил. Сделал еще один стаканчик. Выпил медленнее.

Без особых эмоций мужчина отметил, что ему под видом прививки вкололи снотворное, и перевезли сюда спящим.

***

За стенкой звонко щелкнул замок двери.

В коридоре послышались медленные шаги. Стало любопытно.

Мужчина открыл дверь своей комнатки и выглянул в проем.

По коридору шла молодая девушка, Сергей видел ее со спины. Высокая, темноволосая. Ее силуэт напоминал картинки в старых журналах, где-то восьмидесятых годов прошлого века, когда в моде были широкие плечи, узкие бедра и лохматые прически. Одета она была в короткую желтую замшевую куртку и джинсы. В руке держала спортивную сумку, держала без напряжения, как будто та ничего не весила.

На звук открытия двери девушка остановилась и обернулась. Посмотрела на Сергея. Тот поднял с пола свою сумку и тоже вышел. Когда выходил, краем глаза увидел на двери листок с надписью «Идите направо, в комнату для инструктажа».

– Добрый день, – Сергей подошел ближе и остановился.

– Добрый, – у девушки был волнующий грудной голос.

– Сергей, – представился мужчина и уставился в ее глаза.

– Ольга, – девушка ответила прямым взглядом.

Они стояли молча, на расстоянии в пару шагов друг от друга, глядя в глаза. Это было правильно – так стоять. Говорить нужды не было, да и не хотелось. Сергей видел темные матовые зеркальца ее расширенных зрачков. В них отражался его силуэт. Два силуэта – по одному в каждом глазу. Вокруг зрачков по радужке разбегались темно-синие лучики, выделяющиеся на более светлом серо-голубом фоне с золотистыми искрами. По краю радужки шли узкие темно-синие, почти черные, ободки. Девушка чуть заметно улыбалась, от этого на ее щеках проявились ямочки.

Все остальное было не важно.

Через несколько секунд Сергей поймал себя на том, что стоять и молчать дальше становится неприлично. А еще понял, что его глаза переключились на туннельное зрение, когда четко видишь каждую черточку в центре поля зрения, а все окружающее расплывается в тумане. Почему-то его организм выбросил в кровь адреналин, решил, что глаза этой девушки важнее остального мира.

Это было странно.

Сзади послышался мужской голос:

– Проходите дальше в комнату инструктажа.

Эта фраза разрушила молчание. Сергей оглянулся. В дальнем торце коридора сидел охранник с автоматом.

– Идем? – спросил у девушки.

– Сначала бы найти туалет, – практично отозвалась Ольга.

Туалет был нужен, сильно – это и Сергей чувствовал. Наверное, на организм так подействовали снотворное и длительная неподвижность. Желаемая дверь нашлась чуть дальше. Первой пошла девушка.

***

Мужчина подошел к окну, посмотрел наружу. Они находились на первом этаже, за окном, вполне предсказуемо был снег. В смысле – заснеженный двор. Необычным было, что все строения вокруг этого двора были построены из потемневших от времени бревен. Это плохо сочеталось с современными пластиковыми окнами и внутренней отделкой.

«Почему на меня так подействовала эта девушка? – мелькнула мысль. – Я же люблю свою жену!»

Сергей представил образ жены. Миниатюрная, сто шестьдесят ростом и сорок пять весом, блондинка, совсем светленькая. С очень нежной белой кожей и почти без волос на теле, с правильной женственной фигурой. Младше его на десять лет. У нее нежные розовые губы и соски, и наивные голубые глаза. Она смотрела укоризненно.

Вздохнул: «Как она там без меня будет?»

Соглашаясь на долгосрочный контракт без отпусков и возможности общения, кроме как текстовыми письмами по почте, Сергей понимал, что за четыре с половиной года многое изменится, и, возможно, его семья разрушится. Он пошел на это ради жизни ребенка. И его жена тоже. Мужчина верил ей, но она такая слабенькая, сможет ли она прожить эти годы одна, без сильного плеча рядом? В сорок два года понимаешь, что люди, даже те, которым веришь, под давлением обстоятельств могут измениться. И в своей верности Сергей тоже не был уверен. Пока жена была рядом, он не хотел других женщин, но до сих пор они никогда не расставался даже на несколько дней.

***

Открылась дверь туалета. Сергей повернулся и подошел к ней.

Ольга задержалась, прислонившись к косяку, она выжидающе смотрела на мужчину и слегка улыбалась. Под курткой, снятой сейчас, у девушки обнаружилась очень крупная грудь, так что пройти мимо нее в дверной проем, не задев, было бы затруднительно.

Мужчина представил, как он кладет девушке руку на талию, увлекает ее обратно в комнатку с умывальником и закрывает дверь на задвижку. И прижимает к себе. Пожалуй, она была бы не против такого, и может даже позволила бы не ограничиваться поцелуями. Мысль взбудоражила.

Это было слишком странно. Немного пугало: мужчин вообще отпугивает, когда женщина ведет себя необычно активно; женщина должна быть завоевана или соблазнена, а не стоять в проеме с улыбкой, выпятив грудь. И воспоминание о жене охлаждало пыл. А еще неромантично хотелось отлить. Поэтому Сергей просто остановился перед дверью на секунду и дал понять, что не готов к соприкосновению. Пока не готов. Ольга увидела его смущение, улыбнулась шире, а затем освободила проход.

Когда он вышел в коридор, девушка ждала его.