Чтение онлайн

Хозяевам мастерской, традиционно приютившим дядю с племянницей, не скажешь — освободите еще одну комнату, там мой раб будет женщин за деньги принимать. Дружба дружбой, но и совесть надо иметь! Значит, арендовать номер в гостинице, да не чулан какой, а более-менее хороший… Одежду, мыло, шампуни… зелье для потенции, на худой конец.

Задаче добавляет сложности то, что Борис отличается редкой прижимистостью. Их отряд зарабатывает очень даже неплохо, побольше многих искателей, но дядя бережет каждый эльф, складывая деньги в кубышку. Для чего? Марина не знает, а дядя не говорит. При этом сквалыгой назвать его никто не смеет. На защите и экипировке членов отряда он никогда не экономил и не экономит, покупая только самое лучшее.

В общем, трудное, почти невозможное, дело предстоит Марине. Она бежала к мастерской так, будто за ней гнались все големы континента, и добежала в рекордные сроки. Практически ввалившись в апартаменты, любезно предоставленные им хозяевами, застала дядю с Рахимом, что-то горячо обсуждающими перед развернутым экраном.

— …а я тебе повторяю — пусть он физически здоров, но его индекс интеллектуального развития меня откровенно пугает. Он же судя по всему тупорылый питекантроп! А ну, как нападет на мою девочку?

— Ну нападет, — скептически отвечал Рахим. — Так даже интереснее будет. Некоторые любят подобные любовные игры. К тому же Марину так просто не одолеешь. С ее-то седьмым рангом мечника и рукопашника. Сам ведь учил!

— Никто не застрахован от внезапной, тем более, немотивированной атаки. И что я ДНЕМ с этим тупицей без профессий делать буду.

— Днем он будет отсыпаться… хе-хе… после ночной смены. Борис, прости, но ты ничего не понимаешь в индексах интеллектуального развития, как я может быть в командовании отрядом. Низкий индекс говорит только о том, что согласно НАШЕЙ шкале, созданной по НАШИМ представлениям о развитии мышления, он может считаться тупицей. А по шкале того мира, где он рос, очень даже может быть, что тупицы как раз мы. Вот представь себе. Некоторые народности, живущие в районах практически вечной зимы различают около девяноста оттенков цвета снега. При этом они просто не имеют представления об абстракции "белый цвет", как таковой. Они непременно спросят — белый кто или что? Можно ли назвать всех поголовно глупыми? Для них свойство предмета не отделимо от самого предмета. Да. Для научной деятельности они вряд ли годятся, но для выживания в тех условиях, скорее всего, не годятся наши мыслители. Можно ли говорить об их глупости? Абстракции им просто не нужны. Понимаешь? Я тебе больше скажу. В батарее тестов заложены некоторые вопросы, имеющие два и более правильных вариантов ответа. Только с точки зрения умников корпорации разработчика, есть САМЫЙ правильный ответ, соответствующий исключительно их представлениям о правильной стратегии, которая должна использоваться в данном конкретном случае, и выбор иного варианта идет в минус. При этом спорить с компьютером — дело совершенно бесполезное.

— И все равно, — упрямо твердил дядя. — Не нравится мне этот раб и все тут!

— Дядя! — воскликнула девушка не в силах ждать дальше, пока они наговорятся. — Мне срочно нужна твоя помощь!

— Что случилось, девочка моя? — обеспокоился Борис.

— Мне надо выкупить одного раба. Очень надо, дядя! Прошу тебя! Делай, что хочешь, но он мне очень-очень нужен!

— Ну вот видишь, Рахим? Что я тебе говорил? — дядя всем телом, не скрывая торжества, повернулся к медтехнику. — Моя девочка сама нашла того, кто ей нужен. Спасибо тебе за хлопоты, но твой вариант явно не годится. Мы продадим того раба, что ты нам купил и вместо него приобретем того, кто понравился Марине. Так, Марина?!

— Да дядя.

— Тогда скинь мне его данные. Надеюсь, просят за него не слишком дорого? А то нам высококвалифицированный стилист-визажист и даром не упал. Хотя, чего я говорю? Пусть будет хоть мастером церемонии первой крови у вампиров мы его все равно возьмем.

— М-м-м… дядя, — немного замялась Марина. — Дело в том, что просили за него всего восемь орков, но-о-о…

— Та-а-ак, — сразу понял в чем дело Борис. — Он уже продан? Надо перекупать?

— Да, дядя.

— А если хозяин заломит цену?

— Дядя! Он мне очень! Очень! Нужен.

— Впрочем даже втридорога — это мелочь. Что не сделаешь, для родни? — вздохнул Борис. — Давай данные, сейчас посмотрю, что можно сделать.

Марина скинула пакет данных на компьютер дяди и тот стал просматривать информацию. Рахим тоже не удержался и посмотрел на экран. Через пару минут по мере чтения лицо дяди стало вытягиваться, а Рахим вдруг, не сдержавшись, заливисто захохотал и стал со скоростью отбойного молотка стучать по плечу Бориса, приговаривая:

— Ну вот видишь?! Видишь?! Сама говоришь выберет?! Выбрала! Теперь веришь, что я тебе гниль не подсовывал?!

— М-мда, — только и смог ответить дядя.

— Да что такое?! Дядя?! Рахим?! — забеспокоилась девушка. — Чего он смеется, а ты нет? — несколько путано стала выяснять причины странного поведения мужчин Марина.

— Дело в том, Марина, — вздохнув ответил дядя, — что твоего избранника выкупить невозможно.

— К-как невозможно?! — с отчаянием прошептала девушка.

Никто не мог назвать Марину плаксой, но сейчас глаза ее наполнились слезами и она, сама того не замечая прижала к груди судорожно сжатые кулаки (мелодрам насмотрелась).

— Мари-и-иночка! — успокаивающе заговорил Рахим. — Ну нельзя же так сразу впадать в панику. — Ну не этот раб, так другой…

— Хватит! — рявкнул дядя-командир. — Не надо морочить голову девушке. Видишь? Она и так сейчас в истерику впадет. Марина, девочка моя! Ты хотя бы прежде, чем плакать, поинтересовалась бы — почему нельзя выкупить этого раба.

— По-почему? — покорно спросила девушка.

— Потому что владельцы его… МЫ! А у самих себя выкупить раба просто невозможно! Теперь поняла?

Переход от самой черной тоски к сияющим вершинам счастья был столь резок, что девушка чуть в обморок не рухнула, хотя психику имела очень даже закаленную.

— Дядечка, Рахимушка! Спасибо вам! Спасибо! Вы — умницы! А можно мы пойдем прямо сейчас его заберем?! Ну пожа-а-а-алуйста!

— Так поздно уже, — удивился дядя таком энтузиазму обычно довольно сдержанной девушки.

— Ну пожалуйста! Ну я очень вас прошу!

Через пять минут просьб, давления на жалость и угрозы не уснуть, пока раб не будет забран, Борис с Рахимом сдались и вместо праздничного стола, приготовленного хозяевами, совсем было собрались идти забирать раба, но на пороге остановились.

— Вот ты говоришь, там сейчас Лора. А у нее денег куры не клюют. А если она на всю ночь его… наймет? Мы так и будем стоять под дверями?

— Не будем. Знаешь сколько стоят его услуги? Полтора орка!

— Ого! Тупой-тупой, а соображает, — с долей уважения сказал дядя. — Может ты был прав, Рахим? Ну Лоре тоже карманных денег надолго не хватит. Хм. А если ей тоже понравится этот раб, — вдруг ухмыльнулся дядя, — она ведь, наверняка, тоже захочет его перекупить. Хотя бы в пику тебе, Марина. Поэтому явно задерживаться не будет, зная, что ты, скорее всего, также попытаешься по-быстрому договориться с владельцем. Ох, девки-девки. Мало вас в детстве пороли. Значит, так, племяшка. Горячку пороть не будем. Сейчас садимся за стол, не будем обижать хозяев, а часика через два пойдем за твоим ненаглядным. Хм!