Чтение онлайн

Когда Фокс только появился у них, все мужчины побаивались его, а точнее его способности переносить ранения, от которых другие бы погибли. Со многими он дружил еще до того, как его убил саурва. Но принц Канс убедил меня, что солдаты одалийской армии самые лучшие в мире, что способности и отвага ценятся превыше всего и Фокса примут в независимости от его связи с Костяными ведьмами.

При мысли о принце Кансе у меня к горлу подступил ком. Я закрыла глаза и постаралась прогнать свои эмоции до того, как Фокс обнаружит мое присутствие.

Когда командир ушел, я вдруг уловила золотой проблеск и шорох шелка. За колонной пряталась девушка в вуали и смотрела на меня. Наши взгляды встретились.

В следующую секунду она исчезла, метнувшись в открытую дверь, ведущую во дворец. В сознании Фокса возникли воспоминания о лаванде и духах.

– Это мне? – Она держала в руке простую серебряную заколку – силуэт лисицы, усеянный маленькими кристалликами.

– Прости. В ней, конечно, нет ничего особенного. – Даже самые крохотные бирюзовые камушки в ее волосах, должно быть, стоили раз в двадцать дороже этой безделушки. Но на солдатскую зарплату много не купишь.

Кионская принцесса рассмеялась и прижала заколку к груди.

– Не будь смешным. Я стану носить ее не снимая.

Фокс моргнул и взглянул на небо.

– Тия?

Столь личное воспоминание заставило меня покраснеть.

«Я здесь, Фокс. Прости. Я проснулась и увидела, что ты ушел».

«Я тренируюсь с парнями. Хочешь, составлю компанию?»

«Не надо, я просто проверяла, где ты. – Я помолчала. – Наверное, мне нужно еще отдохнуть».

«Хорошо. Постарайся не переутомляться».

Он нежно вытолкнул меня из своего сознания, и я виновато вернулась к себе, сосредоточив взгляд на своей кровати, комнате и книге на коленях. Руна Предсказания открыла между нами новую связь – теперь я имела больший доступ к мыслям Фоксам, а значит, мне было проще тайком проникать в его разум.

Я думала о брате и принцессе Киона. Думала о том, как в ту ночь, после объявления о помолвке, звучал наш смех. Моя влюбленность в принца была безответной. Я представляла обещания, которых принц никогда мне не шептал, прекрасно понимая, что для меня он лишь ускользающая тень на стене.

Но когда мой рассудок не застилал собственный эгоизм, я видела, как Фокс печалится из-за их отношений с принцессой. Его горе казалось настолько острым, что проникало глубже любого шипа аэшма, и даже моя магия не в силах была его исцелить.

Халад говорил, что любые воспоминания касаются только его владельца. И как бы мы с братом ни были близки, некоторые воспоминания слишком личные, чтобы ими делиться.

Вздрогнув, я уставилась на свои руки. Изучение этих рун было явно меньшим проступком, чем прятать и пособничать ази. Я могла бы, по крайней мере, сказать Микаэле. Могла бы…

Я задумалась. Микаэла очень слаба, и сейчас ей не нужны такие потрясения. Тогда Полер? Альтисия?

В памяти возникли слова Полер: «Когда получаешь то, чем обладают Безликие: от самого ужасного дэва до невинных на первый взгляд рун… тут не может быть компромиссов».

Микаэла так же заботилась об Илларе, как обо мне? Дрогнула ли моя наставница, прежде чем нанести смертельный удар? Дрогнет ли по отношению ко мне? Конечно, Полер преувеличила. Заключенную в этой книге необъятную силу можно использовать на благо Киона. Ну и что, что это руны Лжеправителя, охраняемые Безликими? Сама по себе руна не определяет добродетель или безнравственность получаемой магии – определяет тот, кто ее применяет…

Нет, будет опрометчиво рассказывать кому-то об этой магии, решила я. Сначала нужно изучить руны самой и оценить, насколько они безопасны. Сейчас же мне смешно, насколько глупой я тогда была – полагала, что знаю достаточно много, чтобы заметить разницу.

Но страх – очень мощный мотиватор. Я уже подвергла себя опасности, впустив ази. Если приговора мне не миновать, то все равно, за что быть повешенной: за овцу или ягненка.

Я перевернула книгу. На меня смотрела опрокинутая вверх-ногами корона.

– Я одолею тебя, – сказала я ей. – Я всех защищу от тебя.

Только бы я еще была такой же уверенной, как и мои слова.

– И каким же заклинанием из книги ты воскресила Калена? – спросил Кузнец душ.

Костяная ведьма вдруг озорно усмехнулась:

– Это было не заклинание из книги.

– Можно? – Лорд Халад принялся внимательно рассматривать ее стеклянное сердце, прижав палец к его темной поверхности. Как только подушечка коснулась стекла, в нем появилась слабая вспышка. Сам кузнец не шелохнулся и просто наблюдал за тем, как вихрь цветов в ее сердце постепенно тает, а после убрал руку.

– Ты воскресила его силой собственного сердца, наполненного мощью семи дэвов. Ты знала, что это сработает?

– Нет. Но мне ведь обещали, что с помощью сердца сумрака я смогу заполучить все, что захочу. Так почему бы не это?

– Не понимаю, – вмешался я. – Ни для кого не секрет, что Темная аша способна воскрешать мертвых. Чем отличается этот случай?

– Обладателей серебряного сердца невозможно вернуть к жизни. А Кален вообще не должен был умирать. – Гнев, словно сильный яд, только подогревал ее решимость.

– Если ты воскресила Калена, – заговорил Кузнец душ, в его глазах вдруг вспыхнула надежда, – тогда ты можешь… Ты не?..

Костяная ведьма склонила голову.

– Не знаю. Но постараюсь. Это я могу пообещать.

– Спасибо, – по-прежнему вздрагивая, прошептал лорд Халад и повернулся к трупу, чьи выпотрошенные останки ничуть его не пугали. – Обреченный? – спросил он.

Она кивнула в ответ.