Чтение онлайн

Наконец, пытаясь отдышаться, Бобби растянулся на кровати. Выпустив изо рта переставшую фонтанировать дубину, Лана медленно провела пальцами вверх по её стволу, выдавливая из дырочки на головке последнее семя. Слизнув белую каплю, она с удивлением осознала, что немного обмякший член не спешит превращаться в вялую макаронину.

– Залезай на кровать, шлюшка, – прохрипел Бобби. – Становись на четвереньки. Ты же не думала, что я уйду, не засунув хуй тебе в пизду?

Раскрасневшаяся от возбуждения Лана быстро забралась на кровать, и встала в позу сучки. Прижавшись сиськами к простыням, она раздвинула ноги и высоко приподняла зад, буквально сгорая от желания ощутить в себе здоровенный инструмент молодого любовника.

– Быстрей засунь в меня хуй, Бобби, – простонала Лана. – Быстрей!

Опустившись на колени перед приподнятой задницей красотки, сгорающей от желания, Бобби крепко ухватил свою торчащую дубинку. Вдавив малиновую головку между волосатыми губами и проведя ей по мокрой розовой борозде, он отыскал вход в раскалённую пещерку. Довольно застонав, Бобби начал запихивать член в пылающие глубины.

– Дааааааааа! – завопила Лана и, вытянув руки, вцепилась прутья спинки кровати. Забирающийся всё глубже в мокрую киску толстый член, рождал в её теле безумное удовольствие. – Да, выеби меня, Бобби! Господи, я вся горю! Хорошенько подолби мою пизду! Заеби меня до смерти!

Услышав страстные вопли Ланы, Бобби, наполовину запихнувший в неё здоровенную дубину, перестав нежничать, буквально вколотил вторую половину в мокрую норку. Потом наклонившись вперёд, почти прижавшись грудью к горячей спине, Бобби, запихнув под Лану руки, вцепился в её роскошные сиськи. Используя роскошные дыни, словно пару рукояток, он принялся резко и грубо двигать бёдрами, просто–напросто вбивая член в хлюпающую пещерку.

– Получай, шлюха! – хрипел Бобби. – Получай!

– Резче, ублюдок, резче! – визжала Лана, сходя с ума от удовольствия. – Вдолби меня в кровать! Изнасилуй! Боже, я хочу кончить!

– Постой, шлюха, сейчас я тебя изнасилую! – прорычал Бобби.

Полностью выдернув член из наполненной соком пещерки, он заставил Лану растянуться на животе, надавив руками ей на задницу. Она испуганно взвизгнула, когда сильные руки Бобби грубо растянули ей ягодицы. Лана всё поняла раньше, чем раскалённая головка, отыскав сморщенную дырочку зада, принялась влезать в тесный тоннель.

– Нет, Бобби, эта не та дырка, – вскрикнула Лана, ещё надеясь, что он просто ошибся.

– Всем похотливым сучкам нравится, когда их ебут в жопу, – прохрипел он, и грубо двинул бёдрами.

Здоровенная дубина, на половину уйдя в тесный тоннель, заставила Лану взвизгнуть от боли. Однажды она, из любопытства, засунула себе в зад ручку от расчёски. Но, во–первых, Лана не торопилась и хорошенько смазала ручку. А во–вторых, пластиковый цилиндр был раза в три тоньше толстой дубины Бобби.

– Ебаный ублюдок! – завизжала Лана, пытаясь сдёрнуть задницу с раскалённого штыка, в который, казалось, превратился твёрдый член. – Вытащи его! Вытащи, говнюк!

Но Бобби быстренько успокоил разъярённую красотку, намотав на руку её длинные волосы и потянув их назад, словно поводья взбрыкивающей лошади. Крепко держа Лану за волосы, он ещё пару раз дёрнув бёдрами, смог засадить здоровенную дубину до самого конца ей в зад.

– Пусти волосы, урод, мне больно! Я не буду вырваться, – пообещала Лана, морщась от боли. Боль от дёрганий за волосы, казалось, немного уменьшила неприятные ощущения от члена в заднице. – Я больше тебе дверь не открою, ублюдок! Проваливай к своим шлюхам!

– Бляяядь, какая же у тебя тугая жопка, – прохрипел Бобби, выпуская волосы.

Медленно он вытащил твёрдую дубину из горячего тоннеля почти до конца, а потом вновь погрузился в невероятно тесные глубины по самые яйца. После десятка таких плавных погружений, почувствовав, что пылающий тоннель слегка растянулся, Бобби стал чуть быстрей двигать бёдрами.

– Ну, дорогой, – простонала Лана, – зачем эти извращения? Пожалуйста, засунь член в киску. Я хочу тоже кончить.

– Не волнуйся, крошка, тебе понравится, – прохрипел Бобби, продолжая всё резче всаживать член в горячий тоннель. – Тебе ведь уже не больно, правда?

– Не больно, но неприятно, – капризно ответила Лана. – Все вы мужики одинаковые, только о себе думаете.

Несмотря на то, что вскоре боль практически исчезла, Лана продолжала громко стонать, назло Бобби, чтобы он знал, как сильно она мучается. Правда, Лана сама не заметила, как резкие стоны боли превратились в протяжные стоны удовольствия. А внизу живота начало нарастать приятное напряжение.

– Я же говорил, сучка, что тебе понравится, – усмехнулся Бобби. – Скоро твоя попка не сможет жить без моего хуя. В следующий раз я принесу бутылку со смазкой, и мой большой хуй легко проскользнёт в твою задницу.

– Неееееееет, мне не нравится, – простонала Лана. – Я не извращенка.

Не желая признаваться в этом даже себе самой, она пыталась прогнать приятные ощущения, но те быстро нарастали. Ей казалось, что огонь из задницы, через тонкую перегородку, проникает в киску. Не сдержавшись, Лана даже слегка выставила попку навстречу члену, надеясь, что Бобби не заметит этого.

– Дааааааа, детка, выше поднимай зад, – прохрипел он. – Мне хочется хорошенько его подолбить. Ещё выше, сучка. Ещё!

– Ты ужасный мальчишка, – простонала Лана. Подтянув под себя ноги, она снова встала в позу похотливой сучки. Удовольствие стало настолько мощным, что Лана оказалась в шаге от мощного взрыва блаженства. – Вот, делай… ммммм… что хочешь с моей задницей, извращенец.

Она не представляла, что стало тому причиной, поза или изменившийся угол погружения члена, но волны удовольствия стали выше и мощней. Лана едва сдерживалась, чтобы не начать умолять Бобби вколачивать член ей в жопу. «Господи, что он подумает обо мне? – волновалась она. – А какая мне разница, что подумает обо мне Бобби? Он же любовник, а не муж».

– Я обожаю твою задницу, шлюшка, – прохрипел Бобби, и, обхватив ладонями талию Ланы, начал неистовей двигать бёдрами. В яйцах уже бурлило семя. – Она такая же классная, как твоя хлюпающая пизда. Натирай клитор, сучка! Я хочу, чтобы ты кончила!

Лана чувстовала, что может кончить даже не притрагиваясь к клитору. Но она ухватилась за эту возможность, чтобы не выглядеть совсем уж развратно. Правда, едва Лана, просунув руку под живот, начала играться с распухшей горошиной. Её накрыла такая громадная волна сладости, что она бесстыдно завопила: