Квартира
Шрифт:
Поклонский бросил трубку на стол и сам запрыгнул туда же. С гиканьем и свистом отбил чечетку, спрыгнул вниз и выбежал в приемную. Девушки-секретарши, подобранные по специальному заказу Игоря Поклонского, тут же повскакивали со своих рабочих мест и в один голос выдохнули:
— Игорь Михайлович! Игорь Михалыч! Едем?
Они лучше других знали, что в такие мажорные минуты Поклонский устраивает так называемые «выездные совещания». Поклонский лукаво улыбнулся и вытянул губы трубочкой:
— У-у-у-у, мои киски. Хотите выездное?
— Да! Да!! Да!!! Хотим! Хотим!! — завизжали девушки, облепили Игоря со всех сторон, и он совсем размяк.
День складывался хорошо. Несмотря на дутое обещание о начале строительства объекта, не существующего даже на бумаге, Поклонский пребывал в приподнятом настроении. Его не смущала даже кипа обращений банков, которые ниагарским водопадом завалили его рабочий стол.
— Э-э-э-эхх!! За мной, пупсики! Едем в лес. Поиграем!
Поклонский широкими шагами двинулся из приемной в коридор, и на нем повисли сразу три девицы. Из соседней комнаты вышли три сонных охранника и, переговариваясь по рации, заполнили своими огромными тушами весь коридор. Через три минуты компания грузилась в автобус и машины сопровождения. Разворачивалась очередная ролевая забава Игоря Поклонского.
Уже через четверть часа Поклонский сидел в костюме лешего, а вокруг него прыгали и заливались хохотом голые и полуголые девочки. Им уже успели выдать костюмы не то сибирских амазонок, не то скаутов-природоведов, но в машине было тепло, и девочки не спешили облачаться в меха, наслаждаясь полноценным общением с шефом. Ну, и шеф наслаждался вниманием девочек. А едва кортеж встал, Игорь Михайлович выскочил из автобуса и вприпрыжку поскакал мимо испуганных лыжников.
Косматые пряди шапки-парика, белая сетка-маска на лице, огромные волосатые валенки, меховые овечьи рукавицы и толстенная пуховая куртка, обшитая сверху кусками ваты и меха, создавали полную иллюзию внеземного или, по крайней мере, сказочного создания. В этом виде ему и предстояло настигать визжащих от сладостного ужаса своих верных «амазонок».
Нападение
Перенесенная Артемом на вечер встреча оказалась не слишком результативной, да еще и затянулась, так что домой он возвращался впотьмах и не в лучшем настроении. И понятно, что мысли крутились вокруг одного: своего места в жизни. Беда в том, что восстановление справедливости для своих клиентов за вознаграждение может привести к непоправимому результату: адвокат теряет интерес к делам бесплатным и общественным. Хуже того, он перестает с должным вниманием и бдительностью следить и за юридическим состоянием собственных отношений с окружающим пространством. Дела родственников, как не сулящие никакой материальной выгоды, теряют привлекательность и рассматриваются, скорее, как нагрузка.
Артем пытался найти хоть какое-то оправдание своей невнимательности по отношению к отцовской квартире и его гибели и… не нашел. Он, привыкший к победам, споткнулся об обычного жэковского бюрократа. Разумеется, адвокат Артем Павлов никогда не стал бы тем, кем он стал — известным и удачливым защитником, если бы сдавался на каждом препятствии. Неудачи ниспосланы адвокату исключительно для отрезвления и переосмысления своей компетенции. Зарвался, зазнался, загордился? Получи! Получил? Осознай, исправь ошибки и действуй. Так от взлета к падению и движется настоящий профессионал. Но с единственной целью — подниматься и снова взлетать.
«Вот только взлетать с каждым разом все сложнее, а падать — больнее…»
Артем посторонился, пропуская идущего навстречу крупногабаритного парня, но тут же натолкнулся на второго, идущего совсем рядом и нарочно двинувшего Павлова плечом.
— Эй! Дружище, поаккуратнее! — едва удержавшись на ногах, посоветовал адвокат и двинулся дальше. До подъезда оставалось всего несколько метров.
— Ну ты, лох! Че вякнул?
Павлов удивленно оглянулся: с обычным уличным хулиганством он не сталкивался лично много лет. А двое здоровяков уже развернулись и не спеша, вперевалку двигались вслед за ним. И расстояние сокращалось.
Подъезд был — вот он, в нескольких шагах, и разумнее было «не услышать» оклика и спокойно, даже не ускоряя шага, войти в дом. Благо, двери крепкие и закрываются на электронный замок.
«А это что?»
Артем замедлил шаг: возле подъезда, за столбом, поддерживающим козырек, отчетливо шевельнулась тень. Адвоката загоняли, как зайца. Двое побуждали жертву к паническому бегству в родной подъезд, а впереди ждала засада.
«Ну, что… вариантов нет; надо пугаться», — с неудовольствием принял решение Павлов и побежал.
Его ловушка была столь же примитивной и действенной. Показательно зачастив ногами и громко топая по обледеневшему асфальту, Артем добежал до двери и резко остановился и отшатнулся назад, пропуская летящую ему в голову бейсбольную биту. Деревяшка гулко бухнула о деревянный косяк, и этого мгновения Артему хватило, чтобы перехватить руку с дубиной и вывернуть ее наружу и в сторону. Локтевой сустав нападающего противно хрустнул, злоумышленник охнул… но не отступил. Павлов едва успел уклониться от летящего справа кулака с зажатым кастетом.
«Ах, ты еще и левша!» — машинально отметил Артем и, ткнув противника апперкотом снизу, заставил его разогнуться и тут же врубил ему коленом в пах.
Левша зарычал, согнулся пополам, но моментально боднул адвоката головой в живот. Павлов опустил сверху ребро правой ладони на мелькнувший перед ним затылок, а левой что есть сил влупил боковой хук в ухо, одновременно крутанувшись вокруг своей оси вправо.
Сделал он это очень своевременно, — тут же в миллиметре от его головы слева просвистел кулак с кастетом подоспевшего подельника. Чисто автоматически Артем отметил, что его кулак не попал в ушной хрящ, что должно было причинить левше серьезную боль и даже ввергнуть в шок.
— Держи его! — пыхнули слева.
Павлов, не глядя, прямо на голос нанес боковой удар ногой в правый бок, и парень потерял равновесие и повалился в сторону. Левша же по-прежнему пытался боднуть адвоката. Тогда Артем отвесил ему двойную оплеуху сразу с двух рук. И опять он ощутил отсутствие у мужчины правого уха. А тем временем двое его товарищей снова были на ногах, шли на Павлова, и один из них раскручивал в правой руке какой-то предмет.
«Нунчаки? Гирька на цепочке?»
Артем отшатнулся от свистнувшего перед носом снаряда, и его спина уперлась в ручку подъездной двери. Отступать было некуда, а набрать девятизначный код за оставшиеся доли секунды — немыслимо. Адвокат в буквальном смысле был прижат к стенке, а едва поднялся левша, все трое угрожающе двинулись прямо на него.